Нажмите CTRL + D, чтобы добавить в закладки эту страницу.

Лента новостей
Поиск
loop
Общество
Перед большой кровью: отмена смертной казни как путь к глобальному тоталитаризму

Перед большой кровью: отмена смертной казни как путь к глобальному тоталитаризму

19:20  19 Июля 2016
914

Перед большой кровью: отмена смертной казни не имеет ничего общего с гуманизмом

Новость №1 из Турции последних часов — заявление ее президента Реджепа Тайипа Эрдогана о том, что в стране будет возвращена смертная казнь. Конечно, только если того «потребует народ и одобрит парламент» — хотя надо понимать, что тот и другой нынче, после неудавшегося военного мятежа и смерти двух сотен законопослушных граждан от рук несостоявшейся хунты, готов и «потребовать», и «одобрить».

Занятно, что, обосновывая свое предложение, Эрдоган сослался, в том числе, на… нашу страну: «Разве нет смертной казни в США? В России? В Китае? Только в европейских странах ее нет», — цитирует турецкого «султана» The New York Times. Напомним, что через пару месяцев исполнится уже двадцать лет со дня последней смертной казни в новейшей истории РФ.

Впрочем, у нас, как и в Турции, исключительная мера наказания снова может вернуться. Буквально в эти дни жители Кирова, шокированные жестоким убийством 6-летней девочки, собирают подписи под петицией к президенту Владимиру Путину с просьбой вернуть смертную казнь «для педофилов и убийц детей».

И все же споры о смертной казни — ее эффективности как наказания, ее неотменяемости в спорных случаях, ее соответствии уровню развития общества — продолжаются. В частности, стоит задуматься о том, что гуманистические, на первый взгляд, призывы к тотальной отмене смертной казни на самом деле могут проистекать вовсе не от защиты «прав человека», а из желания свергнуть «отжившие» схемы общественного устройства и создать на Земле еще более антигуманный тоталитаризм.

Перед большой кровью: отмена смертной казни не имеет ничего общего с гуманизмом

Единичная жизнь как «свежая» ценность

Сегодня эти дискуссии о смертной казни носят не юридический и даже не правовой характер. В них, словно в капле воды, отражена не только прошлая история, но и будущая судьба человечества.

Проблема ведь не в том, есть ли у государства, у общества право лишать человека жизни — даже за самые тяжкие преступления. Проблема в том, какой смысл и какую ценность имеет сама человеческая жизнь. И, соответственно, человеческая смерть.

То есть это спор о ценностях, об аксиологии. Здесь любые правовые и экономические доводы имеют сугубо второстепенное и подчиненное значение.

Совсем недавно такой вопрос, можно сказать, не стоял. Жизнь конкретного человека и сам человек не относились к категории высших ценностей — религиозные, политические (национальные) и даже экономические (материальные) ценности стояли выше человеческой жизни. Побить камнями, отдать на растерзание хищным зверям, отрубить голову, четвертовать, колесовать, распять, повесить, сжечь на костре, утопить, удушить, расстрелять, отравить, уморить голодом, содрать кожу, посадить на кол, убить электрическим разрядом — виды смертной казни в разных обществах в разное время были весьма многочисленны, а порой даже изысканны, как, например, «алмазный кофе» от султана для высших сановников Османской империи.

При желании можно было бы написать целую «энциклопедию смертной казни» — несмотря на гигантский объем, чтиво получилось бы по-своему увлекательным и поучительным. Во всяком случае, до недавнего времени целесообразность и оправданность смертной казни для отдельных людей, которые так или иначе нарушали высшие ценности той или иной человеческой общности, сомнению не подвергались.

Перед большой кровью: отмена смертной казни не имеет ничего общего с гуманизмом

«Трагедия» против «статистики»

Нынешние проблемы вокруг смертной казни начались, когда научно-технический прогресс сделал возможным уничтожение не только отдельных человеческих общностей (геноцид), но и всего человечества (гумоцид). Опыт двух Мировых войн ХХ века, состоявшихся буквально за сорок с небольшим лет (1912—1953) и уничтоживших более чем 200 миллионов человек, делал перспективу следующей мировой, ядерной войны уже явным «концом света».

В результате перед лицом возможности всемирного Апокалипсиса начала изменяться вся система ценностей, в рамках которой «интересы сообщества» перестали быть выше «прав человека» — не потому, что сам человек превратился в «высшую ценность», как об этом заявлено во множестве деклараций и конституций, а потому что «высшей ценностью» перестали быть «интересы сообщества».

Так и получилось, что «смерть человека — трагедия, смерть миллионов — статистика».

Если посмотреть на нынешнюю карту распространения смертной казни как меры наказания от имени государства, где голубым цветом выделены страны, полностью отменившие смертную казнь, а красным — сохранившие ее как меру государственного наказания (остальные — промежуточные варианты), то можно заметить, что основные «центры силы» современного мира, претендующие на глобальное лидерство сегодня или завтра (США, Китай, Индия, исламский мир), смертную казнь по приговору суда безусловно сохраняют:

Перед большой кровью: отмена смертной казни не имеет ничего общего с гуманизмом

Впрочем, и официальная отмена смертной казни как меры государственного наказания по приговору суда ни о чем не говорит. Ведь число убийств «силовыми структурами» государства или квазигосударственными отрядами, типа «эскадронов смерти» в Латинской Америке или «добробатов» на Украине, без суда и следствия, может исчисляться тысячами, десятками и даже сотнями тысяч людей ежегодно, как это происходит во множестве стран мира, официально отказавшихся от смертной казни как инструмента государственного наказания…

Обращаясь к историческим аналогиям, можно сказать, что нынешняя ситуация со смертной казнью в значительной мере соотносится с периодом становления абсолютной монархии в Европе с последующим переходом к институту представительной демократии в эпоху Нового времени: сначала монарх укреплял свою власть над духовенством и феодалами при помощи «третьего сословия», после чего «третье сословие» путем революций вырывало уже «готовую» абсолютную власть из рук монарха.

Сегодня при помощи концепции «прав человека», включая фундаментальное и безусловное право на жизнь, а также неразрывно связанный с этим правом отказ от смертной казни, блок транснациональных корпораций устанавливает контроль над «феодальными» национальными государствами и религиозными конфессиями, а завтра… Завтра под этими лозунгами могут пролиться такие реки крови, что «железный XX век» покажется поистине «Золотым».

Олег Щукин
Закрыть