Нажмите CTRL + D, чтобы добавить в закладки эту страницу.

Лента новостей
Поиск
loop
Спорт
Попасть в «десятку»: олимпийский чемпион о том, как научиться стрелять

Попасть в «десятку»: олимпийский чемпион о том, как научиться стрелять

13:57  10 Мая 2016
2991

Как попасть в «десятку»: рассказывает Олимпийский чемпион по стрельбе Михаил Неструев

Передо мной — живая легенда российского стрелкового спорта. Понятно, что себя Михаил Валерьевич Неструев легендой не считает, но все же… Олимпийский чемпион 2004 года, пятикратный чемпион мира, заслуженный мастер спорта России. В общем, довольно неординарный человек.

Сломал челюсть. Не себе. Бывает…

Для забывчивых напомним, что это тот самый Неструев, который всего через полгода после начала тренировок, в возрасте 13 лет выполнил норматив кандидата в мастера спорта, а в 14 лет стал мастером спорта СССР. Тот самый Неструев, который выиграл олимпийское золото в Афинах, выступая в джинсах Levi's знаменитой 501-й модели, после чего выяснилось, что золотая медаль Михаила стала 501-й в истории отечественного спорта. Тот самый подполковник Неструев, который мастерски владеет практически любым видом стрелкового оружия — от автомата Калашникова до пневматического пистолета.

На днях Михаил Неструев дал обстоятельное интервью корреспонденту Федерального агентства новостей.

— В одном из своих интервью вы как-то обмолвились, что в школьные годы состояли на учете в детской комнате милиции. Как же вас так угораздило?

— За драку. Я миролюбивый, но если меня задеть… В общем, могут быть травмы. В том случае я сломал челюсть одним ударом. Не себе. Бывает…

— В каком возрасте вы впервые пришли в тир?

— Где-то лет в двенадцать-тринадцать.

— Что главное в стрелковом спорте? Оружие?

— Главное в стрелковом спорте — это самосовершенствование и стремление к успеху, а оружие — лишь средство для достижения этого успеха.

— Какую черту характера человека стрелковый спорт развивает в первую очередь?

— Уравновешенность. Причем чем на более дальнюю дистанцию ведется стрельба, тем больше этой самой уравновешенности стрелку потребуется.

Как попасть в «десятку»: рассказывает Олимпийский чемпион по стрельбе Михаил Неструев

От пистолета до автомата

— В каких стрелковых дисциплинах вы выступаете?

— Во всех. Я люблю стрелять, это мое хобби. Я пробовал себя и в пистолете, и в револьвере, и в винтовке, и в автомате.

— В автомате?

— До 1999 года у нас проводились чемпионаты по стрельбе из штатного армейского оружия: АК, СВД, ПМ. Ну, как из штатного? Внешне оружие на соревнованиях выглядело обычным, но мы, конечно, взятое с консервации оружие старались приспособить под себя… Так вот, я как-то стал чемпионом страны по стрельбе из АК.

— Но в итоге вы чаще всего выступаете с пистолетом. Почему?

— Во-первых, пистолет — это большее количество дисциплин: от пневматической до крупнокалиберной. Во-вторых, это, наверное, свойство характера. Кому-то нравится возиться с крупным — с винтовками, а мне — с мелким, с пистолетом. В-третьих, у нас в спорте успех начинает руководить человеком. То есть, добившись где-то успеха, спортсмен начинает развивать именно это направление. Вот я и предпочитаю стрельбу из пистолета, поскольку именно в ней добиваюсь лучших результатов. В-четвертых, в секции, где я начинал, винтовочников было много, а пистолетчиков — мало, и их количество тренеры старались увеличить. Посмотрев на мои первые результаты в секции, тренеры стали давать мне все больше и больше тренировок именно на пистолет, ну и пошло-поехало.

— Какой пистолет вам больше всего нравится? И какой — хотелось бы иметь?

— Тот, с которым я могу добиться лучшего результата.

Тир на Самокатной и японское убийство

— Выходит, желание иметь пистолет, исходя из какой-то его внешней эстетики, в вас отсутствует?

— У меня нет такой цели — хотеть пистолет, у меня есть цель — показать лучший результат. Для меня оружие — это не какой-то манящий объект. Для меня это средство достижения цели. Потому оцениваю я это средство не с точки зрения «хочу его или не хочу», «красивое или некрасивое», а с точки зрения «годится для достижения хорошего результата или не годится». У меня такое отношение к оружию выработалось практически сразу по приходе в стрелковый спорт. Мы занимались в уникальном тире, крайне плодовитом на стрелковые таланты. Сейчас его, увы, уже не существует. Это был московский тир ДСО «Спартак» рядом с заводом ликеро-водочных изделий №1 на Самокатной улице, дом 4…

— Великолепное соседство.

— Да, отличное. Так вот. В этом тире исторически занимались спортсмены, входившие в сборную команды СССР. В послевоенный период, когда со спортивным оружием было совсем туго, наши спортсмены, выезжавшие на территорию западных стран, часто привозили с собой из-за рубежа оружие подаренное или купленное на суточные. У нас оно ставилось на учет и хранилось в тире. Соответственно, занимаясь в тире, мы имели доступ к сейфу, где все это привезенное «богатство» находилось. Там были кольты, смит-вессоны и еще много чего. Пистолеты и револьверы самых разных калибров и производителей. Помню, любил набивать руку и оттачивать взор, стреляя из пистолета чешского производства… Вдоволь настрелявшись и все перепробовав, я понял, что моя цель — не оружие. Оружие — лишь дополнение к тем навыкам, которые демонстрирует спортсмен. Цель же — самый лучший результат, победа на соревновании.

— Какова ваша самая большая дистанция результативного выстрела из пистолета?

— В спорте у нас есть ограничение — 50 метров. При всем желании на большей дистанции не попадешь.

— А вне спорта?

— В начале 2000-х в Японии произошло громкое убийство. Оружием убийства стал револьвер. Я как раз поставил рекорд мира по стрельбе из револьвера и ко мне приехали корреспонденты японской телерадиокомпании NHK. Приехали, спрашивают: «С какого расстояния человек из револьвера может уверенно попасть в «десятку»?» «Десятка» — это 50 мм на мишени №4. Я им говорю: «Пойдемте». Прошли мы на стрельбище. Сперва я попал в «десятку» с расстояния, с которого произошло убийство — 15 метров. Потом — с 25 метров, следом первым же выстрелом — с 50. Корреспонденты все это снимают и спрашивают: «Еще дальше можете?» Говорю: «Давайте так. Я знаю упреждение, знаю как падает пуля, так что ставьте мишень сразу на 100 метров». Поставили.

— И вы попали?

— Не в «десятку», а в «девятку», но попал. Первым же выстрелом.

Как попасть в «десятку»: рассказывает Олимпийский чемпион по стрельбе Михаил Неструев

О пневматике и не только

— За одну тренировку пистолетчик-олимпиец сколько в среднем делает выстрелов?

— Это достаточно индивидуальная цифра. Зависит она и от стрелка, и от вида соревнований, в которых он выступает.

— Но все же?

— 15—20 будет явно недостаточно. 200—400, вот более-менее нормально.

— Во время соревнований у вас есть какой-то раз и навсегда установленный алгоритм, очередность действий, которая никогда не нарушается?

— Нет, все ситуативно. Я подстраиваюсь под обстановку, которая всегда иная по сравнению с предыдущими соревнованиями.

— В августе 2004 года на Олимпиаде в Афинах у вас случился уже ставший знаменитым поединок с китайцем Ван Ифу. Напряженная борьба шла за каждое очко, причем поединок шел на пневматических пистолетах. Многие сейчас недоумевают, зачем вообще в стрелковом спорте нужна пневматика. Мол, это «никому не нужные игрушки». Прокомментируете?

— Так рассуждают дилетанты. Пневматические пистолет и винтовка позволяет отрабатывать навыки стрельбы, которые являются универсальными. Они применимы для любого используемого в стрелковом спорте калибра. Одна из основных задач стрелка на начальной стадии обучения — научиться не реагировать на отдачу, не бояться выстрела. Как это у нас называют, «не идти на выстрел». Вот пневматика, лишенная отдачи, тут оказывается вполне к месту. После наработки на пневматике нужного навыка намного легче для многих бывает реализовать этот навык на огнестреле, чем сразу браться за последний. Наконец, пневматическое оружие часто оказывается даже точнее, чем огнестрельное. Мы как-то сравнивали на дистанции в 50 метров кучность пневматической и огнестрельной винтовок — «куча» у пневматики оказалась лучше. Дозирующий механизм пневматической винтовки, создающий т.н. «форсированное давление», толкающее пулю внутри канала ствола, работает гораздо более прогнозируемо и с большим постоянством, чем патрон.

— Есть мнение, что стрелковые навыки можно отрабатывать, «стреляя» лазерным лучом.

— Это попробовали применить в пятиборье, и быстро стало понятно, что лазер реальной стрельбе не альтернатива. Пуля оставляет в мишени точечный след. Лазер, в силу того, что у стрелка руки дрожат, «рисует» по мишени причудливый «узор», зачастую проходящий от одного края мишени до другого. В результате электроника постоянно путается, куда же в реальности угодил лазерный «выстрел».

В здоровом теле — здоровый хват

— Сильно ли изменились те, кто сейчас приходит в наш стрелковый спорт, по сравнению с советской эпохой?

— Я сейчас как тренер работаю и с детьми, и со взрослыми. Так вот, люди стали слабыми. Они привыкли не ходить и бегать, а ездить. Не гулять, а просиживать время за телевизорами и компьютерами. Одна из основ меткой стрельбы — правильный хват. Я сейчас на тренировках постоянно повторяю начинающим стрелкам, когда мы отрабатываем хват оружия: «Держи крепче!» А ведь раньше такого в принципе не было. Ребята, занимайтесь подтягиваниями, отжиманиями, бегайте, плавайте. Будьте сильными и здоровыми. Я регулярно общаюсь с сотрудниками силовых структур, так вот там видна четкая зависимость: чем боец лучше физически развит, чем он более здоров, тем он точнее стреляет. Бывает, приходит человек в тир, берет пистолет и сразу видно, что у него руки дрожат — тремор. Ну какой из него снайпер? Никакой. А что является причинами тремора? Как правило, это болезни внутренних органов: печенок, селезенок и т.д. Запомните: в здоровом теле — здоровый…

— …Дух?

— …Хват.

— Наши пистолетчики сейчас используют на Олимпиадах оружие отечественного производства или иностранного?

— На данный момент используют оружие только иностранного производства. Все без исключения.

— Что вы можете сказать об отечественном техническом обеспечении стрелкового спорта?

— Вы про спортивную индустрию? Спортивная индустрия у нас приказала долго жить в 1987 году. Было специальное постановление Совмина о свертывании программы НИОКРов, разработок, производств, мобилизационной политики, программ ГТО. Последнее сразу привело к исчезновению массового потребителя спортивного оружия. Таким образом, очень быстро на нашей территории закончилось массовое производство спортивного оружия и боеприпасов к нему. Осталось производство лишь в виде опытных партий, мелкосерийное, а то и вообще — штучное. Разработка порохов закончилась еще раньше.

Как попасть в «десятку»: рассказывает Олимпийский чемпион по стрельбе Михаил Неструев

Реформы и стрелковые школы

— Как-то в 2008 году вы заявили: «Стрельба нуждается в реформах. Главная проблема в том, что соревнования как были, так и остаются скучными. Даже мне, стрелку, не всегда интересно ходить на соревнования». Это до сих пор так, или в стрелковых соревнованиях ситуация изменилась?

— Совсем недавно состоялся Кубок мира по стендовой и пулевой стрельбе в Рио-да-Жанейро. Выступавший на этом Кубке член сборной команды Германии опубликовал документ Международной федерации спортивной стрельбы. Документ представляет из себя «дорожную карту» тех изменений, которые предполагается сделать в системе стрелкового спорта. Выработаны изменения на совместной встрече вице-президента Международной федерации спортивной стрельбы и представителей МОК. И вот в этом документе фактически признается то, о чем я говорил в 2008 году. Признается, что необходимы реформы. Как говорится, наконец-то. Ведь стрельба как вид спорта появилась в программе первых же современных Олимпийских игр 1896 года и состояла из самого большого количества видов программ. В легкой атлетике оказалось меньше видов соревнований, чем в стрельбе. Стрельба была тогда спортом элитарным в том смысле, что являлась соревнованием элит. В те времена считалось, что каждый мужчина-представитель элиты должен уметь фехтовать, уметь стрелять, т.е. обладать теми навыками, которые ему нужны в первую очередь для военной карьеры. Именно исходя из этого составлялись условия Олимпийских стрелковых соревнований. С 1896 года много воды утекло, и профессиональный спортсмен-стрелок сейчас — это уже не дворянин конца XIX века. Сейчас призер 1896 года на наших Олимпиадах в лучшем случае считался бы посредственностью… Информационное освещение Олимпиад тоже радикально изменилось. Раз так — давно пора кое-что изменить в регламенте проведения стрелковых соревнований, и хорошо, что МОК и Международная федерация это понимают.

— Какие же изменения предполагаются?

— До 2020 года должно полностью исчезнуть гендерное неравенство в стрелковом спорте. Это касается как самих стрелковых упражнений для женщин и мужчин, так и количественного равенства стрелков-участников Олимпийских игр. То есть, будет 50% мужчин и 50% женщин. Предполагается введение в Олимпийскую программу большего количества микст-упражнений, где выступает смешанная команда из мужчин и женщин. В общем, много новых и интересных идей.

Читайте также: Московский вестерн: меньше секунды на выстрел

— Стрелковые школы каких стран сейчас вы считаете сильнейшими?

— В спорте все очень персонифицировано. Стрелковая школа — это не объем знаний в учебнике, это носитель этих знаний. Носитель перемещается в другую страну, и вместе с ним перемещается его стрелковая школа. Никто не знал несколько лет назад спортсменов-стрелков из Индии. Приехал туда тренер-винтовочник из Венгрии — появились индийские винтовочники. Приехали в Индию наш тренера и тренер с Украины — появились индийские пистолетчики. То же самое было с Китаем. Никто не знал китайских спортсменов-стрелков. Появились в Китае советские тренеры, поставили китайцам свою школу-модель — появились китайские стрелки. Нет стрелковой школы страны, есть стрелковая школа конкретного носителя знаний. Ответить на вопрос, стрелковая школа какого тренера или спортсмена считается сильнейшей, можно. Ответить на вопрос, стрелковая школа какой страны считается сильнейшей, нельзя. Во главе угла — конкретный человек, носитель знаний.

Как попасть в «десятку»: рассказывает Олимпийский чемпион по стрельбе Михаил Неструев

Проблемы стрелкового спорта

— Можно ли самостоятельно научиться стрелять?

— На уровне профессиональных спортсменов? Нет. Нельзя купить книгу, в которой описана стрельба из пистолета, и только по ней научиться стрелять. Эти книги пишутся уже несколько столетий. Оружие меняется, а слова в этих книгах — нет. В них нет ничего нового, все описывается простой формулой «Ровная мушка и плавный спуск!» Чтобы понять, что такое правильная стрельба, этого хватит. Чтобы научиться самому правильно стрелять, понадобится помощь тренера — того самого носителя знаний.

— Хорошо известно, что профессиональный спорт сейчас — это не только большие достижения, но и большие деньги, которые необходимы для подготовки этих самых больших достижений. Где на подготовку стрелков-спортсменов выделяется больше средств — у нас или за рубежом?

— Если уж говорить о деньгах, то тут мы впереди планеты всей. Наше государство тратит на спортсменов больше, чем они того заслуживают. При этом, если говорить о качестве подготовки спортсменов, то спортсмены получают его меньше, чем заслуживают. У нас не нехватка денег, у нас нехватка качества подготовки. Мы можем назначить фантастическую цену за арендный час тренировки. Цену, которая будет в разы превышать аналогичную для спортсменов в Евросоюзе. При этом мы получаем качество подготовки, которое в разы меньше, чем у спортсменов из Евросоюза.

— Почему так получается?

— Некомпетентность или злой умысел — как-то еще это объяснить невозможно.

Читайте также: Дульнозарядное оружие в современной России: из мушкета — пли!

— Как вы относитесь к идее легализации короткоствольного огнестрельного оружия в России?

— Проблема на самом деле много шире. У нас в стране идет ограничение продаж стрелкового оружия как такового. Длинноствольное ли оно, короткоствольное ли, огнестрельное, пневматическое — это уже вторично. Первично — исходно предвзятое отношение государства к стрелковому оружию в руках человека, не являющегося представителем государственных силовых структур. Я считаю, что стрелковое оружие в руках гражданского населения не является источником опасности для государства. У нас в обиходе имеется множество предметов более опасных, чем оружие, — тот же автомобиль, к примеру. Если познакомиться с количеством убитых и раненых на дорогах, возникает ощущение, что у нас там Третья мировая идет. При этом многочисленные ДТП, часто заканчивающиеся человеческим жертвам и причинением здоровью людей серьезного физического вреда, не приводят к ограничению продаж автомобилей или ужесточению условий их хранения. К чему они приводят? К санкциям государства в отношении тех, кто нарушает ПДД. К наказанию тех, кто нетрезвым садится за руль, кто переходит дорогу в неположенном месте. Это логично? Логично. Жаль, что эта же логика не работает в отношении государства к приобретению и хранению населением стрелкового оружия.

— Иными словами, вы считаете действующие сегодня ограничения на приобретение оружия избыточными?

— Как-то радикально сохранению человеческих жизней и здоровья эти ограничения не способствуют. Зато они уверенно «убивают» прогресс в отечественном оружейном производстве и приводят к дикому завышению цен на все, что связано со стрельбой. Вы посмотрите на действующие требования к той же комнате хранения оружия в производственной организации или организации, торгующей стрелковым оружием. Они абсурдны! Во времена СССР КХО — это сейф с сигнализацией. Сейчас же для хранения оружия требуется уже возводить чуть ли не какое-то атомное бомбоубежище. Представляете, как одно это отражается у нас на цене оружия и боеприпасов? Откуда возьмется у населения культура обращения с оружием, если население это самое оружие не может приобрести? Какая может быть популяризация стрелкового спорта при таком государственном подходе?

— Ну, для популяризации стрельбы есть же клубы…

— У нас сейчас все стрелковые секции и клубы живут не на продаже аренды своих площадей, а на том, что перепродают патроны. Закупают их по оптовым ценам у завода-производителя и по завышенной цене перепродают патроны тем, кто приходит пострелять. Разницу кладут себе в карман, что и является их основной прибылью. Вот такая «популяризация» получается. Простым математическим умножением количества стрелковых секций и клубов положение, когда в какой-нибудь одной из германских земель стрелков-спортсменов чуть ли не больше, чем во всей России, не изменить.

— Получается, популяризацию стрелкового спорта надо начинать не с открытия новых тиров, а с изменения отношения государства к ситуации с оружием в руках гражданского населения, с изменения соответствующей законодательной базы?

— Конечно.

Андрей Союстов
Закрыть