Можно ли станцевать Холокост: отвечают Навка, Песков и Гербер

Можно ли станцевать Холокост: отвечают Навка, Песков и Гербер

28.11.2016 14:35
1286

Татьяна Навка и Андрей Бурковский

Номер, посвященный теме Холокоста, представленный Татьяной Навкой и Андрем Бурковским в популярном шоу «Ледниковый период», неожиданно вызвал бурные дискуссии, переросшие в чуть ли не международный скандал.

Вечером в субботу в Интернете появилось видео номера Навки и Бурковского Beautiful That Way на тему оскароносного фильма Роберто Бениньи 1997 года «Жизнь прекрасна» (который, кстати, относится к жанру трагикомедии или героической комедии).

Танец, в котором артисты достаточно бережно и творчески удачно (что подтвердили высокие оценки жюри) отразили коллизии фильма (кстати, кто не видел, отличный повод посмотреть), неожиданно вызвал жестокие споры на тему, насколько уместно столь нестандартное художественное высказывание на тему Холокоста.

На артистов посыпались обвинения в кощунстве, глумлении над памятью погибших и в других смертных грехах. Чтобы показать неуместность номера, некоторые блогеры в пандан к ролику с танцем Навки и Бурковского стали публиковать в соцсетях исторические фотографии времен Холокоста. Всё это традиционно сопровождалось потоками оскорблений, далеко выходящих за границы темы ужасов войны и памяти о жертвах Холокоста.

На ситуацию обратили внимание и зарубежные издания, после чего танец осудил министр культуры и спорта Израиля Мири Регев, заявивший: «Мотивы Холокоста не для танцевальных партий или реалити-шоу. Любая попытка таким способом представить Холокост является неуместной».

Реакция общественности вызвала недоумение как у постановщика номера Ильи Авербуха, так и у самой Татьяны Навки, которая написала в своем Instagram: «Посмотрите обязательно! Это один из моих любимых номеров по мотивам одного из моих любимых фильмов «Жизнь прекрасна». Обязательно покажите этот фильм своим детям! Наши дети должны знать и помнить о том страшном времени».

Муж Татьяны Навки — пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков высказался на эту тему так: «В силу своей работы я ограничен /в возможности/ как-то это комментировать. Я горжусь своей женой — всё, что могу сказать».

Я выживу в Освенциме

В то же время в мире уже сложилась традиция говорить о Холокосте в самых разных жанрах, в Израиле это даже иногда становится темой для шуток в некоторых юмористических шоу, хотя, конечно, большое количество людей считает подобный юмор неприемлемым.

В свое время нашлись ригористы, которые осудили бывшего узника Освенцима, станцевавшего вместе со своими внуками у музейного лагерного комплекса в Дахау. Речь идет о 90-летнем Адолеке Кормане, выжившим в нацистском лагере смерти, который вернулся в Освенцим и Дахау, чтобы станцевать вместе со своими внуками под песню Глории Гейнор I Will Survive («Я выживу»). Клип поставила дочь бывшего узника, и тогда тоже нашлись те, кто требовал удалить «кощунственный» ролик из Интернета.

Президент фонда «Холокост» Алла Гербер сравнила огульное осуждение попыток взглянуть с нестандартной точки зрения на трагедию еврейского народа с протестами некоторых активистов против показов оперы «Иисус Христос — суперзвезда», которая, дескать, оскорбляет чувства верующих.

«Знаете, это всё какие-то крайности, — отметила Алла Гербер в беседе с корреспондентом Федерального агентства новостей. — Когда православные активисты возмущаются оперой «Иисус Христос — суперзвезда» — это одна крайность. Когда какие-то представители еврейских организаций осуждают постановки о Холокосте, наподобие той, которая была на «Ледниковом периоде», — это другая крайность. Я — президент фонда «Холокост», я об этом думаю, я этим страдаю уже много-много лет. И я полным основанием и с полной ответственностью заявляю, что такие постановки имеют полное право на существование, всё зависит от того, талантливо это сделано, или нет».

По словам Аллы Гербер, помимо вкусового вопроса о талантливости той или иной постановки, есть и другая, гораздо более важная тема — в каких жанрах и формах можно говорить о Холокосте.

Алла Гербер

«У этой темы две составляющие. Первое и самое главное — возможен ли вообще танец на эту тему, и второе — как это было сделано, насколько талантливо, умно и интересно это было придумано. Самое главное — это первое: я считаю, что это возможно, когда это талантливо. Почему это возможно? Когда говорят о Холокосте, то, прежде всего, всегда говорят о жертвах. О страшных жертвах, о чудовищных способах уничтожения людей, о газовых камерах, о массовых расстрелах, ямах, уничтожении детей… Шесть миллионов погибших в Холокосте — страшная цифра. Но очень мало, к сожалению, говорят о сопротивлении. И дело не только в очень важной теме сопротивления физического, сопротивления оружием, как это было в Варшавском гетто, в Собиборе, в других местах. Дело еще — и это может быть самое главное — в духовном сопротивлении. История Холокоста поразительна своим духовным сопротивлением. Людей загоняли в гетто, и они сопротивлялись до последнего. Они сопротивлялись, читая, думая о любви и любя, стараясь до последней минуты оставаться людьми с высоким чувством собственного достоинства. Об этом написано в замечательном письме матери Василия Гроссмана, которое он включил в свой роман «Жизнь и судьба». Много написано о концлагере Терезин. Терезин был своего рода «образцово-показательным» лагерем, оттуда людей потом отправляли в Аушвиц. И в Терезине люди, в общем-то, понимая, что обречены, почти до конца пели, танцевали, шутили. Там были и опера, и комедия, и цирк, и детский хор. И до последней минуты дети пели и рисовали, а потом, да-да, все они ушли в газовые камеры. И те, кто был рядом, старались до последнего поддерживать дух этих детей. То же самое делал и Януш Корчак — он старался, чтобы дети до последнего верили, что всё будет хорошо, что жизнь победит, что жизнь всё равно прекрасна. И поэтому о Холокосте может ставить и оперу, и балет, и рок-оперу — всё, что угодно, если это сделано талантливо», — отметила Алла Гербер.

Елена Янкелевич
Труп студента с пакетом на голове обнаружен в петербургском общежитии
Закрыть