Российская нация по-путински и «по-колчаковски»: колонка Романа Носикова

Российская нация по-путински и «по-колчаковски»: колонка Романа Носикова

04.11.2016 10:49
2467

Российская нация по-путински и «по-колчаковски»: колонка Романа Носикова

Президент России Владимир Путин поддержал идею создания закона о российской нации, уточнив, что он имеет в виду: «Список составить народов, этносов, и практическое применение было бы такое, чтобы люди имели преимущественное право получения гражданства и так далее... Сделать акцент на тех, кто не имеет своей государственности. Идея сама по себе хорошая, давайте подумаем…»

Примерно в то же самое время в Санкт-Петербурге было решено установить еще одну мемориальную доску. На этот раз — Колчаку.

Доска должна украсить собой город на Неве 16 ноября. Но питерцы не стали дожидаться торжественного открытия и повесили памятную доску сами. На доске так и написано: «В этом доме жил Колчак А. В. — военный преступник и палач».

Как пересекаются две эти затеи и что из этого может получиться?

Демография или идеология?

Первая затея — о российской нации — была моментально переосмыслена национально мыслящими блогерами и журналистами. У них все вышло так, будто коварный Кремль решил создать закон, которым упразднялись бы русские. В свою очередь, либерально мыслящие блогеры и журналисты, напротив, углядели в законе поднимающий голову «русский фашизм».

Объяснение такого несовпадения простое — обе категории мыслителей всегда и во всем видят одно и то же. Первым всякий раз мерещатся мелькающие за кирпичными зубцами хитрецы с пейсами, у вторых же сквозь брусчатку Красной площади вечно проступает суровое лицо с усами и трубкой.

Почему идея российской нации понравилась президенту, понятно. Наш президент — практик. Вот, кстати говоря, строчки из аналитического доклада компании Stratfor:

«Россия все десятилетие будет пытаться укрепиться и обеспечить собственную безопасность, но потом демографический спад нанесет по ней настоящий удар. Она постарается перейти от сырьевого экспорта к экспорту переработанного сырья, продвигаясь вверх по цепочке наращивания стоимости для укрепления своей экономики, пока ей еще позволяет демография. Россия также будет стремиться объединить бывшие советские республики в некую связную общность, дабы отсрочить свои демографические проблемы, расширить свой рынок и прежде всего возродить некоторые территориальные буферы».

Очевидно, что для Путина проект российской нации — это один из методов преодоления демографических проблем страны. И, похоже, такое президентское понимание будущего закона не сильно перекликается с идеями его непосредственного автора.

Чтобы понять, что происходит, было бы неплохо заслушать «начальника транспортного цеха» — то есть автора самого предложения о создании российской нации. Это завкафедрой РАНХиГС Вячеслав Михайлов:

«Российская нация — это термин не гражданско-политический, а этнический. Собственно, это должно быть зафиксировано на конституционном уровне… В России нет государственной идеологии, но в действительности без идеологии государство не может жить. Вопрос в другом: государственную идеологию нельзя делать обязательной. Наш закон имеет целевую установку, как в США, которые создали государство именно через целеполагание, или даже СССР, который видел своей целью достижение коммунизма. А какую цель ставит перед собой современная Россия? Какова цель многонационального народа? Он просто живет? Цель нашего законопроекта — русская нация и ее объединение».

Как видим, речь у Михайлова идет прежде всего об идеологии, которую пытаются провести в законодательство под видом практичного инструмента по нормализации демографии.

Идеология — это действительно то, что создает нацию. Так, например, еврейский народ никогда не состоялся бы, если бы не идея единого невидимого Бога в мире, населенном язычниками. Американская нация не могла бы существовать, если бы не обозначила себя как антагонист Старой Европе с ее сословностью.

Нацию создают ее представления о должном, об идеальном, о добре и зле. Нация формируется вокруг представления о Правде. У этой Правды есть свои герои — ее носители и воплотители. Пантеон этих героев наполняет абстрактные представления о добре и зле биографической конкретикой.

И вот тут мы не можем не споткнуться об Колчака. Потому что, с точки зрения людей, уже повесивших ему доску как преступнику и убийце, а также с точки зрения закона, Колчак — не реабилитированный военный преступник. А с точки зрения тех, кто еще только собирается открывать мемориальную доску 16 ноября, Колчак — герой и носитель русской Правды.

Российская нация по-путински и «по-колчаковски»: колонка Романа Носикова

Палач как герой истории

И этот герой не одинок.

Еще недавно в том же Санкт-Петербурге висела мемориальная доска другому «русскому генералу» — Карлу Маннергейму. А в начале этой осени в Керчи был установлен памятник Петру Врангелю. Тому самому основателю РОВС, члены которого участвовали в Великой Отечественной войне на стороне нацистской Германии.

Нетрудно заметить между этими героями нечто общее:

Все трое были антикоммунистами.

Все трое были сепаратистами.

Все пошли на службу к иностранным оккупантам.

Все проявили исключительную жестокость по отношению к русскому народу.

Нетрудно догадаться, что основная Правда всех перечисленных заключается в том, что «народ должен знать свое место», — например, не соблазняться на «ересь коммунизма».

Читайте также: Дым «Кузнецова» для них как отдушина: Роман Носиков о людях, живущих в гробу

Вот и та Правда, которую пытаются сейчас развесить по всей России, — это феодальная правда. В ней народ не имеет исторической воли и не творит смыслов, не является субъектом истории или объектом служения. Народ в этой идеологии не мыслится в качестве героя как такового. Героем же и субъектом истории считается элита, которая служит не народу, а некоей абстрактной России. В которой народ — только часть природы, такая же как лес или, скажем, нефть.

И что самое важное: такая Россия вполне делима между главными героями. Кому-то Крым, кому-то Украину, кому-то Сибирь, а кому-то и Финляндию. Главное, чтобы «Россия была в сердце» элитария, приватизирующего одну из ее лакомых частей. Потому что приватизировать часть Родины — это все равно что спасти ее от народа, этой серой массы, которая ходит, понимаешь, по парадным без калош.

…Россия сейчас находится под огромным внешним давлением. Часть элиты рассматривает это давление как свой шанс на переустройство России — по собственным чертежам. И чертежи эти они начали рисовать пока что в виде буковок и циферок под портретами палачей.

Роман Носиков
Белый дом отреагировал на решение ОПЕК о сокращении добычи нефти
Закрыть