Нажмите CTRL + D, чтобы добавить в закладки эту страницу.

Лента новостей
Поиск
loop
Общество
Окрыленные люди: зачем народу нужен МАКС?

Окрыленные люди: зачем народу нужен МАКС?

17:49  28 Августа 2015  /обновлено: 19:40  26 Октября 2015
5976

Окрыленные люди или зачем народу нужен МАКС?

Репортаж корреспондента Федерального агентства новостей с Международного авиационно-космического салона 2015. О нашем небе, победе человека над природой, РВСН и железе, умеющем летать.

«Небо наше!»

Пятница, восемь утра, электричка от Казанского вокзала, окраины Москвы. За окном, как в романсе, утро туманное, утро седое, мелькают «печальные нивы». Зато в переполненном вагоне — никакой печали. В окружении детей, фотоаппаратов, ёмкостей с водой и бутербродов пассажиры бодро катят на станцию «Отдых». Едут они не на дачи, не на грядки, а до Жуковского. Потому что там — он. Международный авиационно-космический салон, МАКС. Уже двенадцатый по счету. По проходу вагона величаво проплывает дама в сарафане, украшенном силуэтом ПАК ФА и размашистым принтом «Небо наше!». На буксире у дамы следует карапуз с заспанным лицом и палкой для селфи. Проводив взглядом эту живописную группу, пожилой пассажир напротив поясняет вслух: — Теперь это модно. — Селфи? — МАКС. Словно специально кто подгадал. Украина, санкции, напряжение в мире, рубль идет вниз. И — МАКС. — На МАКСе что-то случилось? — интересуюсь я в попытке понять логику построения предыдущей фразы. — А как же, — расцветает сосед, — Путину показали топор. Летающий!

Люди МАКСа

Многие приезжают на МАКС целыми семьями Многие приезжают на МАКС целыми семьями Каждый МАКС, как барометр, всегда четко отмечал состояние страны на разных временных промежутках. МАКС 93-го запомнился убытками в 300 тысяч долларов. МАКС 95-го — соглашениями, которые так и не стали контрактами. МАКС 99-го блеснул самолетом с обратной стреловидностью крыла «Беркут», но тут же стушевался в связи с отказом участия в авиасалоне со стороны европейского концерна Airbus. С началом 2000-х пик стагнации был преодолен, и МАКСы начали набирать обороты как по объему и зрелищности представленной экспозиции, так и с точки зрения «финансового веса» заключенных контрактов. И вот наступило время нынешнего МАКСа. 2015 год — не самый простой исторический момент для России. Санкции. Падение ВВП. Некоторые страны демонстративно отказались принимать участие в работе салона. Казалось бы, поводов для оптимизма не так уж и много, но... Но утренняя электричка, отъезжающая на МАКС, почему-то полна. Почему? Что влечет на авиасалон всех этих людей? На салоне много молодежи На салоне много молодежи Когда говорят о Международном авиационно-космическом салоне, то в первую очередь всегда перечисляют технику и цифры, связанные с техникой. О людях, посещающих МАКС, пресса если и вспоминает, то исключительно с точки зрения тех же цифр. В таком-то году МАКС посетило столько-то человек, а на следующий салон пришло уже на 24% человек больше. Не текст, а учебник математики. Но человек — это не проценты. Это чувства, мысли, желания. Что же это за народ такой — люди МАКСа? Интересная география Интересная география

Мы можем все

Все та же электричка. — Едете на тот летающий топор лично посмотреть? — подначиваю соседа. — На топор? Ничего интересного в этой игрушке, — совершенно серьезно отвечает он. — Всего лишь вопрос соотношения мощности двигателя, массы тела и подъемной силы. Если будет надо — мы и утюг запустим. Вот зачем едет на МАКС этот человек. Чтобы лишний раз убедиться, что мы можем. Не «все еще» и «что-то», а можем мы все. Просто умеем. А будет надо — сможем еще больше. Потому что нет для «мы» невыполнимых задач, если они действительно «мы». Если они все вместе, а не порознь. Для тех, кто не порознь, решение любой «невыполнимой задачи» — лишь вопрос правильного соотношения мощности двигателя и прочих расчетных данных. МАКС-2015 "Небо наше" Наш разговор продолжается. Замечаю, что у соседа нет с собой фотоаппарата. — Да зачем он мне? — в голосе слышится удивление. — Сфотографировать так же хорошо, как это делают профи, я все равно не смогу. Тут знания нужны и работа. А я не на работу еду, я — для души... Едем дальше. В тамбуре — битком. У стенки — двое с бейджами участников МАКСа. Сквозь перестук вагонных колес доносятся обрывки разговора: — Украинцев и израильтян нет. — И американцев. — Зато есть делегация «Боинга» в полном объеме. Мол, мы, конечно, в контрах, но Белый дом и наши рынки сбыта — это две большие разницы, как говорят в Одессе.

Победа человека

И вот он, МАКС, мир крылатый. Площадка статической экспозиции. Здесь можно поймать тот момент, когда воздушные корабли заякорились за бетонные плиты. Здесь можно спокойно походить, посмотреть, пофотографировать, расспросить специалистов и выслушать их ответ. До начала полетов еще далеко, и именно сюда, к «статичке», течет основной поток гостей авиасалона. МАКС-2015 В этом потоке — папа лет тридцати. У него на шее — маленькая дочка. Папа внимательно рассматривает экспонаты. Дочка улыбается и тянет руки к такому близкому небу. Почти плакат. Не хватает только слогана «Каждый найдет на МАКСе свое!» — Неужели вашей девочке тут интересно? — Конечно. Таких игрушек у нее дома нет. Вот другая пара, муж и жена. — Вы тут в первый раз? — Да что вы, конечно нет. Мы тут в третий раз, — сразу отвечает жена, оттирая на задний план главу семьи. — Тогда поделитесь, пожалуйста, своим мнением о МАКСе. — Подъезды отвратительные, на входе всегда толпы, цены на еду высоченные! — тут же седлает любимого конька собеседница. — А самолеты? А полеты? — О, они прекрасны! Ради них и приезжаем. — Цены на билеты вам, видимо, тоже кажутся слишком высокими? — Вот с билетами как раз все в порядке. За такое и заплатить не жалко. Но вот цены на еду здесь — это что-то! Десять шагов дальше — и еще одна примечательная пара. У реплики легендарного Farman IV о чем-то тихо беседуют двое студентов из МАИ. Это фанаты авиации. Они приходят на каждый авиасалон, как театралы — на бенефис известной звезды сцены. Они знают каждую машину «от и до», несмотря на то, что диплом им защищать еще не скоро. Им не интересны вечерние клубы, модные гаджеты и гламур. Они оперируют совсем другими категориями: «тангаж», «угол атаки» и «центроплан». Праправнук легендарного Farman Праправнук легендарного Farman Мне казалось, что подобные типажи должны были остаться во временах, когда из репродукторов звучало: «Комсомольцы — на самолет!» Признаю — ошибался. — Что вам больше всего нравится на МАКСе? — Чувство мощи машины. Чувство победы. — Кого над кем? — Кого над чем. Человека над законами природы!

Учиться гордости за государство

А вот еще один фанат, особого рода. Споттер. Охотник за фотографиями самолетов. Он на МАКСе как дома. Движется легко и уверенно. На нем куча аппаратуры, но он совершенно этой кучей не тяготится. Все уже настолько отработано, что руки-ноги все делают сами. Но, на всякий случай, за час до начала полетов он совершает прогон действий. Как в практической стрельбе, когда перед выступлением стрелок сперва проходит весь маршрут без оружия, примеряясь, притираясь к дистанции. Здесь — то же самое священнодействие. Ощущение, что перед тобой не фотограф, а опытный оператор ПЗРК. Он знает все позывные и в курсе местоположения каждого борта. Вот тут он «возьмет» взлетающую машину в 3/4 сзади. Там «добьет» своим сверхдлинным объективом до высоты, где истребитель крутанет «бочку». Здесь, если припасть на колено, то солнце окажется за спиной, и можно будет сделать наиболее четкий снимок нужной машины. Это уже не знания, это искусство. — Нужно ли государству тратить средства на такие шоу, как МАКС? — задаю ему вопрос. — Не лучше ли пусть эти деньги, допустим, на улучшение той же социалки? Тем более, в современных условиях? — Во-первых, это не шоу, а авиасалон, — сразу веско поправляют меня. — Тут не только смотрят. Тут еще договариваются и продают. Во-вторых, на основании осознанной потребности в производстве новых летательных аппаратов и оборудования для них тут формируется постоянная потребность в новых рабочих местах, которая в значительной степени служит основанием стабильности общества. Так что МАКС не просто полезен, а безусловно нужен. Ну и не будем забывать о престиже государства. Где-то же мы должны учиться гордиться нашим государством, верно? — Но ведь сейчас сложный период с экономической точки зрения. — Тем более. В условиях экономического кризиса явиться сюда полезно вдвойне. Чтобы увидеть, что кризис-кризисом, а Россия продолжает выводить на рынок авиационный хай-тек мирового уровня. И отсутствие в магазине хамона на этом никак не сказывается.

«Сначала мы, потом — РВСН»

Харизматичный полковник, МАКС-2015 Харизматичный полковник Через пять минут у линейки техники ПВО: — Тащ полковник, разрешите обратиться. — Разрешаю. — Тащ полковник, позвольте, я вас сфотографирую. Уж больно вид у вас харизматичный. — Ну ты сказал! Давай, чего уж там. Фоткай. — Тащ полковник, что вы делаете на МАКС-е? — Работаю. — Кем? — Полковником. — И нравится? — Нравится-не нравится, я же не красавица. У меня — служба. — Тащ полковник, как вы оцениваете МАКС этого года? — Могло быть и хуже. — Если вспомнить Персидский залив или югославский сценарий, возможен ли вариант, при котором условный противник сможет высокоточным оружием достаточно безболезненно для себя подавить нашу ПВО? — Первую волну мы отработаем. И вовремя вскроем, и на сопровождение возьмем, и целеуказание выдадим, и вниз уроним. — А дальше? — Дальше РВСН подключатся. Они у нас за международные отношения отвечают. Ну или там МИД какой, на крайний случай.

Железо, умеющее летать

Летающее железо Летающее железо Гром прогреваемых авиационных двигателей накрывает линию шале. Начинается летная программа — безусловно, самый интересный фрагмент рабочего дня МАКСа. Зрители от «статички» и выставочных павильонов устремляются к взлетно-посадочной полосе. Среди шагающих — двое явных старшеклассников. — Ребята, что вы тут делаете? Каникулы кончаются: зачем их последние мгновения тратить на МАКС? — Но здесь же все на самом деле! — ребята возбужденно машут руками, силятся перекричать рокот самолета на взлетке. — Это же не в телевизоре или в компьютере. Это не понарошку. Вот это железо — оно умеет летать! МАКС-2015 День на МАКСе пролетает быстро. Как самолет, набирающий высоту. Трогаюсь в обратный путь. Возле железнодорожной кассы сидит паренек и напевает девушке под гитару: Я отрываюсь от порога, как от взлетной полосы. Разбег, прыжок, горит табло «На стопор встали шасси». Я по глиссаде коридора набираю эшелон, Ныряю в лифт, едва не сбив о стенку элерон.. Романтика! Где-то за спиной в мареве далеко перевалившего за полдень солнца продолжают свистеть турбины. Мир железа, умеющего летать, не знает отдыха и ждет новых гостей.  

Андрей Союстов
Закрыть