Поиск
Лента новостей
Закрыть
Происшествия
Лидера «Христианского государства» доставили в суд
Технологии
Ядерный призрак: боевой железнодорожный комплекс «Баргузин»
Следующая Новость
Загрузка...

    Нажмите CTRL + D, чтобы добавить в закладки эту страницу.

    Ядерный призрак: боевой железнодорожный комплекс «Баргузин»

    17:28  22 Июля 2016  /обновлено: 23:46  26 Июля 2016
    2194

    Баргузин Скачать оригинал: "Баргузин"

    Советские ядерные железнодорожные ракетные комплексы (БЖРК) 15П961 «Молодец» с межконтинентальными ракетами РТ-23 УТТХ, получившие в НАТО имя «Скальпель», в 80-е были настоящим кошмаром для сил альянса. Поезд, который ни одной внешней деталью не отличался от любого гражданского состава, за день мог пройти более тысячи километров. Его невозможно было обнаружить никакими средствами разведки, причем не только того времени, но и современными. В СССР эти стратегические составы получили имя «Поезд номер ноль». Ему на смену в России идут новые БЖРК — 15П961 «Молодец».

    Комплекс был практически неуязвим. Неуязвим, потому что лучшая броня на поле боя — невидимость. А именно громоздкость и, соответственно, проблемы с маскировкой с самого начала были главной проблемой ядерного оружия.

    Спрятаться — это не стоять на месте 

    Как только стала понятна бесперспективность дальнейшего развития традиционного вида ядерного оружия — свободно падающих авиационных бомб — на первое место среди всех разработок вышли межконтинентальные баллистические ракеты. Решение было очевидным. Но у этих ракет был существенный недостаток: громоздкость. А, значит, и уязвимость.

    Первые американские межконтинентальные ракеты «Атлас» и «Титан», а также советские Р-7 и Р-12 стартовали с незащищенных наземных комплексов, и сразу стала понятна слабость такой концепции. И уже следующая советская Р-16 стала первой в мире ракетой шахтного старта. А, например, его современник, американская SM-65 Atlas, только хранилась в шахте, а перед запуском ее поднимали на поверхность специальным лифтом.

    Понятно, что какие бы укромные уголки вы не искали на территории своей страны, сохранять в секретности расположение защищенных громоздких наземных пусковых комплексов не представлялось возможным. Они обнаруживались легко, особенно средствами космической разведки. Тогда и возникла необходимость создания мобильных пусковых установок ядерных ракет.

    Первыми такими пусковыми установками стали, конечно же, колесные и гусеничные носители. Это было самым простым решением. Однако и они не были слишком маскируемыми, тоже обнаруживались средствами разведки, вплоть до радаров большого радиуса действия. И тогда почти одновременно у конструкторов двух стран, главных участников ядерного противостояния, США и СССР, родилась идея создать пусковой комплекс, замаскированный под обычный железнодорожный состав.

    «Вагончик тронется, вокзал останется»…

    В начале 1960-х годов прошлого века в США рассмотрели проект создания железнодорожной установки для пуска твердотопливной межконтинентальной баллистической ракеты  (МБР) «Минитмен». Она не нуждалась в предстартовой заправке и была устойчивой к вибрации и тряске в движении. То есть обеспечивала минимальное и гарантированное время пуска с движущейся платформы.

    Но была другая трудность: МБР того времени нуждались в точном определении координат места старта для работы своей инерциальной системы навигации, и поэтому предполагалось, что поезда с ракетами будут регулярно передислоцироваться между предварительно просчитанными позициями.

    Был создан рабочий прототип, пока еще не оснащенный пусковыми комплексами, но расчитанный на пять ракет «Минитмен». Летом 1960 года в рамках теоретической проработки была проведена операция «Большая звезда». Составы будущих железнодорожных пусковых комплексов перемещались по железным дорогам США с целью проверки мобильности комплексов на существующей инфраструктуре США.

    В результате операции «Большая звезда» стало понятно, что эксплуатация подобных комплексов будет чрезвычайно дорога, и программу свернули. В 1986 году идея железнодорожного развертывания была принята для новой американской тяжелой МБР LGM-118A Peacekeeper. Но и эта программа закончилась ничем, хотя в 1990 году прототипный поезд прошел испытания. Но к этому времени СССР уже был на грани распада: было решено, что холодная война завершилась, и необходимость в такой программе отпала.

    А вот в СССР все сложилось иначе. 13 января 1969 года политбюро ЦК КПСС был подписан указ «О создании подвижного боевого железнодорожного ракетного комплекса с ракетой РТ-23». Позже он получил название «Молодец». Головным разработчиком было назначено конструкторское бюро «Южное» в Днепропетровске — головное предприятие, занимавшееся в СССР межконтинентальными баллистическими ракетами. Главными конструкторами БЖРК стали академики, братья Владимир и Алексей Уткины.

    Вот что писал Владимир Уткин, конструктор ракет 15Ж61 «Скальпель», которыми и вооружались ядерные советские поезда.

    «Задача, которую поставило перед нами советское правительство, поражала своей грандиозностью. В отечественной и мировой практике никто никогда не сталкивался с таким количеством проблем. Мы должны были разместить межконтинентальную баллистическую ракету в железнодорожном вагоне, а ведь ракета с пусковой установкой весит более 150 тонн. Как это сделать? Ведь железнодорожный состав с таким огромным грузом должен ходить по общегосударственным путям Министерства путей сообщения. Как вообще перевозить стратегическую ракету с ядерной боеголовкой, как обеспечить абсолютную безопасность в пути, ведь нам была задана расчетная скорость состава до 120 км/ч. Выдержат ли мосты, не разрушится ли полотно, да и сам старт, как передать нагрузку на железнодорожное полотно при старте ракеты, устоит ли поезд на рельсах во время старта, как максимально быстро после остановки поезда поднять ракету в вертикальное положение», — описывал трудности поставленной задачи академик Владимир Уткин.

    Для достижения столь высокой скорости движения состава (средняя скорость движения грузовых поездов в то время не превышала 45 км/час), на путях  предполагаемых маршрутов поездов совместно с Министерством путей сообщения были приведены работы по модернизации и укреплению полотна.

    Предварительно было осуществлено 18 выходов БЖРК по железным дорогам страны, в ходе которых в различных климатических условиях — от тундры до пустынь — было пройдено более 400 тысяч километров.

    В октябре 1987 года первый ракетный полк с РТ-23УТТХ встал на боевое дежурство. К середине 1988 года в районе Костромы и в Пермской области было развернуто уже пять полков, то есть 15 пусковых установок. А к 1991 году — три ракетные дивизии, по четыре ракетных полка в каждой. А это 12 составов БЖРК «Молодец», по три пусковых установки в каждом.

    Однако, согласно договору СНВ-2, заключенному в 1993 году, когда Россия благодаря Михаилу Горбачеву активно уступала все свои позиции, все ракеты РТ-23УТТХ и стартовые комплексы должны были быть уничтожены до 2003 года. Для утилизации «поездов номер ноль» на Брянском ремонтном заводе РВСН была даже смонтирована специальная «разделочная» линия, где на протяжении 2003 — 2007 годов были «разделаны» на металлолом все составы БЖРК «Молодец». За исключением двух, которые были разоружены и  установлены в качестве экспонатов в музее железнодорожной техники на Варшавском вокзале Санкт-Петербурга и в Техническом музее «АвтоВАЗа».

    И вот теперь история российских мобильных железнодорожных комплексов возрождается. На основе комплекса PC-24 «Ярс» в 2012 году Московским институтом теплотехники начата разработка нового БЖРК «Баргузин». Ввести комплекс в эксплуатацию планируется не позднее 2020 года, но, вероятнее всего, он будет принят на вооружение уже в 2018 году. В отличие от своего предшественника, пусковые ракеты он будет нести не в стандартном грузовом, а рефрижераторном вагоне. А вести состав будут не три тепловоза, как ранее в комплексе «Молодец», что могло служить косвенным демаскирующим признаком, а один, специально сконструированный тепловоз.

    Баргузин — это мощный восточный ветер, дующий на Байкале. Он часто становится причиной штормов на самом крупном в мире пресноводном озере, которое лучше называть морем. Вероятно, БЖРК «Баргузин» вызовет настоящий «шторм» в коридорах «Пентагона».

    И это будет обоснованно.

    Triangle Created with Sketch.
    Автор: Олег Денежка
    Загрузка...
    Закрыть
    Нажмите "Сохранить", чтобы читать "РИА ФАН" на главной ЯндексаСохранить
    Популярное на сайте
    Читайте нас в соцсетях