Поиск
Лента новостей
Закрыть
Весь мир
Дастина Хоффмана обвинили в домогательствах еще три женщины
Общество
Под дождем и аплодисментами: День Москвы в веселых картинках
Следующая Новость
Загрузка...

    Нажмите CTRL + D, чтобы добавить в закладки эту страницу.

    Под дождем и аплодисментами: День Москвы в веселых картинках

    12:49  6 Сентября 2015  /обновлено: 19:02  26 Октября 2015
    1000

    Под дождем и аплодисментами: День города в веселых картинках

    Корреспондент Федерального агентства новостей в День города, который накануне отмечала российская столица, вышел на улицу, чтобы узнать, как люди относятся к празднику, что они отмечают.

    Давайте выйдем

    868 лет Москве. Не правда ли, звучит отлично? Ну и что, что 868 лет назад Москва не появилась, а лишь была впервые упомянута в летописи. А столицей России стала, с исторической точки зрения, вообще чуть ли не вчера. Зато — «восемьсот шестьдесят восемь лет»! И все-таки, зачем он нужен, этот День города? Зачем нам это двухдневное шоу? Что мы празднуем? Зачем выбираемся в законный выходной день на улицу и куда-то там, по улице, стремимся? Ради чего? Ну, не ради же «восьмисот шестидесяти восьми лет», на самом деле? Такие цифры хорошо воспринимаются на биллборде, но вот в собственном сознании — как-то не особо. Тогда, может быть, ради пятисот концертных площадок? Ради лицезрения первых лиц государства и города? Ради толчеи в метро? Давайте разбираться вместе. Проще всего это сделать, выйдя на улицы города в его день. Давайте так и сделаем. Давайте выйдем!

    Двое с пушкой

    Очень раннее утро. Рассвет еще только занимается. Льет дождь. Под его стаккато двое рабочих воздвигают у подножия памятника Багратиону, что на Кутузовском проспекте, атмосферную композицию «Гроза 1812 года». Композиция включает пару полицейских барьеров, палатку и бутафорскую пушку. Пушка вызывает больше всего вопросов. Вернее — направление ее ствола. — Вот туда крути! — авторитетно говорит старший, с совершенно бомбардирским видом упирая руки в боки. — «Вот туда» не надо, — возражает младший, одновременно сдвигая ствол орудия градусов на двадцать в сторону проезжей части, — Вот так эффектнее. — Почему? — Ну как... Вот, допустим, ты едешь себе, едешь, а тут — бац! — она. Пушка. Прямо на тебя смотрит с тротуара. Прямо в лоб! — Согласен, эффектно, — говорит худсовет в лице старшего, тем самым закрывая тему. Улучив момент, подхожу, спрашиваю, зачем им двоим День города. — Ну как зачем? — удивляется старший, — Это ж заработок. Опять же — чувствуешь, что нужен, что со всеми вместе. — С кем вместе? — удивляется младший. — Со всеми, — с нажимом говорит старший и многозначительно смотрит на коллегу. Тот хмыкает и, похлопав орудийный ствол, вдруг пускается в философию. — Да, приятно чувствовать себя со всеми вместе. И — с пушкой. Когда у тебя пушка — все стараются быть именно с тобой, а не с тем, у кого пушки нет. Вот это и есть праздник. Сказал, как отрезал. Вообще, неожиданная тяга к философии в День города просыпается не только у рабочих с пушкой. Движимый долгом журналиста, отловил я руководителя одного из столичных муниципалитетов. — Что, по-вашему, является основной мыслью сегодняшнего дня? — Ну... Если вас что-то смущает, то вы можете этого и не делать. — Вы про праздник? — Я про жизнь.

    Дождь, аплодисменты и банты

    Отношение ко Дню города у москвичей очень разноплановое, конечно. Для власть предержащих это серьезное мероприятие, которое надо «отвоевать любой ценой». Даже терминология используется соответствующая. Оцените, допустим, дословную цитату из доклада: «Бомбежка реагентами над МКАДом идет с 6.00. В случае необходимости, мы готовы наращивать удар по фронту». Для непосредственных участников празднично-развлекательной программы это шанс на других посмотреть, но, прежде всего, конечно, себя показать. Для всех остальных это повод покинуть свои частные квартирные резервации. Чтобы в кои годы почувствовать себя пусть шумной, пусть беспорядочной, но одной московской семьей. Где нет ни «коренных», ни «понаехавших», а есть только одни родственники и соседи. Снова московское 5 сентября. Снова утро. Снова — двое. На сей раз это государственные чиновники весьма немалого ранга, осматривающие Тверскую улицу. За спинами vip-персон двое то ли секретарей, то ли секьюрити (судя по накачанным плечам и короткой стрижке) держат над патронами черные зонты. Держат монументально — ни дрожи, ни малейшего отклонения от прямого угла относительно тротуара. По-молодецки из-под рук, еще раз пройдясь глазами по утопающей под дождем предпраздничной территории, слуги народа столь же придирчиво изучают серое небо. — Метеоразведчик? — Подняли. — И? — Фронт до Коломны. — Надо разгонять. — Надо. — Займитесь. — Как? — Лично. Тяжело и синхронно вздохнув, пара скрывается в недрах служебного автомобиля, тот немедленно уносится. Надо полагать — за метлами. Чтобы разгонять тучи. Лично! Время движется, а вместе с ним, как в калейдоскопе, меняются причудливые картинки дня. Пушкинская площадь. Корреспондент столичного телеканала пытается вещать в студию, пряча микрофон под зонтом. — Надеемся, погода не помешает празднику? - спрашивают его. — Погода, конечно, внесла свои коррективы... — Что? — Не помешает. — Что? — Не по-ме-ша-ет! — Мы вас поняли. А что это за грохот заглушает ваш голос? Барабанщицы открывают праздничное шествие? — Нет... Это дождь лупит в мой зонт! На заднем плане — колонна обтекающих автобусов. В окнах ближайшего — расплющенные о стекла носы личного состава оркестра ВВС. Рядом, за ограждением — редкая цепочка москвичей, внутренне ликующих по случаю 868-го дня рождения столицы. Все — с мужественными лицами и в дождевиках. Еще 15 минут и перед нами новая зарисовка с натуры. Под удивленными взглядами из соседних автобусов десантируется президентский оркестр Казахстана. Внезапно. — Чего это они? — Засиделись, видать... В седлах. Командир казахов браво командует: "На размынку становысь!". Чиркая ботинками по мокрому асфальту, оркестр принимает боевое построение. Целлофановые чехлы на фуражках, целлофановые дождевики, натуральный пар из-под дождевиков. Командир выписывает руками в воздухе сигнальный вензель. Оркестр с шумом всасывает воздух и играет дебютный сингл DJ Smash "Moscow Never Sleeps". Кончили играть. Повисает тишина. Удивленная, а местами и — оглушительная. Командир оркестра секунду ждет, но, так и не услышав того, что хотел, делает четкий поворот "круууу-гом" через левое плечо и рявкает в онемевших зрителей: "Апладысмэнты?!". Сперва от неожиданности отшатнувшись, москвичи быстро приходят в себя и ударяются в шумные овации. Теперь облака пара валят не только от оркестрантов, но и от зрителей. Командир оркестра одобрительно кивает. Праздник продолжается. На Красной площади — ливень, сцена, трибуны. Лет ..дцать тому назад здесь было бы не протолкнуться от пионеров. Но времена меняются, и вместо пионеров теперь — выпускницы кадетского корпуса. Чистенькие, красивенькие, подтянутые, с громадными «уставными» белыми бантами. Ливень, но выпускницы держатся. Они тут не на празднике, они тут на службе. И вот уже над Красной площадью звучит нечто зубодробительное для каждого военного человека. — Слушай мою команду! Всем выжать банты! Девчонки по очереди отжимают друг другу громадные белые газовые помпоны на затылках. Улыбка с лиц на секунду пропадает лишь тогда, когда холодная струйка, скользнув сзади по шее, уходит за воротник. Морщатся, но снова улыбаются. Потому как служба. Это тоже День города.

    Официоз, валькирии и критики

    Наконец, начинается официальная часть праздника. Под дождем по Тверской идут «коробочки» оркестров, участвующих в фестивале «Спасская башня». Впереди марширующих оркестров следует по паре девиц в ботфортах, коротких юбках, киверах и мундирчиках с бранденбургами. Девицы вовсю работают бедрами, ну и, попутно, несут название страны, откуда данный оркестр родом. Так и ходят: впереди — валькирии с табличкой, а сзади, как на привязи — шеренги мужиков, раскрасневшихся от валторн и тромбонов. Ноги — бум, бум, бум! Трубы — тру, тру, тру! Лица, ноты, пот, пар! Брызги, брызги, брызги! Эпическое зрелище. Зрители ликуют. Главное проклятие Дня города — это вовсе не дождь. Это многочисленные и непредсказуемые перекрытия. Оттуда туда по кратчайшей прямой не пройдешь, потому что там — сцена. Она огорожена. Зачем? Чтобы ее не снесли. Надо полагать, в порыве восторга. Эта станция метро сегодня работает только на выход. А где же станция, работающая на вход? А вооон там она — в километре. Вроде бы и не далеко, но на пути к ней — наша старая знакомая, огороженная сцена... Разобраться в этом рукотворном лабиринте случайному человеку очень непросто. — Молодой человек, не подскажете, как нам от «Лубянки» пройти на Ильинку? Ему — под семьдесят, она — чуть младше. Оба убеленные сединами, пожилые, но бодрые, довольные. На головах: у него — картонный кивер, у нее — картонный кокошник. И оба ничуть не комплексуют по поводу этого. Праздник же. — Давайте, я вас провожу. Как вам День города? — Ох! Могло быть и посуше. А главное — загородок этих всяких могло бы быть и поменьше. Мы уже не молодые. Нам эти скачки с препятствиями уже трудно одолевать. — Почему же дома не остались? — А что там делать? В телевизор таращиться? Пыль из угла в угол гонять? Нет — в люди лучше! Им трудно, но они пришли. Они тоже в этот день хотят быть вместе со всеми, а не сами по себе. Потому что такой День. Новая картинка. Вновь Красная площадь. На ее галерке — несколько очень интеллигентного вида зрителей слушают выступления первых лиц и дарят соседям критические реплики. — Москва становится умным городом! - провозглашает Дмитрий Медведев. — Вот сейчас обидно было. Можно подумать, что до этого Москва с головой не дружила, - комментируют на галерке. — Мы многое сделали и не собираемся на этом останавливаться! - обещает Сергей Собянин. — Пугает. Но мы не трусы, - вполголоса произносит кто-то. Впрочем, показной пессимизм не мешает этой компании в положенных местах аплодировать вместе со всеми и улыбаться. Тем временем позади наших записных критиков два вполне представительных и очень аккредитованных корреспондента отчаянно дискутируют между собой. Предмет спора — крайне актуальный в День города вопрос, рифмуются ли слова "столица" и "веселиться"? Спорят жарко, иногда даже первых лиц перекрывают своими голосами.

    Бутафория не помеха

    На том же месте чуть позже разворачивается масштабное костюмированное действо, демонстрирующее важнейшие этапы в истории Москвы. В репродукторах рычит "Вставайте, люди русские!". Артисты в репликах кольчуг, сарафанов и понев с бутафорскими мечами и молотами идут на Мамая. Сурово идут, но не далеко. Гнет артистов иго, прижимает к земле. Далее под Высоцкого, терзаемого Лепсом, Русь встает с колен и с копьями, ендовами да корчагами тяжко пускается в пляс поверх брусчатки. Бедный Мамай! Профанация? Да. Праздник сорван? Нет. Потому что для подавляющей массы пришедших на Красную площадь в День города праздник — это не бутафорский меч или накладная борода Дмитрия Донского. Праздник — это когда в центе столицы все вместе, и внутри просыпается то, что называется единством. Солидарностью. Когда начинаешь чувствовать себя не шестеренкой в госмеханизме, а той самой «солью земли», фундаментом, на котором держится вся Держава. И этим искренним подлинным чувствам никакая бутафория не помеха. Что-то мне подсказывает, что вот это и есть самое главное в нашем Дне города.

    Автор: Андрей Союстов
    Новости партнёров
    Загрузка...
    Читайте также
    Закрыть