Нажмите CTRL + D, чтобы добавить в закладки эту страницу.

Лента новостей
Поиск
loop
Общество
Понятливый народ. Роман Носиков о погибших в Карелии детях

Понятливый народ. Роман Носиков о погибших в Карелии детях

13:42  21 Июня 2016  /обновлено: 0:25  22 Июня 2016
6272

Понятливый народ. Роман Носиков о погибших в Карелии детях

В Карелии произошла трагедия. Дети на лодках, без спасательных жилетов, с обычными — вместо инструкторов — вожатыми, принужденными исполнять работу, к которой у них не было никакой подготовки, были отправлены на озеро прямо в шторм, игнорируя прогноз погоды, правила безопасности и желание самих ребят.

В итоге погибло 14 детей. А перед обществом встал наш любимый вопрос: «Как же так вышло?» По ходу поиска ответа на этот традиционный вопрос начали вскрываться подробности.

«У нас все в порядке»

Для начала, оказалось, что детей в лагере на Сямозере находилось на 70 человек больше нормы. Интересно, как они спали? Как питались? Кто за ними присматривал? Какова санитарная обстановка в лагере?

Впрочем, понятно какая — в 2015 году инспекторы Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей в ходе внеплановой проверки выявили в этом лагере нарушения санитарно-эпидемиологических требований к условиям отдыха и оздоровления детей.

«Зайдя на территорию лагеря, я был несколько шокирован: помимо цивилизованных корпусов (здание бывшего пионерского лагеря) там стояли сиротливые рваные палатки, — заявил тогда журналистам глава Эссойльского сельского поселения Андрей Ореханов. — Внутри постельное белье сырое, а в некоторых палатках постельные принадлежности вообще отсутствовали. Также там стоят палатки больших размеров, где поставлено по семь двухъярусных кроватей. На многих спальных местах не было ни матрасов, ни подушек, и дети, возможно, спали буквально на голых металлических решетках.

В Сети можно найти отзывы родителей детей, что отдыхали в этом лагере в прошлые сезоны:

«Мой ребенок тоже побывал на второй смене, забрала ребенка досрочно, так как это был просто кошмар, ребенок до сих пор в шоке от лагеря… Написала заявление в прокуратуру и Роспотребнадзор».

Или:

«Третья смена. Концлагерь!.. Подаем заявление в прокуратуру на куратора лагеря (Виноградов В.А.), на бизнес-леди и хозяйку парк-отеля Сямозеро Решетову Е.В. Родители, если вы не хотите нанести травму своим детям, ни в коем случае не отправляйте их в парк-отель Сямозеро».

Понятливый народ. Роман Носиков о погибших в Карелии детях

Ну, это еще ладно. Ерунда какая. Народ поймет.

Потом заместитель генерального директора «Трансперенси Интернешнл — Россия» Илья Шуманов выложил в блоге результаты своего расследования. Интересные результаты:

«ООО «Парк-Отель «Сямозеро» принадлежит Елене Решетовой. Ее компания:
а) числится ответчиком по 93 судебным делам;
б) много раз привлекалась к административной ответственности;
в) исправно получала госконтракты от правительства Москвы, правительств Карелии и Мурманска…»

Далее выясняется, что компания Решетовой выигрывала электронные конкурсы либо вообще без конкуренции, что противоречит закону, либо при помощи подставных фирм.

Тут же в Сети появилось письмо от имени вожатых лагеря. Полное красочных деталей, способных внести существенные коррективы в юридическую квалификацию произошедшего.

Однако меня в том письме больше всего заинтересовала вот эта строчка: «На любые вопросы директору лагеря о безопасности она отвечала: «Мы единственный лагерь на территории России с таким статусом, у нас все в порядке».

Может быть, конечно, и клевещут вожатые. А народ, он, может быть, и поймет. Он же у нас понятливый и терпеливый. Но уже и СК России обнаружил, что лагерь-то — с историей: в 2011 году заместитель директора учреждения после совместного употребления спиртного на территории лагеря до смерти избил охранника…

Цена икорки

Короче говоря, перед нами вопрос: как получилось, что власти Москвы и других субъектов федерации отправляли детей в место, полностью непригодное для них? К людям, которым невозможно доверить не то что ребенка, но и скотину?

Следует предположить, что успешная коммерческая деятельность лагеря имеет следы постоянной заботы кого-то из чиновников администрации Москвы, Карелии и т. д. Коррупция? А как же. Но это не полный ответ. Коррупция коррупции — рознь.

Можно же ведь найти фирму, которая и «откатит», и сделает все так, чтобы не было лишних замечаний и вопросов. Но «тащили» именно фирму Решетовой.

Понятливый народ. Роман Носиков о погибших в Карелии детях

Причин тут может быть две.

Первая: у нас стали так эффективно бороться с коррупцией, что фирмы, идущие на «откат», стали редкой ценностью. Каждая на учете. И каждую надо беречь и нянчить, холить и лелеять — ведь если на ее место придет другая фирма, то «отката» просто не будет. А то, что у Решетовой есть серьезные недостатки — так этим можно пренебречь. Народ поймет.

Вторая: Решетова — своя. Член тусовки. Проверенный кадр. А то, что «косячит», что за ней шлейф тянется, — так это не проблема. Народ поймет.

Как видим, в том и другом случае недостатки Решетовой не рассматриваются как риски. Во всяком случае, как собственные. В связи с этим возникает вопрос: а сама Решетова не является ли классическим зиц-председателем, задача которой — сидеть вместо лица, которое реально владеет бизнесом и на совести которого лежит организация только что произошедшей трагедии?

Словом, все внимание общественности должно быть сейчас сосредоточено не на самой Решетовой, которая, конечно же, виновна, а на том, решатся ли правоохранительные органы исполнить свой долг до конца и найти тех, кто обеспечивал коммерческую деятельность фирмы Решетовой с другой стороны бюрократического стола.

Чтобы понять, о каких лицах идет речь, не требуется много времени. Обычно все всегда уже известно, все все знают. Все уже всех друг с другом видели. Вместе на одних банкетах гуляли, водку пили, икру кушали.

Цену этой икорки мы теперь знаем.

Перед дверями Ада

Но есть в этой истории, как и во всех прочих отвратительных историях последнего времени, один нюанс. Я имею в виду расчет на то, что народ как-нибудь стерпит, войдет в положение, сжалится и, так или иначе, — поймет. Простит. Смирится.

Расчет на это виден повсюду. В том числе, и тогда, когда два высших чиновника страны вешают в городе-герое памятную табличку тому, кто его жителей сотнями тысяч изводил. А народ — ему мы как-нибудь объясним. Народ поймет.

Дают имя мосту вопреки мнению народа. Ну, придержит народ при себе это мнение. Потерпит. Поймет.

И никак не поминают, например, недавно скончавшуюся Токтогон Алтыбасарову — женщину, усыновившую 150 детей из блокадного Ленинграда. Вот бы ей мост в Питере, а? Народ бы точно понял.

И никому не пришло в голову увековечить в памятнике подвиг Даниила Кютинена — обычного пекаря, который умер с голоду в блокадном Ленинграде рядом с хлебом, испеченным им для горожан.

Понятливый народ. Роман Носиков о погибших в Карелии детях

Это народ тоже бы понял. Народ, когда смотрит в глаза Даниилу Ивановичу на фотографии, понимает, что вот этот бы — детей на икорку не променял. Поэтому и оказался с Маннергеймом по разные стороны блокады. И по разные стороны от дверей Ада, полагаю.

Читайте также: Маннергейм или Бессмертный Полк: о выборе, который придется сделать

Как понял бы народ, если бы вдруг СК России начал сажать на огромные сроки чиновников Москвы, Питера и Карелии, связанных с Решетовой.

Народ у нас действительно понятливый. Но понять своих управленцев он может по-разному. И действовать, исходя из этого понимания, он тоже может по-разному.

Вот это бы кто понял.

Роман Носиков
Закрыть