Поиск
Лента новостей
Закрыть
Политика
Адвокат Учителя прокомментировал обращение Поклонской к Генпрокурору РФ из-за «Матильды»
Сирия эксклюзив
Наврузова: $10 тысяч за 100 русских добровольцев в ИГ – прайс турецких пограничников
Следующая Новость
Загрузка...

    Нажмите CTRL + D, чтобы добавить в закладки эту страницу.

    Наврузова: $10 тысяч за 100 русских добровольцев в ИГ – прайс турецких пограничников

    15:47  1 Декабря 2015
    915

    Десять тысяч долларов за 100 человек – именно такая цена установлена рядовыми пограничниками Турции, охраняющими турецко-сирийскую границу. Они «выписывают» россиянам билет в один конец без единой отметки в загранпаспорте. Как попасть в ИГИЛ1 (арабский вариант - ДАИШ, организация запрещена в РФ решением Верховного суда – прим. ред.) и выбраться оттуда живым? Много ли россиян, даже несмотря на то, что им грозит тюрьма, готовы вернуться домой и как жить после ада на земле? На все эти вопросы в интервью Федеральному агентству новостей ответила руководитель Центра по адаптации к мирной жизни лиц, решивших прекратить террористическую и экстремистскую деятельность, Севиль Наврузова.

    – Севиль, расскажите, сколько человек обратилось к вам за помощью за этот год?

    – С начала 2015 года к нам в центр за помощь обратились 36 парней и восемь-девять девушек.

    – Как проходит адаптация тех, кто пошел в ряды террористов осознанно, и тех, кого затащили туда обманом? Насколько она отличается?

    – Те, кто пошел туда осознанно, оттуда не возвращаются. Они там умирают. А тех, кто случайно попал туда, не знал, куда идет… Многие планировали там жить по шариату и халифату. Когда речь шла о высоких и нравственных материях, они думали, что будут жить именно в том мире, который сами для себя выстроили. Убедившись в том, что такого мира не существует, и там страшнее, чем где-либо на земле, эти люди, которые когда-то убежали из России, рвутся вернуться обратно. Но не у всех это получается, поскольку они находятся в ИГИЛ, а ИГИЛ – это жесткие рамки во всем. Уехать, чтобы вернуться в Россию, – это преступление. Это преступление в «Исламском государстве1». Никто так просто не даст тебе уйти. Либо нужно бежать, либо предпринимать какие-то меры, пользоваться услугами проводников или еще кого-то, для того, чтобы вернуться. Это очень сложный путь, и у нас сегодня очень много желающих. Но не всегда получается, время тянется. Но пытаемся что-то предпринять.

    – Какая вообще в России ждет участь ребят, которые смогли вернуться? Получится ли у них адаптироваться? Будут ли они подвергаться преследованию со стороны правоохранительных органов? Смогут ли они создать нормальные семьи и найти достойную работу? Это же террористическое клеймо, даже по незнанию.

    – Дело в том, что они уехали из России, они знали, откуда и куда они уезжают и к кому они фактически примкнули. Все познается в сравнении, и сравнивая жизнь тут и там, они приходят к выводу, те же самые ваххабиты, приходят к выводу, что лучше возвращаться в Россию, что им вольготнее здесь, на Руси, нежели там, в ИГИЛ. Не оттого же, что там хорошо, а тут плохо, они возвращаются. Живя в России, они знают, что тут, как к ним относятся, но уезжают в ИГИЛ, думая так, что хорошо там, где нас нет. Но там они понимают, что ошиблись. И, возвращаясь сюда, они осознают, что их могут в рамках закона судить, если они совершили действия террористической либо экстремистской направленности, участвовали в незаконных вооруженных формированиях на территории иностранного государства. Поэтому даже понимая это, многие готовы вернуться. Они готовы это наказание пройти, но с мыслями о том, что даже если они отсидят, они вернутся домой. Настолько для них велика та беда, что они там находятся, настолько они в сравнении понимают, что здесь хорошо, а там плохо. Я не говорю за всех. Но со многими, с кем я общалась, они говорят одно и то же. Иногда даже говорить не нужно, все и так ясно.

    – Я одного понять не могу: как, зная традиционные ценности ислама, имею в виду дагестанских ребят, можно поехать туда? Ведь на каждом шагу трубят, что ИГИЛ – зло.

    – Об этом трубят в новостях, но одновременно с этими людьми работают и вербовщики. Новости не все смотрят, не все читают газеты. Смотрят Интернет, ходят на встречи с людьми. Хватает пары месяцев. Варвара Караулова что, не смотрела телевизор? Грамотная русская девочка. Опять-таки, связь с мужчиной, так? Либо с девушкой какой-то, или друзья уехали, и следом за ними толпой идут другие. Вербовщики сегодня создали для себя сеть. В этом направлении работают определенные люди. Естественно, их задача – подобрать побольше рекрутов. Именно такими жертвами являются наши ребята и девушки. А все это строится на бизнесе. На этом строят деньги, хотя многие люди, когда слышат про бизнес – смеются.

    – Как как же технически попадают в ИГИЛ? В интервью некоторые, кого вернули в Россию, рассказывают, что они ехали просто посмотреть, а у них отобрали деньги и документы, телефоны. И вот, ты уже в рядах ИГИЛ, и нужно там выжить.

    – Многие ребята, которым удалось вернуться, рассказывали, что ночью на турецко-сирийской границе, будь проклята эта Турция… Хотя я раньше всегда с уважением относилась к этой стране. Эта Турция, турецкие пограничники, те, кто должен защищать границу, они за деньги разрешали переходить ночью. С двух часов ночи и до раннего утра открывали калитку и давали возможность молодым ребятам перейти эту границу, перепрыгивать через эту сетку. За одну группу 100 человек давали 10 тысяч долларов. «Мы стояли все вместе, а Амир платил за нас», – именно так говорят те, с кем я общалась. Я говорю: «Какой Амир, кому платил?». А мне отвечают, что некий Амир платил пограничникам 10 тысяч долларов за 100 человек. И так каждую ночь, беспрепятственно разрешали переходить границу. Не поставив печать в загранпаспорт, им разрешали пересечь границу. Для чего это нужно? Для того, чтобы не давать информацию о количестве тех, кто пересек границу, чтобы у России не было вопросов, почему наши граждане в таком количестве, да еще и молодые ребята… Чтобы Россия не подняла шум. Ребята сами рассказывают. Я говорю: «Ну как ты пересек границу, если у тебя нет печати в паспорте?». Беру и сама смотрю паспорт. Печати, что он пересек сирийскую границу из Турции, нет. Там должна стоять печать Турции и Сирии. Только та печать, что он пересек российско-турецкую границу в аэропорту и улетел в Стамбул. Я знаю, что возвращаются из Дауле, это город в Сирии. Открываю паспорт одного из ребят, с которым общалась в Дауле, нет печатей. Одна печать – Россия – Турция, вторая печать – Турция – Баку, это когда он вернулся. Турецско-сирийского следа там и нет. Ни один из пограничников не возьмет на себя ответственность за то, что разрешил перейти границу без штампа в паспорте. Они должны получить добро у вышестоящего руководства, а те, вплоть до правительства.

    – Как им удается вернуться?

    – Не всем удается вернуться. Пришлось по минному полю бежать. Очень долгое время бежали. Потом уже вернулись. Пришлось где-то нашего консула подключать, где-то пришлось самим вылетать и встречать. Шум подняли, чтобы обратить внимание на проблему. Турции как это было неприятно, их пограничникам! Если человек возвращается обратно, он же пересек эту границу. Вы представляете, какое их состояние, когда парень пересекает границу, а у него печати нет. В один конец его отправили, без возвращения.

    – Смотрела много интервью с теми, кто был в ИГИЛ, они рассказывают, что русских очень много, но именно они как пушечное мясо. Правда ли это?

    – Это правда. Своих они держат при себе. Своих они отталкивают от этого.

    1 Организация запрещена на территории РФ.

    Автор: Алиса Яковлева
    Загрузка...
    Закрыть
    Нажмите "Сохранить", чтобы читать "РИА ФАН" на главной ЯндексаСохранить
    Популярное на сайте
    Читайте нас в соцсетях