Поиск
Лента новостей
Закрыть
Происшествия
Курский вокзал в Москве эвакуировали из-за угрозы взрыва
Экономика
«Разгневанная» американская экономистка о политике и банках
Следующая Новость
Загрузка...

    Нажмите CTRL + D, чтобы добавить в закладки эту страницу.

    «Разгневанная» американская экономистка о политике и банках

    8:14  4 Августа 2015  /обновлено: 21:58  26 Октября 2015
    111

    Немецкий портал экономических новостей Deutsche Wirtschafts Nachrichten (Новости германской экономики) публикует текст доклада видного американского ученого в области финансов Анат Адмати, озаглавленного Zornige US-Ökonomin über Politik und Banken: Geld und Macht ohne Verantwortung. В своем выступлении автор заявляет о необходимости кардинального реформирования мировой финансовой системы. В противном же случае нас ждет неизбежный крах. Однако мировые финансовые и политические акулы, которые намеренно ведут нас к пропасти, при этом невероятно обогащаясь, с ней категорически не согласны. Перевод некоторых выдержек из выступления госпожи Адмати на заседании нью-йоркского неправительственного аналитического центра специально для своих читателей публикует Федеральное агентство новостей. В качестве причины того, что мировая экономика в любой момент может снова полететь в пропасть, рассматривается отсутствие эффективных мер по регулированию финансового сектора со стороны политических и экономических элит. Проблема заключается в их неспособности заблаговременно распознать угрозы. Кроме того здесь есть место трусости: многие молчат, так как просто-напросто боятся испортить себе карьеру. Основная тема ее выступления формулируется словом «Governance». Это трудно переводимое понятие включает в себя основанный на принципах этики инструментарий, который не допускает управляющим злоупотреблять своими полномочиями с целью личной выгоды. «Governance» также подразумевает, что существуют некие правила, позволяющие предотвратить коррупцию, мошенничество и обогащение. Профессор Стэнфордского университета Анат Адмати является одним из самых уважаемых в мире специалистов в области финансовой науки. Её книга The Bankers' New Clothes», написанная в соавторстве с Мартином Хельвигом, считается одним из основополагающих трудов по природе происхождения банковского кризиса. Я работаю в качестве финансового исследователя. Перед началом финансового кризиса я занималась изучением финансовых рынков. Я также занималась исследованиями в области корпоративного управления. Я преподавала финансы будущим менеджерам и предпринимателям. До того как я вдавалась в такие детали, как оценка акций, бондов и предприятий, я всегда говорила моим студентам, что финансовая система по-настоящему полезна для общества, так как она помогает заставить деньги работать, определить риски и стимулировать инвестирование. К концу 2008 года моя жизнь начала круто меняться. Мне посчастливилось сохранить и дом, и работу. Я продолжаю исследовать область финансов, а именно я изучаю факторы, которые оказывают влияние на принятие решений, касающихся финансирования предприятий, и как они могут привести к образованию больших задолженностей и неэффективности в целом. Но с тех пор я, образно говоря, вышла за рамки своего привычного круга. Я начала гораздо больше общаться с людьми, с учеными и с практиками. Я преподаю курс под названием «Финансы и общество». Это многопрофильная дисциплина, которая включает в себя изучение нескольких областей: финансы, экономика, бухгалтерия, право и политология. Даже такие не смежные науки, как психология, философия и социология могут привнести новые видения процессов, происходящих в финансовом секторе. Моя жизнь изменилась в первую очередь благодаря тому, что я осознала, насколько сильно некачественные исследования и ошибочные утверждения ученых влияют непосредственно на политику. Невинные люди, беспомощно и часто того не осознавая, терпят из-за такой необдуманной политики серьезные убытки. Сначала я исходила из того, что ученые и политики, по меньшей мере, должны приветствовать любые инициативы и начинания, которые позволят выработать более эффективный политический курс. Однако я глубоко ошибалась. Люди отказываются идти на сотрудничество, когда другие ставят под вопрос их точку зрения и их действия. Они игнорируют любые возражения и постоянно пытаются увернуться от прямого ответа. Я стала свидетелем не только простой недальновидности, но и намеренной слепости многих.   Я вынуждена была покинуть свой «бункер», чтобы вновь и вновь ставить под вопрос собственные взгляды и предположения. Чтобы в итоге полностью осознать суть происходящих вещей. Я призываю вас сделать то же самое. Оставаясь в «бункере», невозможно осознать процессы, протекающие в финансовой сфере в частности и в обществе в целом. Наша система управления полна изъянов: проблемы возникают, когда кто-то контролирует решения, принятые другими людьми, однако те, кто их принимают, часто являются заинтересованными лицами. Мы сталкиваемся с этим повсюду. Если у человека есть возможность обогатиться за чужой счет и избежать негативных затем для себя негативных последствий в будущем, то он ей непременно воспользуется. Если человек без зазрения совести может сказать ошибочные или заведомо ложные вещи, и при этом его позиция никем не будет оспорена, то он так и сделает. Пусть вы даже верите в истинность своих ошибочных утверждений. Если человек имеет возможность промолчать, хотя он знает, что его молчание причинит кому-то ущерб, то он непременно промолчит. В первую очередь это делается тогда, когда это молчание хорошо оплачивается или же открытый протест может повлечь за собой лишние проблемы. Этот феномен – проблема не исключительно финансового сектора. Чтобы получать прибыль в условиях свободного рынка, человек может пытаться обманывать, загрязнять окружающую среду или продавать некачественный товар. General Motors сознательно продавали автомобили с бракованным зажиганием. Табачные концерны прекрасно знают, что курение вредит здоровью и вызывает зависимость, но продолжают в течение десятилетий это отрицать. Производители переносных детских яслей, которые должны были быть изъяты из продажи сразу после того, как трое малышей погибло, пустили дело на самотек и не соизволили массово уведомить родителей о небезопасности своей продукции. Фактически они попытались скрыть от общественности, что их ясли смертельно опасны. Всё это в итоге стоило жизни 16-месячного сына одного из моих знакомых и еще как минимум 18 детей. Нам нужно рассчитывать на то, что в условиях свободного рынка человек способен играть с жизнями других людей, если это легко сойдет ему с рук. Воздушное сообщение стало относительно безопасным, потому что каждый может видеть авиакатастрофы по телевизору. Мы видим последствия крушения и в принципе знаем, кто ответственен за происшествие. У авиакомпаний, инженеров и других нет возможности обмануть и всё свалить на непредвиденный удар молнии или неблагоприятные погодные условия. Нынешняя финансовая система служит обществу плохо. Она работает гораздо хуже, чем могла бы в действительности. Это лишнее бремя для мировой экономики. У финансового сектора есть одна большая проблема – это проблема управления, причем на всех уровнях. Свободные рынки не в состоянии решить её. Необходимо эффективное законодательство и регулирование. Проблемы управления касаются и политики. Существует множество проблем, касающихся регулирования финансового сектора. Вы еще много будете слышать о «Базельских правилах», макропруденциальном регулировании, брандмауэрах и так далее. Короче говоря, некоторые могут сказать: все усилия по реформе финансового регулирования привели в итоге к полному хаосу, как на стадии разработки, так и в процессе реализации. Некоторые попытки регулирования действительно сравнимы не более как с расточительными шарадами. Они обеспечивают многим адвокатам, консультантам и управляющим полную занятость и возможность для смены работы. Общество не получает в таком случае совершенно никакой пользы, которая оправдала бы затраты. Некоторые жалобы индустрии на чрезмерное вмешательство со стороны вполне обоснованы. Я тоже обеспокоена тем, что в случае ввода ряда регулировочных мер клиринговые расчеты по деривативам могут лишь увеличить количество рисков. В любом случае мы отчетливо видим, что создается лишь видимость деятельности. Таким образом возникает имитация науки, слишком оптимистичные прогнозы, иллюзия прогресса и контрпродуктивный эффект в целом.  В первую очередь нужно корректировать те моменты, которые можно исправить и необходимо исправить . Новые правила еще пока до конца не проработаны и таят в себе скрытые риски, а также существует большая зависимость финансирования от долгов. И бездействие в этой ситуации никак не оправдано. Но не смотря на это, распространяются огромные объемы бессмысленной информации, чтобы заставить политиков оставить всё как есть. После того, как я уже на протяжении 6 лет всеми способами пытаюсь объяснить людям истинное состояние вещей, я в итоге сильно разочаровалась, увидев, как много бессмысленных доводов люди приводят снова и снова, и самое страшное, что к ним прислушиваются другие. Вероятно, к настоящим эффективным реформам нас побудит  лишь еще один крупный кризис или даже несколько кризисов. Нам постоянно внушалось, что нужно еще немного потерпеть и лишний раз что-то профинансировать, якобы всё пройдет само. Абсурдность ситуации можно показать на следующем примере. Дело обстоит так, будто бы мы позволяем переполненными опасными химикатами грузовикам, движущимся по жилому кварталу, разогнаться до 120 миль в час, хотя мы не имеем возможности точно измерить их скорость. Эти грузовики сжигают тонны топлива, портят свои двигатели и вот-вот взорвутся. Мы пытаемся сделать все, что в наших силах, чтобы починить машины, иначе не миновать ужасных последствий. Тем не менее, эти грузовики нам необходимы, чтобы доставить их товар. Мы уже даже готовы предоставить водителям этих грузовиков работу в качестве полицейских, чтобы они могли переждать ремонт. Однако нам потом скажут, что ограничения скорости затормаживают рост. Или нам даже скажут, что в скором будущем, если мы возьмем процесс под свой контроль, груз этих машин возьмутся доставить некие другие машины, однако опять же у нас не хватит полицейских, чтобы обеспечить контроль их дальнейшего продвижения. Если бы мы все-таки смогли сделать систему более прозрачной и резко снизить её зависимость от долгов, то наше общество оказалось бы в огромном плюсе. Все возражения по этому поводу не более чем пустая болтовня. Наряду с другими преимуществами такие меры помогли бы улучшить и стабилизировать финансовую систему в целом, а также снизить негативный эффект, который может возникнуть на кредитных рынках. С их помощью можно было бы снизить вероятность возникновения финансовых пузырей, их развития и разрыва. Таким образом, даже дорогостоящие кризисы, приносящие с собой долговременную рецессию, могут быть предотвращены. Эти меры могут локализовать проблемы управления в финансовом секторе и сделать их тем самым вполне решаемыми. Если все эти реформы так необходимы, то почему же мы сталкиваемся с таким количеством абсурдных доводов и нелогичной политикой? Во-первых, ущерб в финансовой сфере абстрактен и склонен к распространению. Настоящего виновника причинения ущерба по причине индивидуальной ошибки или намеренного поступка найти очень нелегко. Во-вторых, жаргон финансовой индустрии крайне сложен, и те, кто в ней задействован, очень часто сами хотят, чтобы все действительно сложно звучало. Как ни странно, это помогает им отстраниться от ответственности и избежать наказания. В-третьих,  все, особенно политики, любят кредиты и хотят указать финансовым институтам, куда им следует направить их деньги. Большинство людей, в первую очередь политиков, желают иметь хорошие отношения с богатыми людьми, которые как раз и управляют этими институтами. В финансовой науке речь идет о деньгах и власти. Деньги и власть непременно создают почву для коррупции. В финансовой индустрии в отличие от авиаперевозок политики, банки и регулирующие институты могу вредить друг другу и придумывать разного рода истории, чтобы скрыть реальные объемы ущерба. И вполне допустимо намеренно выдавать себя за слепого и глухого, чтобы избежать ответственности. Политика – самый серьезный вызов для финансового регулирования. Детали не играют никакой роли, если нет политической воли. К сожалению, политики охотнее занимаются другими вещами, нежели вопросами оздоровления и стабилизации финансовой системы. При этом обычные люди не в состоянии  вовремя распознать опасность или даже намеренно введены в заблуждение. Далеко не все понимают, почему финансовое регулирование столь необходимо и о какой вид регулирования наиболее оптимален. Что можно же можно сделать? Есть несколько конкретных идей. Прежде всего, нужно поднять зарплату служащим регулирующих органов, чтобы уменьшить их соблазн снова втянуться в финансовую индустрию. Во-вторых, в эти органы должны идти люди, которые уже находятся в достаточно почтенном возрасте, чтобы не возвращаться в обратно в сферу финансов. В-третьих, мы обязаны снизить значение денег для политики. Исполнительный директор Goldman Sachs слукавил, когда сказал однажды, что банкиры «вершат дело Господне» . Создание и внедрение эффективных мер финансового регулирования – вот настоящее «дело Господне». К сожалению, те, кто противится необходимому регулированию, очень сильны, и велик соблазн отчаяться и отступить. Мы же в свою очередь, кто не является политиками, должны делать все возможное, чтобы помочь. Мы обязаны постоянно ставить под вопрос наши мнения и не должны слепо полагаться на то, что говорят эксперты. Мы должны приветствовать каждый шаг в сторону создания инструментов финансового регулирования, ровно как и противодействовать шагам обратным. Мы должны разоблачить намеренно распространяемую дезинформацию и бессмыслицу и не бояться открыто называть их таковыми. Нерационально регулируемая финансовая система и абсурдные законы катастрофически вредят нашему обществу. Они пробивают себе дорогу путем обмана.

    Triangle Created with Sketch.
    Автор: Алексей Громов
    Загрузка...
    Закрыть
    Нажмите "Сохранить", чтобы читать "РИА ФАН" на главной ЯндексаСохранить
    Популярное на сайте
    Читайте нас в соцсетях