Правозащитник Гарри Мурей: «Киев получает бомбы, танки, самолеты — за все это украинцы готовы продать своих детей»

Читать на сайте riafan.ru

Масштабы проблемы по изъятию детей из украинских семей, оказавшихся в качестве беженцев в Европе, превышают цифры, которые озвучивают в Киеве. Об этом заявил правозащитник, президент Европейского информационного центра по правам человека Гарри Мурей.

Ранее представитель украинского омбудсмена по правам детей, семьи, молодежи и спорта Ирины Сусловой сообщила о 240 случаях изъятия детей у беженцев в Европе. Причем речь идет только о тех случаях, когда родители или родственники не оформили родство или опекунство должным образом. Сколько всего украинских детей изъяли европейские ювеналы — никому не известно.

В авторской колонке для ФАН правозащитник Мурей отметил, что, перебираясь жить в Европу, граждане Украины не были готовы к ее порядкам. При этом люди, которые пытаются противостоять ювенальной системе, распространенной в ЕС, и вернуть своих детей, могут не рассчитывать на помощь украинских консульств и посольств. Киевский режим беспокоят только поставки вооружений танков и самолетов, и он не собирается защищать своих граждан в Европе.

Граждане Украины оказались ослеплены европейской фальшью. Колонка Гарри Мурея

Ситуация с украинскими беженцами в Европе, а точнее с изъятием у них детей довольно сложная. Озвученные 240 случаев — это капля в океане, масштабы куда серьезней. Судя по всему, из украинских семей в Европе забирают сотни и даже тысячи детей. Мы прекрасно знаем, что с аналогичной проблемой сталкиваются и русскоязычные семьи, примеров много. Но в вопросах войны за своего ребенка и отстаивания своих интересов украинцы не просто уступают русским матерям и отцам — они оказываются парализованы.

Проще говоря, сбежавшие с Украины семьи не могут поверить, что в Европе возможно подобное варварство и это вводит их в ступор. С одной стороны, изъятие ребенка — это сильный удар по личным убеждениям и воображаемым «европейским ценностям». Во-вторых, надо отдать должное, украинцы с европейскими ювенальными институтами воевать не хотят. Что я под этим подразумеваю, опишу ниже.

Борьба за изъятого ребенка требует очень много сил и средств. И вот тут возникает вопрос: если с затратой сил и денег ради ребенка можно смириться, то следующий шаг — это забрать свое чадо и покинуть ЕС. И эта житейская дилемма для украинцев сложна — «как это так, все мои соплеменники сидят здесь в Европе, а наша семья вернется назад?!». Я бы назвал ее социально-моральным моментом.

Отдельно стоит упомянуть и отношение этих матерей, лишившихся своих детей, к правозащитникам. Многие женщины-беженки, столкнувшись с подобной проблемой, обращаются к адвокатам и в итоге наглым образом кидают их. Это я знаю лично по опыту моих коллег. То есть украинки взяли на норму принцип — сделай работу, а расплачиваться мы с тобой не будем. Но, — Бог с ним, с этими деньгами, может они и на пользу адвокатам не пойдут, — далее возникает вопрос взаимоотношений. Гражданки Украины не отдают себе отчет в том, что, отбив ребенка у ювеналов, им надо срочно покидать Евросоюз и возвращаться домой. Вот этот момент является существенной проблемой!

Вернув свое чадо из рук ювеналов украинские семьи делают вид, что ничего не произошло, просто остаются дальше жить в Европе и продолжают себя вести так же, как вели до изъятия. А для того же Югендамт, это как если бы вы забрали у собаки кость и трясли ей перед носом. Поэтому не надо быть особо догадливым, чтобы понять, что происходит дальше.

Я хочу сказать, что люди, приехавшие жить сюда, не были готовы к европейским порядкам. Понятно, что они стремятся в Евросоюз, хотят жить с комфортом и быть счастливыми. Вот только реальная жизнь далека от ложных представлений, поэтому все получается наоборот.

При этом сюжеты, в которых украинские матери из последних сил борются за своих детей и готовы отдать за них чуть ли не свои органы, это скорей исключение из правил. Большинство беженок либо смиряются с изъятием детей, либо ведут себя совершенно неправильно, наивно продолжая верить в европейскую «справедливость». Они не понимают, что те же немцы просто лишены чувства сострадания как такового.

А украинские консульства на местах молчат, посольство Украины в Берлине тоже молчит. Понимаете, людям, которые должны принимать меры и участие в судьбах своих граждан, в частности малолетних детей, эта проблема не интересна.

Киев получает бомбы, танки, самолеты — за это все украинцы готовы продать своих детей. Звучит цинично? Да, цинично. Справедливо? К сожалению, так оно и есть. Если вы спросите украинок, как им помогают власти собственной страны, то кроме брани, слез, разочарований и обид вы вряд ли что-то услышите. Я все могу понять, но украинские власти должны за своих граждан заступаться, а они этого не делают. Даже если учесть, что у россиян сложные отношения с посольствами, то у украинцев со своими дипломатами, такое ощущение, вообще никаких отношений нет.

Резюмируя можно сказать, что граждане Украины оказались ослеплены, но не золотом, как это обычно бывает, а европейской фальшью. Они не понимают, что делают. Уже очевидно, что в Европе ни сами украинцы, ни их дети никакой помощи и поддержки для себя не найдут.