Кэри-Хироюки Тагава: Фильм «Иерей-сан» стал поворотной точкой в моей жизни

Кэри-Хироюки Тагава: Фильм «Иерей-сан» стал поворотной точкой в моей жизни

23.11.2015 14:26
930

Голливудский актер Кэри-Хироюки Тагава (злодей Шан Цунг из Mortal Kombat) снялся в фильме по сценарию Ивана Охлобыстина «Иерей-сан. Исповедь самурая», после чего принял православие и решил получить российское гражданство. Корреспондент Федерального агентства новостей узнал у актера о духовном событии в его жизни, которое к этому привело.

Кэри-Хироюки Тагава лично приехал на премьеру фильма в Петербурге, которая состоялась на минувшей неделе в кинотеатре « Люксор». Многие журналисты в ходе пресс-конференции интересовались русскими корнями актера.

О «матери-России»

– Если говорить об истории русского языка в моей семье, то мой отец изучал русский, когда был в армии. Мой дядя был очень знаменитым певцом в Японии, и каждую зиму он приезжал в Москву, чтобы дать концерт. Он пел и японские, и русские песни. Моя мама очень интересовалась русской литературой и музыкой. То есть русская культура – она у меня просто в крови.

Я начал приезжать в Россию с 2002 года, и я здесь был уже семь или восемь раз. В те два месяца, когда мы снимали фильм, было самое длительное пребывание. И за эти восемь поездок я медленно приходил к пониманию моей любви к матери-России.

После того как я провел почти два месяца в русской деревне, и вокруг меня были обычные деревенские жители, я почувствовал в себе новое раскрытие своей собственной уязвимости и чистоты. Это было совершенно неожиданным, но лично я очень порадовался этому и как человек, и как актер. Потому что обычно я играю злодеев, и как актер я долго ждал этого момента, когда я смогу сыграть другого персонажа.

О целительстве

– До того, как я отправился в Голливуд, я был целителем. И целительство – это моя жизненная цель. Голливуд – это моя повседневная работа. Да, я люблю играть, и мне действительно повезло, что я имел возможность играть в Голливуде. Но моя высшая цель – принести мою систему исцеления в Россию. Я бы хотел работать со спортсменами, с теми, кто занимается единоборствами, с детьми. Это главное, почему я здесь.

В 11 лет я изучал кэндо (современное японское искусство фехтования – прим. ФАН), потом в 21 год я стал изучать карате. Я занимался сначала в Калифорнии, затем в Токио. В Токио наши тренировки продолжались каждый день не менее шести часов, по два часа утром, днем и вечером. Поскольку я жил в США, изучение карате стало очень серьезным культурным переживанием, оно помогло взрастить то японское, что есть во мне.

Но когда я обратился к учителю с вопросом, как насчет медитации, он сказал, что пока ты молодой – ты будешь драться, постареешь – начнешь медитировать. Где-то в глубине себя я тогда осознал, что должен уйти, поскольку мне нужна медитация. Я понял, что мне нужно изучать свой внутренний мир. После этого я покинул школу и начал изучать целительство. 

Я думаю, о каком бы стиле боевых искусств мы ни говорили, есть жесткий стиль и мягкий стиль. Есть сторона, касающаяся сражений, и сторона, касающаяся исцеления. И они объединены вместе. Я считаю, что на сегодняшний момент это большой недостаток в обучении боевым искусствам – отсутствие обучения целительству. И я начал разрабатывать свой собственный стиль исцеления. С тех пор прошло 38 лет – и теперь я хочу учить. В каком-то аспекте это начнется в России.

О русских актерах

– На съемках фильма мы создали новый язык. Конечно, у нас был сценарий. Но актерский язык основывается на эмоциях. И даже когда я говорю по-английски, все равно я работаю с другими актерами и с их эмоциями. Очень часто в Голливуде чувствуется недостаток связи между актерами. И в результате получается пустая игра.

Но вот с русскими актерами… Столько эмоций! Столько страсти! Вот это – я, это – для меня. Я чувствовал себя абсолютно естественно и постоянно был счастлив, поскольку у меня была возможность работать с актерами, которые говорили со мной на одном эмоциональном языке.

О спасении в православии

– В моей жизни были вещи, которые я делал и о которых я сожалею. И как говорит мой персонаж, я не боюсь умереть, я боюсь, что я не заслужу любовь Бога. Я чувствовал это и раньше. Это одна из причин, почему православие вошло в мою жизнь. Оно дало мне возможность исповедаться, исповедать свои страхи, свои грехи и очиститься. Оно принесло в мою жизнь освобождение, позволило мне избавиться от тяжелейшего груза вины.

Я никогда не был человеком, стремящимся играть гангстеров или злодеев. Но я могу понять, почему человек выбирает для себя такой путь. Вы знаете, на самом деле, японцу в Америке расти достаточно сложно. Это приводит к тому, что в человеке взращивается злоба. Именно поэтому я так классно играю злодеев (смеется). Поскольку через это зло, через эту ярость я высвобождаю собственное зло.

Но этого было недостаточно. Это абсолютно не приближается к исповеди перед Богом. И вот в этом фильме показана ситуация, которая очень похожа на мою жизнь, когда я трансформировался из Шан Цунга и стал священником. То есть, как будто я прошел полный цикл.

Я думаю, у меня и в будущем будут роли «крутых парней», но этот фильм «Иерей-сан» стал для меня лично очень важной поворотной точкой.

О сходстве русских и японцев

– Сходство с Японией и японскими актерами состоит в том, что мы очень концентрированы, мы сосредотачиваемся, фокусируемся на искусстве, на том, что мы делаем. И если говорить культурологически, то Россия – это не Европа. В России очень много Азии. Это невероятно громадная страна, девять временных поясов. Это значит – очень много природного, очень много природы. Одна из фундаментальных сторон русской личности относится именно к природе, к природному, к истинному. Япония очень маленькая по сравнению с Россией. И мы очень ценим связь русских с природным. И я думаю, у нас в будущем будет все больше связей между японским и русским кино. И я бы хотел, чтобы у меня случился роман с русской женщиной (смеется и сам актер, и все присутствующие в зале).

Я считаю, что есть естественные связи, которые объединяют русских и японцев. Все начинается с души. Я уверен, что и у русских, и у японцев очень глубокая душа. Это часть нашего ДНК. И мы, и вы – очень духовные люди. Живя в Америке, я не ощущал такой высокой степени духовности у других.

Я ни в коем случае не критикую американскую культуру. Я думаю, что частично это связано с тем, что Америка фактически страна-младенец. Ей, правда, почти 300 лет. Но только Москве – 900 лет. Просто Америке нужно еще развиваться, ей нужно еще время. Но приехав в Россию, я увидел такие глубины! Я увидел, что я могу очень многому научиться, и очень многим могу поделиться.

О Голливуде

– Общее между Голливудом и российским кино – в том, что есть определенный уровень хаоса на площадке. И он есть там постоянно. Но я думаю, что русское кино это как мастер-класс по хаосу. И я думаю, это неплохо. Я думаю, что хаос в определенных пределах – он наоборот рождает творчество.

Тот стиль актерской игры, который имеется в Голливуде, зародился в России.

Ли Страсберг на основе системы Станиславского создал в Нью-Йорке школу актерского мастерства.

Марлон Брандо, Джеймс Дин, Де Ниро, Аль Пачино – все эти актеры учились в Нью-Йорке. Мы в Америке считаем, что это одни из лучших актеров. Но ключ к их успеху появился в России.

Под конец пресс-конференции корреспондент Федерального агентства новостей попросил актера рассказать о том духовном событии, которое он пережил, после которого решил принять православие и стал называть Россию матерью.

– Вы знаете, поскольку я рос в христианской среде, я столкнулся с духовной, религиозной энергией уже тогда. Мои родители считали, что если мы собираемся жить в Америке, то мы должны сделать частью своей жизни американский религиозный опыт. Сами они по своим религиозным убеждениям были буддистом и синтоистом.

Но вместо того, чтобы воспитывать нас с братом в этом направлении, они решили, что мы должны расти и впитывать христианство в американском варианте. Однако я, как человек склонный к бунтарству, не соглашался с тем, что мне навязывали, и достаточно рано бросил ходить в церковь. Но мой брат продолжает до сих пор, и сейчас он христианин.

На протяжении своей жизни в Америке я постоянно изучал другие религии. Но это меня не зашоривало, то есть я рассматривал вещи с точки зрения духовности, но не религиозности. Я разрабатывал свой собственный духовный образ мышления.

Когда я, благодаря моему менеджеру Кену, впервые приехал в Россию, мы отправились на Красную площадь. Он завел меня в храм. Когда я увидел, как он крестится, это мне как-то напомнило католическую традицию. Но потом, после того как он перекрестился, он поклонился. Я сказал: «Вау, это христианская церковь, но вот поклон – это выглядит очень по-азиатски, очень по-японски». И вот именно это очень впечатлило меня.

С 2002 года я сюда приезжал уже семь-восемь раз. Когда мы ездим по странам СНГ: Казахстан, Узбекистан, Кыргызстан – куда бы мы ни приезжали, первое место, которое мы посещали, это был храм. На меня очень сильно повлияла сильная вера моего менеджера в Бога, в церковь.

Вы только не поймите неправильно, я не критикую, но я должен сказать, что я не ощущал такой энергии, по крайней мере, настолько глубоко в американском христианстве. И после всего моего опыта, после всех прожитых лет на меня действительно очень сильно повлияла его вера, его чувства.

Мы занимались фильмом «Иерей-сан» два с половиной года. До этого у меня были некоторые, скажем так, личностные сложности, множество каких-то проблем. Работа над фильмом позволила мне создать связь с Богом, церковью, и это действительно ответило на очень многие вопросы, которые у меня были. Это дало мне возможность действительно очиститься, начать абсолютно новый жизненный цикл.

В китайской философии считается, что жизненный цикл человека составляет 60 лет. И поскольку мне 65, я понимаю, что я всего лишь пятилетний ребенок. И вот этот религиозный опыт опять привел меня к тому времени, когда мне было действительно пять лет. Возрасту, когда я отправился в Америку. И я бы хотел, чтобы уже тогда я познал Бога. Потому что расти в Америке было очень непросто.

Но сейчас, когда я чувствую себя пятилетним ребенком, будучи уже человеком 65 лет, я принял решение, что я хочу получить российское гражданство.

Когда мне было пять лет, это был не мой выбор - отправиться в Америку. И когда я получал американский паспорт, это был опять же не мой выбор. И теперь с высоты своего возраста я выбираю церковь и страну, подходящую для своей души. И я надеюсь, что я смогу поделиться этим со всеми вами.

Кирилл Чулков
Жертвами взрыва в Турции стали трое полицейских
Закрыть