Лента новостей
Поиск
loop
Общество
Дауншифтинг по-русски: как построить успешный бизнес в деревне

Дауншифтинг по-русски: как построить успешный бизнес в деревне

16:22  15 Октября 2016
329

Дауншифтинг по-русски: как построить успешный бизнес в деревне

15 октября — Международный день сельских женщин. Праздник, прямо скажем, мало известный и немного сомнительный. Непонятно, кого считать «виновниками торжества» и за какие заслуги поздравлять. Жительницы Москвы и Петербурга рассказали корреспонденту Федерального агентства новостей, почему они решили обосноваться подальше от столиц, как им удалось вписаться в сельскую жизнь и считают ли себя сельскими женщинами.

Одна из двух женщин, которые сейчас практически все свое время проводят в отдалении от города, — москвичка Анна Чаковская. Ей 42 года, она кандидат филологических наук и в недавнем прошлом успешный журналист. Причем потомственный: ее дед был главным редактором легендарной «Литературной газеты». Роскошной жизни в столице она предпочла тихое местечко в 180 км от МКАДа. Сейчас Анна живет в деревне Фалилеево Шаховского района, учится на ветеринара в Волоколамске, ухаживает за своими коровами и козами и до поздней ночи варит сыр. Другая — петербурженка Наталья Анушкевич. Она живет между Петербургом и земельными участками в Гатчинском и Кировском районах Ленобласти, где выращивает топинамбур — «земляную грушу». Два высших образования — экономическое и юридическое — должность топ-менеджера в крупной иностранной компании, успешно оконченная Президентская программа в 2013 году — казалось бы такой «багаж» как раз впору жительнице Северной столицы. Но Наталья предпочла полевые условия. Причем в прямом смысле этого слова.

ФАН поздравил бизнес-леди с праздником и узнал, почему они решили стать фермерами и по душе ли им статус «сельской женщины».

— Чуть больше года назад я развелась с мужем, переехала в Фалилеево и стала развивать свою ферму, — рассказала Анна. — Пришлось начинать все с нуля. Я переехала почти в чистое поле. Здесь ничего не было. А сейчас у меня дом, 3 коровы, 20 козочек и лучшие молочные продукты, которые мы с помощницей делаем своими руками. Из местных хозяйство никто не ведет. Я слышала, что в соседней деревне одна бабушка держит корову, но люди жалуются, что у нее молоко пахнет, поэтому за молоком все едут к нам.

Дауншифтинг по-русски: как построить успешный бизнес в деревне

Обитателей Фалилеево можно разделить на две категории. Те, кто приезжает сюда, как на дачу, из Москвы, и коренные. И знаете, что самое интересное? Москвичи едут сюда, чтобы подышать свежим воздухом, поработать на земле. У них горят глаза, им интересно. А местные этого не ценят — у них нет никаких дел, кроме водки. После школы сельчане либо уезжают в райцентр или покорять Москву, либо к 20 годам у них по 10 детей, они вечно пьяные и неопрятные. Село вымирает. К сожалению, это правда. Зачастую в деревнях большую часть населения составляют дачники и дауншифтеры. Официально, по переписи 2010 года, в Фалилеево зарегистрировано всего два человека.

Несмотря на профессию и окружение, я — человек необщительный, мне всегда больше нравилось проводить время с животными, чем с людьми. Наверное, поэтому чувствую себя здесь намного комфортнее, чем в Москве, со всеми ее благами и удобствами. Кстати, я с детства мечтала стать ветеринаром, и вот только сейчас моя мечта осуществляется. Хороших специалистов в ветеринарии найти нереально. Их просто в принципе нет. Приходят люди, которые называют себя ветеринарами, берут большие деньги и уходят, не решив поставленную задачу. А я хочу, чтобы мои животные были здоровы.

С мнением Анны о сельских жителях согласна и Наталья Анушкевич: деревни, в привычном их понимании, вымирают.

— У меня есть участок в Гатчинском районе, — говорит Наталья. — Так вот когда пришла пора собирать урожай топинамбура, я не смогла найти никого из местных, чтобы нанять их на работу. Я готова была платить хорошие деньги, но желающих не нашлось. Мне пришлось везти людей с другого конца Ленобласти.

Лично я себя к сельским женщинам пока не отношу, но я мечтаю переехать поближе к своему хозяйству. Мне нравится вставать в 5 утра и работать в поле, пока не стемнеет. Многие начальники предпочитают отстраниться от своего бизнеса и наблюдать за происходящим со стороны, а я так не могу, у меня душа болит. Я стараюсь превратить свой бизнес в высоко технологичное производство. Для этого у меня есть беспилотник со специальным оборудованием, который изучает состав почвы, и трактор с компьютером, который точечно разбрасывает необходимое количество минеральных удобрений. Поверьте, сельское хозяйство — это не только лопата и грабли.

Дауншифтинг по-русски: как построить успешный бизнес в деревне

Я работала в крупной иностранной компании, но все время ощущала себя не на своем месте. И только после окончания президентской программы в 2013 году, когда мой проект признали лучшим из 600 представленных работ, я поверила в свои силы и решила рискнуть. Завистники крутили пальцем у виска и откровенно смеялись над моей идеей выращивать топинамбур в Ленобласти. Я не спорила с ними и ничего не доказывала. И теперь я экспортирую топинамбур в Китай, Монголию, Армению и Эстонию. А в Питере у меня есть партнер — «Корпорация Ди энд Ди», которая делает из топинамбура сиропы, хлебцы, сладости, джем.

Конечно, в селах картина жизни довольно печальная, но я верю, что село можно возродить. Я довольно много читала об «анастасьевцах» — это, можно сказать, первые дауншифтеры — люди, которые совершенно осознанно выбрали жизнь вдали от городов, на природе. У них большие участки от 1 гектара, на которых они строят родовые поместья. Они выращивают все сами. Абсолютно все, что им нужно. Мне эта идея очень интересна и близка.

Алексей Громов
Новости партнеров
mediametrics