Алхименков: Неолиберальная экономика не к лицу России как великой державе

Алхименков: Неолиберальная экономика не к лицу России как великой державе

24.02.2016 15:17
777

Алхименков: Неолиберальная экономика не к лицу России как великой державе

Приверженность экономического блока правительства догматам неолиберальной экономической школы сковывает развитие России, в то время как деньги на это развитие в стране есть. Об этом заявил научный сотрудник петербургского отделения Российского института стратегических исследований (РИСИ) Михаил Алхименков, выступая на круглом столе, где обсуждались вопросы будущего устройства экономики в азиатском регионе.

Доклад Алхименкова назывался «Новый Шелковый путь и глобальная политика США». Корреспондент Федерального агентства новостей побеседовал с научным сотрудником после мероприятия и узнал, как России реагировать на политику американцев.

Один пояс и один путь

Санкт-Петербургский региональный информационно-аналитический центр РИСИ провел круглый стол с широким участием экспертов вузов и институтов города. На нем обсуждались вопросы, которые встают перед нашей страной в связи с экономической стратегией Китая в азиатском регионе — в том числе в странах-бывших членах СССР. Речь идет о выдвинутой в 2013 году китайской концепции «Один пояс и один путь», которая, в свою очередь, состоит из континентального Экономического пояса Шелкового пути и Морского Шелкового пути XXI века. По словам нашего эксперта, это один из ключевых вопросов современной геоэкономики.

«Тема чрезвычайно актуальная — не только с точки зрения мировой торговли, но и с точки зрения вообще перспектив участия России в трансконтинентальных евразийских транспортно-логистических системах, и с точки зрения в целом расклада сил в мире», — говорит Михаил Алхименков.

Инициатива Китая, Экономический пояс Шелкового пути (ЭПШП), предполагает создание трех трансевразийских экономических коридоров: северного (Китай — Центральная Азия — Россия — Европа), центрального (Китай — Центральная и Западная Азия — Персидский залив и Средиземное море) и южного (Китай — Юго-Восточная Азия — Южная Азия — Индийский океан).

Он отмечает, что такая масштабная стратегия, реализация которой в ближайшее десятилетие оценивается в десятки триллионов долларов, «не может не затрагивать интересы пока еще лидера мировой торговли — США».

Что США делают в Центральной Азии

Китайскую инициативу в прессе часто ошибочно называют «Новым Шелковым путем», тогда как такое название имеет американская концепция, которая появилась даже раньше китайской и, более того, ей по сути противостоит. Поэтому многие эксперты часто связывают возникновение ЭПШП с ответом Пекина на американскую концепцию Нового Шелкового пути (НШП).

Как рассказал Алхименков в своем выступлении, интерес США к центрально-азиатскому региону стал увеличиваться после терактов 11 сентября 2001 года. В американской политической программе были выдвинуты определенные «концепции переформатирования» регионального пространства в угоду своим геостратегическим интересам.

Сначала США предложили концепцию так называемой Большой Центральной Азии, которая включила в себя не только пять постсоветских среднеазиатских республик, но также и часть Монголии, север Индии, Пакистан, Синьцзян-Уйгурский автономный район Китая. Эта концепция была направлена на борьбу с влиянием России и КНР в регионе. Суть заключалась в продвижении Вашингтоном экономической привязки региона Средней Азии к Южной Азии, то есть, в первую очередь, к Индии и Пакистану.

Алхименков: Неолиберальная экономика не к лицу России как великой державе

Проект Большой Центральной Азии был выдвинут американским аналитиком Фредериком Старром — главой Института Центральной Азии и Кавказа при Университете Дж. Хопкинса в Вашингтоне. Свою концепцию Старр впервые изложил в июле 2005 года на страницах влиятельного журнала Foreign Affairs. А уже в октябре того же года в Госдепартаменте США возникло объединенное Бюро по Центральной и Южной Азии, отвечающее за «партнерство и сотрудничество» в регионе. Методы варьировались от влияния через различные НКО до непосредственной работы с правительствами.

Программа американцев, по словам Алхименкова, вызвала «смешанные чувства» в правительствах среднеазиатских государств и «крайне отрицательную реакцию» в Китае, который сразу понял, что его пытаются просто «отключить» от этого стратегически важного для себя региона. Тогда в США предложили более мягкую концепцию, которая формально не исключала участия России и Китая, однако ее суть оставалась прежней, — программу под названием «Новый Шелковый путь» (НШП).

По этой концепции получалось, что Афганистан должен стать своего рода перекрестком — в первую очередь, маршрутов с севера на юг. Среднюю Азию газопроводами, дорогами, ЛЭП и прочим необходимо было замкнуть на Афганистан, а далее — на Пакистан и Индию. Также через Афганистан должен был идти маршрут из Юго-Восточной Азии, и дальше, опять же минуя Китай, на Северо-Запад.

Для Москвы американский проект в случае реализации чреват тем, что страны Средней Азии могут начать постепенно выходить из-под ее влияния. При этом планы американцев очень не понравились Китаю, поэтому уже в 2013 году председатель КНР Си Цзиньпин сформулировал то, что считается ответом Китая — Экономический пояс Шелкового пути (ЭПШП).

На счастье России и КНР, НШП — далеко не самое успешное направление политики США, которые испытывают огромные проблемы от чисто географического характера (горный рельеф местности) до политических трудностей между странами. Так, мы наблюдаем «плохие отношения» между Индией и Пакистаном, между Афганистаном и Пакистаном, и также напряженное соседство Таджикистана и Узбекистана. Все это осложняет реализацию американского проекта еще на уровне согласований. К тому же данный регион является зоной действия различных террористических организаций, таких как движение «Талибан» и запрещенное в РФ «Исламское государство».

Поэтому пока американцы стараются поступать в своей излюбленной манере и минимизируют собственные затраты, привлекая побольше капитала из стран, «проигравших Вторую Мировую войну» — Германии и Японии, а также деньги международных финансовых институтов.

Интересы России

По мнению Алхименкова, России, конечно, не нужно отказываться от участия в проектах других стран. Взаимодействие с Китаем действительно может принести нам дивиденды, но не нужно забывать и о собственной политике. Необходимо, чтобы Россия была не только страной-транзитером — это не соответствует статусу великой державы. Важно самим становиться интеграционным центром, формулирующим свою собственную геоэкономическую повестку дня.

Формирование своей повестки дня означает, что Россия должна думать о развитии внутренней территории, внутренних ресурсов. Нашей стране необходимо обновлять инфраструктуру Транссиба и других крупных путей. Необходимо вспомнить о тех проектах, которые существовали ранее — Северный морской путь, Севсиб и Трансполярная магистраль. Понятное дело, говорит эксперт, что в рамках системы, ориентированной строго на сырьевую интеграцию в глобальный рынок, это не осуществить. Нужно стратегическое мышление — такое мышление, которым мы обладали и сто лет назад, и в другие периоды.

Алхименков приводит пример: «Представляете, Транссиб построили. Строили 25 лет — это каким стратегическим мышлением нужно обладать, чтобы это сделать? Это не просто экономическая магистраль, эта дорога фактически помогла нам удержать Сибирь и Дальний Восток, потому что мы могли их реально потерять после гражданской войны. Не было бы Транссиба, построенного уже к тому этапу, — кто знает, какая бы территория страны была, и что бы с ней случилось дальше».

По мнению эксперта, нынешний экономический блок правительства ориентируется на чикагскую монетарную школу, по Милтону Фридману, по неолиберальной модели, согласно которой нужно встраиваться в глобальный рынок, занимать там специализацию. А поскольку себестоимость у нас выше за счет холодов, далеких расстояний и прочих факторов, то значит, мы можем только качать нефть. А для этого не нужен какой-то новый сибирский маршрут, не нужна в принципе и обновленная Транссибирская магистраль.

В связи с китайским и американским проектами будущих торговых маршрутов руководству нашей страны придется решить, как геоэкономически развиваться дальше. С китайским проектом Экономического пояса шелкового пути будет осуществляться сотрудничество. Необходимо и развитие своих инфраструктурных мощностей внутри России. А тот факт, что вложения в них могут быть на первых этапах невыгодны, ни о чем не говорит. Они могут быть выгодны в дальнейшем. России нельзя руководствоваться только категориями сиюминутной выгоды — тем более, что средства на реформирование неолиберальной экономической модели есть.

Кирилл Чулков
Трехлетний ребенок умер в Петербурге, проглотив жвачку
Закрыть