Поиск
Лента новостей
Закрыть
Политика
Белый дом намерен продолжить сотрудничество с Россией по Сирии и КНДР
Общество
Дневник вдовы пролил свет на трагедию осетинской семьи
Следующая Новость
Загрузка...

    Нажмите CTRL + D, чтобы добавить в закладки эту страницу.

    Дневник вдовы пролил свет на трагедию осетинской семьи

    23:28  16 Июля 2015  /обновлено: 23:11  26 Октября 2015
    655

    Невский районный суд Петербурга рассматривает уголовное дело в отношении Рената Кочиева - сына главы осетинской общины Петербурга. Молодой человек обвиняется в убийстве собственного отца. Фигурант частично признал свою вину, но самые важные показания в начале процесса дала вдова жертвы и мать предполагаемого убийцы. Убитая горем женщина открыла подробности семейной драмы, ставшей трагедией, и заставила прослезиться присутствующих в суде. В зале судьи Сергея Горобца собралось много людей в черных костюмах и строгих платьях - близкие и родные подсудимого и его отца. Конвой ввел единственного фигуранта уголовного дела - Рената Кочиева. Подсудимый зашел в зал с улыбкой, его мать Жанна Астаева двинулась было к нему в слезах, но вовремя остановилась - не положено. «Ну чего ты плачешь? Все же нормально», - неуклюже попытался утешить ее сын. Его слова прозвучали горькой насмешкой. Ничего нормального в этой истории, увы, нет. Напомним, тело 60-летнего Бориса Кочиева было обнаружено около 10.30 утра 2 апреля 2015 года в его трехкомнатной квартире, расположенной в доме №8 на улице Джона Рида в Петербурге. ...Началось заседание. Прокурор Олег Курганский зачитал обвинительное заключение, уложившись буквально в две минуты. Гособвинитель отметил, что Ренат Кочиев обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ («Убийство»), а также подчеркнул, что главе осетинской общины было нанесено 45 ножевых ранений. Ренат Кочиев, поднявшись со скамьи подсудимых, заявил, что вину свою признает, правда, частично. С квалификацией преступления фигурант не согласен, уверяя участников процесса в том, что он действовал в состоянии самообороны. Свои показания Кочиев решил давать после допроса всех свидетелей.

    Чужая душа

    Суд начал допрос с представительницы потерпевшей стороны, сестры Бориса Кочиева - Елены Антюфеевой. Отношение между членами семьи старшего брата, по ее словам, складывались хорошо. По крайней мере, на ее глазах ссор и серьезных конфликтов не было. «Но чужая семья - потемки», - добавила потерпевшая, переиначив известную пословицу о чужой душе. Своего племянника Антюфеева назвала хорошим и умным мальчиком. Тогда весьма нетипичный вопрос потерпевшей задал адвокат подсудимого Станислав Вольвачов. Он поинтересовался у сестры погибшего, заслуживает ли племянник наказания за содеянное, надо ли его наказывать? Голос Антюфеевой дрогнул: «Не надо». Тогда в диалог вступил судья Горобец. «Вы потеряли брата, а на скамье подсудимых - любимый племянник. Как это могло произойти?» - спросил служитель закона. «В голове не укладывается. Как это могло произойти?» - риторическим вопросом ответила сестра погибшего. «Да, вопрос не из простых», - констатировал судья. «Я постоянно себе его задаю, но ответа так и не нахожу», - все же ответила Елена Антюфеева.

    Судья соболезнует

    После этого и без того непростое заседание приобрело еще более трагический характер. На трибуну для дачи показаний вышла мать подсудимого и вдова убитого Жанна Астаева. Перед тем, как прокурор начал задавать свои вопросы, внезапно для всех вступительное слово взял судья Горобец. «Примите искреннее соболезнования по поводу трагедии, - обратился представитель Фемиды к Астаевой. - Каждое уголовное дело имеет две стороны медали. Первая – это квалификация содеянного. Такая сухая, юридическая тематика. Другая сторона - это морально-нравственный аспект. Ведь за ситуацией всегда стоят переживания. Ваше дело - просто кульминация этой части. Случилось трагедия, но как бы вам тяжело это ни было, вам нужно ее вспоминать и проговорить. Понимаю, вам тяжело, но со степенью сострадания я призываю вас к мужественному ответу». Астаева сделала глоток воды, глубоко вздохнула и расплакалась. За два часа своих показаний несчастная женщина так и не смогла успокоиться. Хотя, было видно, что она очень старается и следит за тем, чтобы ее речь была членораздельна для суда и всех присутствующих.

    По закону гор

    Борис Кочиев и Жанна Астаева прожили в браке тридцать лет. Они познакомились еще в школе. Поженились по любви. Родились трое детей – два сына и дочь. Ренат – старший. Оба сына посвятили свою жизнь спорту. Так, например, Ренат стал тренером по борьбе. О своем супруге Астаева говорит как об очень вспыльчивом, но хорошем и щедром человеке. К тому же, семья жила по кавказским традициям. Отец – глава семьи, и его решения никем не обсуждались. Дети, вспоминает супруга, боялись даже ему прямо в глаза смотреть. Однажды младший сын решил пожениться. Однако отец добро не дал - и с любимой девушкой парню пришлось попрощаться. Больше этот вопрос не поднимался никогда.

    Некому помочь

    «Вы не думайте... Это нормально. Мы хорошо жили. У нас было всё. Дети заняты, жили все в любви и достатке. Но ему (мужу – прим.), видимо, чего-то не хватало. И он начал пить. Много. Неделями, - понизила голос Астаева, - переставал пить, только когда совсем плохо себя чувствовал, но к врачу обращаться отказывался категорически. В нашей семье медики и полицейские были под запретом. Я даже не знаю номер скорой помощи». По словам вдовы, Борис Кочиев переставал пить на время поста. Очевидно, тот пост, во время которого произошло убийство, стало исключением. Может быть, даже роковым. Дело в том, что у жертвы после смерти в крови был найден алкоголь. Тем временем, Жанна Астаева продолжала рассказывать о том, в каком кошмаре она жила последние годы. Видимо, не имея возможности ни с кем поделиться своими горестями, женщина в 2007 году начала вести дневник, в котором записывала всё, что позволял себе муж в пьяном состоянии. Теперь все эти записи – весомая часть материалов уголовного дела.

    Неудавшийся суицид

    «Когда он пил, происходило что-то невозможное. Он становился очень агрессивным. Будто с ума сходил. Несколько раз пытался покончить жизнь самоубийством – хотел прыгнуть из окна. Мы его всей семьей оттаскивали. Знаете, я теперь думаю, может быть, зря. Тогда бы он жизнь сыну не погубил», - тихо говорила Астаева. Слова вдовы о суицидальных наклонностях ее мужа косвенно подтверждает предсмертная записка Бориса Кочиева, которую она сохранила и которая теперь также находится в уголовном деле. «Там было написано: «Я ухожу. Извините меня, пожалуйста. Я вас всех люблю». Знаете, когда мы его стащили с подоконника, он мне сказал: «Нет, я один не уйду. Если я все же решусь, вы уйдете со мной», - вспоминает страшные слова мужа Жанна Астаева.

    Хоккей и смерть

    В роковую ночь на 2 апреля ее разбудил шум. Она встала с кровати и направилась в соседнюю комнату. «Там... Боря. Лежит. Кровь еще. Много крови и нож. И Ренат. Белый. С открытым ртом. Весь в крови. Я к нему. Кричу «Реня-Реня, что случилось». Я думала, что обоих потеряла. А он мне отвечает: «Мама, хорошо, что с меня начал». Что именно стало предпосылкой для начала конфликта, женщина не знает. Говорит, что когда уходила спать, все было хорошо. Отец с сыном, как и всегда, вместе смотрели хоккей... Федеральное агентство новостей продолжит следить за этим судебным процессом и расскажет о его финале.  

    Автор: Александра Будер
    Новости партнёров
    Загрузка...
    Закрыть
    Нажмите "Сохранить", чтобы читать "РИА ФАН" на главной ЯндексаСохранить
    Популярное на сайте
    Читайте нас в соцсетях