Лента новостей
Поиск
loop
Экономика
Битва овощей: Россия отмечает год санкционной войны

Битва овощей: Россия отмечает год санкционной войны

12:26  6 Августа 2015
346

Продуктовое эмбарго, ставшее ответной реакции России на зарубежные ограничения и запреты, действует ровно год - и продлится как минимум столько же. Самое время подвести предварительные итоги сражений на мировой экономической арене.

Первая годовщина

6 августа 2014 года Владимир Путин подписал указ № 560 «О применении отдельных специальных экономических мер в целях обеспечения безопасности Российской Федерации», согласно которому сроком на год запрещалось либо ограничивалось «осуществление внешнеэкономических операций, предусматривающих ввоз на территорию Российской Федерации отдельных видов сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия, страной происхождения которых является государство, принявшее решение о введении экономических санкций в отношении российских юридических и (или) физических лиц или присоединившееся к такому решению». Буквально через день было опубликовано соответствующее постановление правительства. Под контрсанкции попали мясные, молочные и рыбные продукты, а также фрукты и овощи производства США, стран Евросоюза, Норвегии, Канады и Австралии. Объем этих контрсанкций оценивался на уровне 9-12 млрд долларов за год, причем более трети данной суммы должно было прийтись на прибалтийские республики, Польшу и Финляндию. Оценки реального ущерба от реализации такого «тупикового» (по словам премьер-министра Дмитрия Медведева) сценария «санкций-контрсанкций» различаются даже не в разы, а на порядки. Так, президент профсоюза европейских сельхозпроизводителей Сopa-Сogeca Альберт Ян Маат оценил ущерб от ответных российских мер за 2014-2015 годы в 5,5 млрд евро (около 6 млрд долларов). В то же время, министр иностранных дел Испании Хосе Мануэль Гарсия-Маргальо оценивал убытки стран ЕС только за последние пять месяцев 2014 года в 21 млрд евро (24 млрд долларов), а в Австрийском институте экономических исследований (WIFO) рассчитали, что из-за антироссийских санкций и обратной реакции Москвы страны ЕС лишатся примерно 100 млрд евро и более 2 млн рабочих мест. Но это, как говорится, их проблемы. А вот о результатах продовольственных контрсанкций для самой России и ее внутреннего рынка говорить можно лишь с учетом того, что они получены на фоне экономической рецессии, падения мировых цен на сырье и энергоносители, высокой инфляции, массированного вывоза («бегства») капиталов из страны, падения валютного курса рубля и снижения реальных доходов населения. Поэтому где тут пресловутые хамон с пармезаном, а где — что-то совершенно иное, разобраться не так просто. Но все-таки возможно. Согласно данным Федеральной таможенной службы (ФТС), в 2014 году на территорию РФ по кодам ТН ВЭД, приведенным в постановлении правительства № 778 от 7 августа 2014 года (содержащем уточненный перечень запрещенных к ввозу продуктов), было ввезено продовольствия на общую сумму почти 5,6 млрд долларов, в то время как годом ранее импорт таких продуктов составлял около 9,6 млрд долларов. В количественном отношении падение - 2,721 млн тонн против 4,481 млн тонн. То есть сокращение по сравнению с 2013 годом составило 39,3% в количественном и 41,7% в денежном выражении. При этом, как отмечается в докладе Национального рейтингового агентства по розничным продажам, цены на продовольственные товары росли опережающими темпами (115,4%) по отношению к индексу потребительских цен (111,4%), в то время как номинальные доходы на душу населения выросли всего на 6%, до 33 017 рублей в месяц. При сохранении высокого уровня социального неравенства в стране (доходы ниже среднего значения имело около 85% населения России, а ниже 15 000 рублей в месяц — 53,6%) такое удорожание продовольствия, особенно за пределами верхнего ценового сегмента, привело к весьма ощутимому, хотя и не критичному, как в «лихие девяностые», качественному ухудшению и количественному сокращению рациона питания наших соотечественников.

Беда приходит не одна

Однако вина в этом контрсанкций как таковых вряд ли может быть признана решающей: куда важнее финансовая политика государства и Центробанка, в рамках которой процентные ставки по рублевым кредитам остаются запретительно высокими (по состоянию на сегодня — 11% годовых). Одновременно с этим внешние источники кредитования перекрыты, а вывоз капитала из страны остается практически ничем не ограниченным, достигнув по итогам 2014 года отметки в 151,5 млрд долларов (в 2,5 раза выше показателя 2013 года — 61 млрд долларов), а в первом полугодии 2015 года — 52,5 млрд долларов. Такая ситуация тормозит любые программы продовольственного импортозамещения (в 2015 году на них государство выделило 125 млрд рублей, или примерно 2 млрд долларов) и способствует ускоренному росту цен в данном сегменте потребительского рынка. В этой связи стоит заметить, что сегодня на мировом рынке продовольствия спрос значительно превышает предложение, и шансы России найти альтернативные источники «съедобного» импорта можно считать более чем сомнительными. В частности, весь экспорт мяса (по преимуществу — говядины) из Аргентины в настоящее время составляет 220 тыс. тонн, и увеличить эту цифру вдвое по заказам из России невозможно даже физически. В подобных условиях процветает банальная «перебивка» данных о странах-производителях, когда ввоз рыбы и других морепродуктов с тех же Фарерских островов, входящих в состав Дании, но не подпавших под санкции, увеличивается втрое, а братская Белоруссия заваливает российский рынок лососевыми «собственного улова», тем самым косвенно подтверждая нашумевшее в свое время утверждение Джейн Псаки о наличии у этой сугубо сухопутной, если верить географическим картам, страны собственного «побережья». Иными словами, продовольственный фронт, открытый Россией год назад, является лишь одним из фронтов необъявленной «гибридной войны» — вернее, глобальной агрессии коллективного Запада против нашей страны. Фронтом далеко не главным и не решающим, но неизбежным и политически необходимым, потому что имевшиеся по состоянию на август 2014 года почти 20% продовольственной зависимости от США и их союзников были явным «окном уязвимости», которое требовалось срочно если не закрыть, то хотя бы прикрыть. Что и было сделано. Не без указанных выше издержек, но все-таки сделано. Принципиальная обоснованность такого шага еще раз подтвердилась после того, как США и их союзники в начале нынешнего лета приняли решение о сохранении и ужесточении антироссийских санкций. 24 июня 2015 года президент РФ указом № 320 продлил действие контрсанкций еще на год, до 6 августа 2016 года. При этом они будут значительно расширены как по номенклатуре запретных товаров (например, за счет цветов, шоколадных изделий, алкогольной продукции etc.), так и по географии (в новом списке могут оказаться Черногория, Албания, Исландия, Лихтенштейн и, собственно, Украина). А обнаруженную на российской границе продовольственную контрабанду и контрафакт теперь полагается не только конфисковывать, но и уничтожать «любыми средствами», чтобы исключить проникновение этой продукции на внутренний рынок. Это лишний раз подчеркивает реальный масштаб проблем нашей внешней торговли, «серая зона» которой, по оценкам ученых РАН, достигает 2,5-3 трлн рублей в год. Из них, судя по общей структуре импорта-экспорта, примерно пятая часть, то есть 0,5-0,6 трлн рублей (9,5 млрд долларов) должна приходиться на фактическую контрабанду продовольствия. Таким образом, введение (а тем более – недавнее продление) продовольственных контрсанкций показало, что даже такая, далеко не главная на общем фоне мера вскрывает целый ряд запущенных и системных болезней отечественной экономики, требующих куда более кардинального и эффективного лечения.  

Владимир Винников
Новости партнеров
mediametrics