Лента новостей
Поиск
loop
Общество
Беженцам предлагают поискать счастья за пределами Петербурга

Беженцам предлагают поискать счастья за пределами Петербурга

16:49  1 Сентября 2014
793

беженцы, Украина

Самолет МЧС с беженцами с Украины Беженцы, приехавшие в Петербург с юго-востока Украины, вновь оказались «на чемоданах». В городе на Неве им предоставили временное жилье, обеспечили продуктами и начали оформлять документы. Но не успели переселенцы перевести дух и получить заветное разрешение на работу, как узнали, что в Петербурге для них больше нет места. Теперь им предлагают переехать в другие регионы – вновь в неизвестность. Корреспондент Федерального агентства новостей побывала в общежитии для временных переселенцев в Горелово и познакомилась с людьми, которых глава администрации Красносельского района Евгений Никольский назвал в интервью «Фонтанке» «гостями в нашем доме», приехавшими на «Ягуарах» и «Порше», чтобы пожить на полном обеспечении.

Временное убежище для временных переселенцев

На последнем этаже дома 46/4 по Красносельскому шоссе в помещениях маневренного фонда живут несколько семей. Больше всего это похоже на общежитие: небольшие комнаты, общие кухни, по одной на крыло. Перед 1 сентября в общежитии царило оживление. Детей с юго-востока Украины зачислили в ближайшие школы, они очень надеются найти там друзей, радуются, что будут изучать школьные предметы на родном для них русском языке. Взрослые так далеко не загадывают, они помнят, что недавно им выдали уведомление о выселении с проставленной датой - 8 сентября.

История первая. «Только Россия оказала нам помощь»

«Мы бежали через Гуково. С дитем под мышкой», - говорит Наталья Бунина. Она стоит на пороге кухни, спешит в парикмахерскую – нужно подстричь сына-второклассника перед 1 сентября. Они убегают, а историю семьи рассказывает ее муж Дмитрий. Бунины жили в Свердловске, в 70 километрах от Луганска. В июне поняли, что оставаться там больше нельзя. Из-за боевых действий закрыли шахту, где работал Дмитрий, ранее под обстрел попал автобус с шахтерами – четверо погибли, 19 были ранены. Боевые действия с каждым днем приближались к дому, а в семье трехмесячный малыш. В середине июня супруги приняли твердое решение – бежать. Вызвали такси и поехали к границе. «Когда мы границу пересекали, пограничники просто сложили все оружие и ушли в сторону России. Там была дана команда не пускать население, расстреливать. А они же из нашего города Свердловска были, он приграничный, поэтому они сложили все и отказались. Границы оказались открыты», – рассказывает Дмитрий. В тот же день Бунины оказались в лагере МЧС для беженцев. Работа подвернулась сразу – фермер из Ростовской области предложил жилье на хуторе, обещал платить за работу по тысяче рублей в день. Условия проживания, действительно, оказались хорошие, а вот с работой не сложилось. Фермер платить обещанную сумму не спешил, ссылаясь на то, что работники не выполняют норму. Уже через неделю семья Буниных вернулась в лагерь МЧС. Затем был еще один хутор, где беженцам были готовы платить за работу, но жить семье с двумя детьми оказалось негде. Тогда Бунины нашли через Интернет людей, готовых приютить их на время, и оказались в Петербурге. Подали документы в УФМС, получили временное жилье в Горелово. Накануне нашей встречи, 30 августа, им, наконец, выдали официальное подтверждение статуса людей, получивших временное убежище. Теперь Дмитрий надеется найти работу и снять комнату. Вот только успеет ли до 8 сентября… «Если бы та сторона на Украине была адекватной, я не думаю, что народ побежал бы в Россию. Мы очень благодарны, что Россия приняла нас и оказала нам помощь. Сделали для нас лагеря, всех принимают, там и постельное белье, и еда, медицина, психолог – все. Наша же Украина, регионы, никто этого не сделал, никакие другие страны», - поясняет вернувшаяся из парикмахерской Наталья Бунина. В какой-то момент она вспоминает, что у мужа сегодня профессиональный праздник – День шахтера. Тот лишь отмахивается: уже не мой, говорит. беженцы, Украина Семья Буниных

История вторая. «Я думала, Россия своих не бросает»

«Я 33 года прожила на Украине и говорила на русском языке. Сейчас я должна разговаривать на украинском. Почему меня должны заставлять? Я училась в русской школе, у нас украинский язык был по желанию», - рассказывает о себе соседка Буниных Марина Осипова. Она приехала чуть раньше, в мае. На Украине Марина жила в Артемовске, работала продавцом. У Марины есть дочь, 13-летняя красавица Алевтина. А еще пес Степан, что-то белое, лохматое и обаятельное. С юго-востока Украины ехали всем составом, добирались на автобусе до Москвы, затем на поезде в Питер. Степа дорогу выдержал стоически, несмотря на то, что ехал в сумке, подальше от глаз проводников. Уехать Марина решила спонтанно, после одной из бессонных ночей, когда спать не давали взрывы. Но уже задолго до этого дня женщине просто стало страшно. «Я поняла, что больше ждать нечего. Сейчас придут, возьмут за глотку и просто придушат тебя. По телевизору по украинским каналам говорили, что всех русскоязычных надо…», - замолкает она на полуслове. «Яценюк же заявлял, что мы - недолюди. Они высшая раса, а мы нелюди», - встревает в наш разговор на коммунальной кухне Дмитрий Бунин. В группах помощи беженцам в социальных сетях Марина нашла добрых людей, петербуржцев, предложивших беженцам кров в своей однокомнатной квартире. В УФМС семье выдали талончик на подачу документов – через месяц. Марина заполнила анкеты, прошла медкомиссию, но до сих пор ждет статуса беженца. Сейчас ей с дочкой предлагают переехать в другой регион. Убедительно предлагают, давая понять, что в случае отказа Осиповы окажутся на улице без какой-либо поддержки со стороны городских властей. Про пункт назначения беженцам ничего конкретного не говорят: где они будут жить, есть ли там школы и работа. «Если уж поселили людей, так доведите это до конца. Дайте людям получить статус (беженца – прим.авт.), дайте людям немного встать на ноги, трудоустроиться. Получается, покрутили-покрутили и выкидывают на улицу. Но это же тоже неправильно, бесчеловечно», - говорит Марина Осипова. Марина не скрывает, что разочарована тем, как ее встретили в России. «Я думала, что Россия такая великая, могучая страна, помогут в любом случае. Говорят, что своих не бросают. А получается, что в Украине, что в России мы никому не нужны», - с горечью произносит она. беженцы, Украина Марина и Алевтина Осиповы

История третья. «Не хочу быть сепаратисткой»

Алена Сыч живет в соседнем крыле общежития. 25-летняя девушка с огромными серыми глазами приехала вместе с мамой из Украинска, города в 45 километрах от Донецка. При встрече со мной Алена сразу предупредила, что не хочет говорить о негативе. Хотя, вероятно, и ее 8 сентября ждет выселение. На Украине Алена закончила четыре курса Донецкого факультета Киевского университета культуры и искусств. Мечтала стать дизайнером интерьеров, но на последний год обучения не хватило средств. Чтобы заработать денег, устроилась оператором АЗС в Донецке, куда ездила из Украинска. В мае 2014 года заправочную станцию закрыли для клиентов, сотрудники приходили туда только на дежурство. Вместе с ними там дежурили и бойцы ДНР, «нормальные ребята», как говорит Алена. Первой не выдержала и уехала в Россию мама, дочка на уговоры не поддалась. В тот момент Алена еще свободно ездила на работу, надеясь на лучшее. Спустя полтора месяца, когда дороги в Донецк заблокировали, а в Украинске уже несколько недель не было воды, девушка все же купила билет до Петербурга. Добиралась с пересадками, сесть в свой поезд, который должен был отправляться из Донецка, удалось только в Харькове. Там беженцы слышали в свой адрес разное. «Вы же за это голосовали, вы же этого хотели. Так вам и надо», - бросила им одна женщина в электричке. Алена рассказывает эту историю, улыбаясь, говорит, что не в обиде. «Когда начались заварушки в Одессе, в Мариуполе, в Славянске, многие стали говорить: ну, как они могут, свои против своих. Разные есть мнения. Многие не понимают, что нас стравливают, причем стравливают информационно. Украинские СМИ говорят свое, российские каналы свое, и трудно понять, кто говорит правду. Моя мама паникер, она быстрее уехала, потому что она смотрела телевизор, а там такое, смешно было слушать украинские каналы», - объясняет она. Вот уже две недели Алена живет в Горелово. Их семье также грозит переезд в другой регион, куда – неизвестно. Чиновники прямо говорят беженцам, что статус временного переселенца получить быстро и без лишних проволочек можно только таким путем. Останетесь здесь на вольных хлебах – будете оформлять документы годами. Окончательное решение о переезде Алена и мама пока не приняли. Одно знают точно – на Украину уже не вернутся. «Я планирую получить здесь гражданство, работать и жить. Там работать разве что в Донецке можно, в крупном городе. Ехать в Киев я не хочу, там у людей совсем другие настроения, они не видят, что происходит. Могут сразу сказать: а, ты же сепаратистка! Даже не зная, что это означает», - рассказывает Алена. К тому же, о переезде в Россию Алена с мамой задумывались еще до войны. Вернее, о возвращении. Родители Алены уехали на Украину в 98 году, а до этого 30 лет жили здесь. И сама Алена родилась в России.

Свои и чужие

У каждой из этих семей своя история. Объединяет только общая беда – брошенные квартиры, отсутствие теплых вещей, страх за жизнь близких, оставшихся на Украине. Ах да, еще отсутствие личного «Порше»… Сейчас они пытаются приспособиться к мирной жизни в чужой стране и надеются, что скоро смогут считать ее своей. Ну, или хотя бы перестанут быть здесь чужими. Всего на территорию Российской Федерации с апреля 2014 года приехали и остались около 820 тысяч граждан Украины. Оксана Дроздова  

Алексей Громов
Новости партнеров
mediametrics