Поиск
Лента новостей
Закрыть
Новороссия
Эксперт рассказал, как спасти Донбасс от диверсантов и снайперов
Общество
Учитесь зарабатывать деньги, или Страйкбол по-русски
Следующая Новость
Загрузка...

    Нажмите CTRL + D, чтобы добавить в закладки эту страницу.

    Учитесь зарабатывать деньги, или Страйкбол по-русски

    16:35  1 Февраля 2016  /обновлено: 16:36  01 Февраля 2016
    3917

    30—31 января в Москве на территории центра военно-тактических игр «Заря» прошел очередной СтрайкКон — Всероссийский конвент, посвященный игре в страйкбол. Что это за игра, и кто у нас в нее играет? С ответами на эти вопросы разбирался корреспондент Федерального агентства новостей.

    Быть террористом совсем не страшно

    …Быть террористом-смертником оказалось совсем не страшно. Сидишь себе в укрытии, поправляешь платок-шемаг на шее, а где-то у тебя за спиной виртуально тикает электронный часовой механизм. А под тем механизмом — бомба. Сейчас последние в нашей жизни пять минут дотикают, и мы вознесемся. Вместе с кучей заложников этажом выше. Ну, по крайней мере, таков был план. Но тут в помещение, где мы засели, влетела дымовая граната, и план пошел наперекосяк.

    Штурмовая группа полицейского спецназа действовала быстро. Под прикрытием дыма бойцы ворвались в помещение, разделились на прикрывающие друг друга пары и, прижав нас автоматическим огнем, начали «зачистку».

    Разумеется, мы начинаем палить в ответ. Пространство наполняется криками, «задушенными» из-за глушителей звуками выстрелов, щелчками рикошетов, вспышками подствольных фонарей. Алгоритм действий простой — надо стрелять и двигаться. Двигаться и стрелять, иначе сдохнешь. Что самое обидное — сдохнешь не вовремя, а ведь нам пять минут продержаться надо…

    Оп — одного снял!

    Game over!

    Адреналин шибает будь здоров — руки, пихающие магазин в автомат, подрагивают. Упс — не вовремя высунувшемуся «коллеге» очередь приходит прямо в грудь. Второй упс — внезапно кончаются магазины к автомату. Одновременно выясняется, что из наших только я в живых и остался.

    ОК. Бросаем автомат, выхватываем пистолет, передергиваем затвор и в который раз перебегаем на новую позицию. Там с хрипением загнанного скакуна падаем за колонну, больно приложившись коленом об пол (и почему я забыл надеть наколенники?!). Ловим в прицел вражеский силуэт и… И получаем выстрел в спину от штурмовика, незаметно «просочившегося» к нам в тыл. Не столько больно, сколько обидно. Game over, короче.

    «Живые» победители с хохотом «обезвреживают» бомбу. «Мертвые» проигравшие мрачно шествуют в курилку. Перерыв — 15 минут. Потом мы поменяемся местами, и уже победители станут «террористами», а мы — «полицейскими». У нас есть законное право на реванш, и мы его не упустим. Это страйкбол, детка!..

    Исторический ликбез

    По официальной версии, страйкбол (за рубежом — airsoft) появился в Японии после Второй мировой войны. Лишенные по послевоенному законодательству доступа к настоящему оружию экс-самураи первыми досублимировались до идеи вести стрельбу 6-мм или 8-мм пластмассовыми шариками из игрушек, внешне очень похожих на боевые стволы.

    С тех пор много воды утекло, а уж сколько страйкбольных игр по всему миру было сыграно, — то ни словом сказать, ни пером описать. Кое-где страйкбол из чисто развлекательного хобби перерос в спортивную дисциплину и средство тренировки сил правопорядка.

    За это же время наравне с простейшим «спринговым», т.е. пружинным страйкбольным оружием, появились электрические приводы и системы, работающее с помощью грингаза и CO2. Появился hop-up — устройство, закручивающее шарик таким образом, чтобы он летел дальше и точнее. Для наиболее эстетствующих игроков в страйкбольное оружие стали встраивать имитирующий отдачу и работу затворной рамы blowback. Впрочем, это были еще «цветочки». Вскоре появились «ягодки» — наборы для тюнинга, позволяющие сделать страйкбольный шароплюй не только дергающимся и лязгающим при стрельбе, но и на ощупь воспринимаемым как настоящее оружие. Увесистое. Холодное. Стальное. Смертоносное!

    Сам страйкбольный ассортимент тоже непрерывно расширялся. Стартовав с простеньких моделей пистолетов и автоматических винтовок, он как-то незаметно «докатился» до страйкбольных бронежилетов, «разгрузок», радиостанций, приборов ночного видения, коллиматорных прицелов, лазерных целеуказателей, имитаций ручных гранат, мин, дробовиков, пулеметов, снайперских винтовок с оптикой, гранатометов, беспилотников, десантных катеров и даже страйкбольных танков. Всё это, разумеется — в натуральную величину и с соответствующим функционалом. Как и в реальной жизни, всё стало упираться в цену, которую пользователь готов заплатить. Есть возможность «вложиться» в хобби на много нулей баксов? Значит, у вас есть все шансы явиться на игру навьюченным таким снаряжением, которому позавидуют настоящие спецназовцы.

    В страйкбол стало модно играть целыми семьями, утешая себя поговоркой «Если ваш сын увлекся страйкболом — он никогда не сможет позволить себе наркотики… У него просто не будет на это денег!»

    В общем, много чего изменилось за историю страйкбола. Неизменными остались, пожалуй, только азарт боя, шарики-«пули», обязательная защита для глаз и столь же обязательная честность во время игры. Ведь пластмассовые шарики, в отличие от желатиновых, используемых в пейнтболе, никаких следов на теле не оставляют. Ну, кроме синяков, разумеется…

    Пришествие страйкбола в Россию

    Временем «рождения» страйкбола в России считается 1997 год. Постепенно отечественное страйкбольное движение разделило игроков на «светлую» сторону, вооруженную советскими/российскими образцами оружия, и «темную», бегающую с оружием стран НАТО. У отечественных страйкболистов появился свой арго, где, например, словечко «МакЛауд» означает «вечно живого» игрока, не признающего попадания в себя, а «покемон» — игрок, который не антуражно одет и вооружен.

    К 2016 году российская страйкбольная субкультура разделилась также на множество ответвлений, практически не поддающихся четкому разграничению и систематизации. Кто-то продолжает быть просто страйкболистом. Кто-то занялся коллекционированием страйкбольных девайсов. Кто-то ушел в практическую стрельбу из газового страйкбольного оружия со всеми шансами официально стать мастером спорта. Кто-то стал реплицировать ковбойские дуэли с быстрым выхватыванием револьвера из кобуры. Кто-то старался моделировать тактику и вооружение определенных воинских подразделений, а «наиболее упоротые» ударились в реконструкцию. Это когда воинское подразделение не просто моделируется, а воспроизводится по максимуму вплоть до языка общения, знания соответствующих уставов и наличия установленных воинским регламентом меток на белье. Некоторые до того во всё это вживались, что даже на собственную свадьбу в Санкт-Петербурге являлись в парадном мундире офицера родезийской легкой пехоты…

    С другой стороны, зачастую правила, по которым россияне играют в страйкбол, являются довольно… гм… «аморальными». В том смысле, что на игру иногда допускается оружие с таким мощным «выхлопом», за который где-нибудь в США владельца такового выгнали бы с полигона взашей.

    При этом российский страйкбол продолжает втягивать в себя людей самого разного возраста, пола и достатка. С одинаковым азартом в него играют и студент-первокурсник, и учительница начальных классов, и менеджер по продажам автомобилей, и старлей-десантник, а заодно — трехкратный чемпион мира фигурист Евгений Плющенко и известный шоумен, сценарист и продюсер Михаил Галустян.

    На СтрайкКоне-2016 было и на что посмотреть, и где себя показать. Но, пожалуй, самым интересным всё же оказалось общение с игроками-страйкболистами.

    Советы начинающему

    Виталий, 24 года, системный администратор:

    — В страйкбол играют с 18 лет. Это игра на честность, уважение и ответственность. В тебя попали, а значит, убили. Не спорь — подними руку с чем-нибудь красным и топай в «мертвятник». Играть в «МакЛаудов» — не уважать других.

    — В чем заключается ответственность?

    — Ну, например, если в игровой зоне снял защитные очки, и тебе выбили глаз — виноват ты, а не тот, кто в тебя стрелял.

    — Зачем люди играют в страйкбол?

    — А зачем они вообще играют? Чтобы развлечься, отдохнуть, испытать что-то новое, проверить себя… Страйк — это вам не за компьютерными пикселями гоняться. Конечно, убивают тут понарошку, но пот, синяки и драйв тут очень даже настоящие.

    — Дашь какие-нибудь советы начинающим игрокам?

    — Страйкбол — это дорогостоящая игра. Можно, конечно, купить и дешевый привод тысяч за 6—7 рублей, но проживет он у вас недолго. Хороший привод сейчас стоит от 15 тысяч, а отличный — от 40 тысяч и до бесконечности. Добавим к этому запасные магазины, шлем, «разгрузку», защиту для глаз/лица/коленей/локтей, камуфляжную форму, берцы, чехол или кейс для переноски привода… Даже этот минимальный набор, нужный, чтобы не быть на игре уж совсем «покемоном», обойдется вам в приличную сумму. И это я в него еще рацию не включил, без которой часто вообще нормально не поиграешь. Какой отсюда вывод? Во-первых, учитесь зарабатывать деньги. Во-вторых, перед тем, как уходить в игру всерьез, поиграйте на площадках с прокатом снаряжения. Вдруг вам не понравится? Пусть вы потеряете время, зато, если разочаруетесь в страйке, экономия выйдет ого-го. Главное для начинающего — это понять, хочет ли он в это играть. «Потянет» ли по деньгам? Нормальная физическая форма, умение работать в команде, умение метко стрелять и прочее — это уже вторично.

    — Что-то еще?

    — Если уж решили играть — не играйте за снайпера. Страйкбол — это не компьютерная игра, не кинобоевик и не настоящий бой на большой дистанции, где снайпер и его оружие что-то могут. В страйкболе лучший «снайпер» — это пулеметчик!

    Патриотизм, «Русская весна» и макраме

    Александр, 44 года, электромонтажник и реставратор:

    — Не скажу, что вхожу в группу основателей, но начинал я играть еще в 1997 году. Притащил меня на игру знакомый. Говорит, мол, есть такая тема — лучше, чем пейнтбол. «Давай попробуем», — сказал я, и понеслось!.. Мы писали первые правила, мы помогали их отрабатывать, и все первые игры в Москве без нашего участия не проходили.

    — «Русская весна» 2014-го и война в Донбассе что-то в российском страйкболе изменили? Говорят — больше стало патриотично играющих за «светлую» сторону?

    — Думаю, тут больше сыграл свою роль экономический момент — форму и снаряжение «светлых» у нас, как правило, приобрести проще и дешевле. Что же до патриотизма, то мы все патриоты. Это совершенно не мешает кому-то играть за «темных». Просто не надо путать игру и реальную жизнь. У меня есть огромное количество знакомых реконструкторов, «делающих» немцев времен Второй мировой. В том числе и эсэсовцев. Вне игровой зоны — совершенно нормальные ребята и отличные товарищи. У которых, кстати, идет постоянная ротация. То есть кто-то наигрался за «Вермахт» — перешел в «ряды РККА». И наоборот. В конце концов, если все будут отыгрывать только «светлых», с кем они будут воевать на полигоне?..

    — Вы упомянули «экономический момент». Сильно сказался экономический кризис на нашем страйкболе?

    — Заметно сказался. «Просели» продажи дорогого и эксклюзивного оборудования. Заказывать что-то из-за рубежа теперь проще, чем когда всё начиналось, но вот цены для многих стали просто неподъемными.

    — Какая категория граждан у нас играет в страйкбол?

    — Любая совершеннолетняя — от тинейджеров и до пенсионеров. Играет огромное количество действующих военнослужащих, сотрудников правоохранительных органов, а также «офисного планктона», студентов, спортсменов, девушек… с бантиками и розовыми приводами. Это же хобби — тут строгих рамок нет. Хочешь и можешь — идешь и играешь. Передумал — подался в историческое фехтование, пейнтбол, «ролевуху» по Толкиену, макраме или еще что-то. Хотя драйв там, конечно, не тот.

    — Это про толкиенистов?

    — Нет — про макраме.

    Главная «фишка» реконструкции

    Дмитрий, 30 лет, профессия: «Открываю магазины»:

    — В страйкбол пришел больше десяти лет назад. Сейчас представляю Ассоциацию реконструкторов войны во Вьетнаме.

    — Насколько долго планируете этим еще заниматься?

    — Пока не надоест, пока здоровье позволяет, пока есть еще хоть какая-то возможность приобретать необходимое.

    — Есть проблемы с последним?

    — Цены взлетели нечеловечески: живу, что называется, «на старых запасах».

    Никита, 30 лет, ювелир:

    — Я не страйкболист и никогда им не был. Я — реконструктор. Для нас страйкбольное оружие — это вообще дело второе, если не десятое. На первом месте — воспроизведение боевых действий, атмосферы того времени, быта.

    — Был бы соответствующий разрешительный закон — ходили бы на игры с боевыми стволами?

    — А зачем? Нам и страйкбольного хватает. Доведенного до нужной степени антуражности, разумеется. С исторически верным видом, с «правильными» маркировками.

    — Зачем вам все это?

    — Чтобы преодолевать что-то, чего нет в твоей обычной жизни. Почувствовать, что называется, «кровь, пот и слезы». Это состояние души. Если хочется чего-то более серьезного — можно пойти послужить.

    — Такое тоже бывает?

    — Вполне.

    — Насколько реальна ваша реконструкция? Например, пластины в вашем бронежилете имеют реальный вес?

    — Конечно. Собственно, в этом и состоит главная «фишка» реконструкции: всё, что может быть оригинальным, должно быть таковым по максимуму.

    Слово ритейлеру

    Максим, 39 лет, представитель гонконгской дистрибьюторской компании RWA, владеющей интернет-магазином RedWolfAirsoft:

    — Что хочется отметить в связи с экономической ситуацией в России? Продажи снижаются, импорт резко упал. Всё стало приблизительно в два раза дороже.

    — Проблем с доставкой заказов в Россию не прибавилось?

    — Доставка в Россию — более-менее отрегулированный процесс. Конечно, очень сильно бюрократизированный и дорогостоящий. Но каких-то новых проблем тут не прибавилось.

    — Есть разница между российским страйкболом и иностранным?

    — Конечно, есть. Это зависит от географии, климата, достатка населения, наконец. Например, в Гонконге, где очень мало места, предпочитают CQB — Close Quarter Battle, игры на ограниченном пространстве в помещениях. В Штатах, по сравнению с Россией, страйкбол — это игра в основном для подростков и тинейджеров. Там куда меньше заботятся об антуражности, чем тут. В Западной Европе любят многодневные игры на больших пространствах — в России такое встречается заметно реже…

    — Как насчет перспектив?

    — Считаю, что у нас перспективы получше, чем у других поставщиков. На самом деле мы работаем в более высоком сегменте рынка, чем, например, продавцы автомобилей — у нас продажи упали заметно меньше. Самое главное, чтобы «устаканился» вопрос с девальвацией. Не так важно, насколько рубль упадет, — куда важнее, чтобы это падение происходило плавно и прогнозируемо. Иначе это останавливает импортные операции.

    Вьетконг из «Ленинки»

    Андрей, 31 год, библиотекарь Российской государственной библиотеки:

    — Заниматься страйкболом, точнее реконструкцией, я начал в 2010 году. Первая игра, на которую меня позвали, называлась «Война во Вьетнаме». До того я занимался реконструкцией Средневековья и Второй мировой, так что чем-то принципиально новым для меня переход к реконструкции вьетнамских иррегулярных формирований не стал.

    — А почему выбрали именно партизан?

    — У них свободы действий больше, и их тактика более гибкая.

    — Страйкбол или реконструкция — это игра командная. Что первым делом спрашивают у новичка, приходящего в команду?

    — Первым делом спрашивают: «У тебя есть деньги?» Наши игры приносят море удовольствия, но и по финансам они довольно затратные — это надо понимать сразу. Мало того — надо соответствовать уже имеющемуся уровню оснащения всей команды. Не хотелось бы, чтобы пришедший к нам вбрасывал в это хобби свои последние средства. Тем более, хочется избежать ситуаций, когда на страйкбол «ухается» большая часть семейного бюджета. Такое никогда ничем хорошим не кончается. Так что хочешь играть — сперва заработай то, на что ты будешь играть.

    — Вы «партизаните» только в Москве и Подмосковье?

    — Нет, мы в разные места катаемся. Например, мы в нашем снаряжении бегаем по горам и предгорьям в Краснодарском крае.

    — Зачем?

    — На наших коллег, реконструирующих американских «джи-ай», охотимся.

    — А как на это реагируют местные жители?

    — С одобрением.

    — Воссоединение Крыма с Россией и последующие события на Украине как-то отразились на ваших играх?

    — До войны в Донбассе у нас было громадное количество связей с Украиной. Был у нас там и дружественный игровой «батальон», который крымские события вообще разорвали на части. Командный состав остался в Киеве, а рядовой — в Крыму.

    — И как они дальше?

    — Что с киевлянами, не знаю, а крымчан мы в этом году в Краснодаре увидим. Кстати, у меня остались на Украине знакомые — реконструкторы Советской армии. Они теперь катаются играть в Белоруссию — в Брест, например. В прошлом году у них казус случился — половину состава сами украинцы на границе задержали, не выпустили.

    — Почему?

    — Ну, вы сами представьте. #Крымнаш, война, а тут мужики в красноармейской форме через границу куда-то едут… Если встречаемся с украинцами на мероприятиях, конфликты, конечно, случаются — народ весь на нервах. Но даже сейчас многие из украинских реконструкторов готовы вести с нами диалог. Так сказать — «встать над ситуацией». Что же до остальных… Думаю, пройдет 10—20 лет, и всё наладится. Совместные игры на свежем воздухе — они, знаете ли, сплачивают участников. Особенно если пули ненастоящие.

    Автор: Андрей Союстов
    Новости партнёров
    Загрузка...
    Читайте также
    Закрыть