В ШОС и БРИКС погоду будет делать Китай - эксперт

В ШОС и БРИКС погоду будет делать Китай - эксперт

10.07.2015 18:52
1764

В Уфе завершились саммиты ШОС и БРИКС. Востоковед и публицист, доктор исторических наук Александр Князев рассказал Федеральному агентству новостей о перспективах евразийской и глобальной интеграции в рамках этих объединений. – Александр Алексеевич, первый вопрос касается расширения ШОС. Объявлено про Индию с Пакистаном. Как вы считаете, не будет ли им там тесно вместе с Китаем, учитывая территориальные споры и вообще региональное соперничество? – Я еще лет 12 назад говорил и писал о том, что расширение ШОС возможно в том случае, если ШОС определит свою миссию ответственности – в первую очередь, в сфере безопасности. Потому что та ситуация, которая сейчас сложилась, когда Индию и Пакистан принимают, но при этом ШОС не берет на себя функцию урегулирования на этом пространстве – это просто количественный рост, который по законам диалектики рано или поздно перерастет в новое качество. И думаю, что в худшее. Мое предложение, о котором я писал, состояло в том, чтобы расширять пространство, принимать Индию, Пакистан, Иран. Но ШОС в этом случае должна взять на себя функцию на своей площадке регулировать все конфликты типа индо-пакистанского или китайско-индийского и создавать свои органы как альтернативу ООН и ОБСЕ. То же самое по иранской ядерной программе. Мы говорим о том, что МАГАТЭ – ангажированная организация, но при этом мы доверяем каким-то ее выводам и передоверяем иранскую ядерную программу переговорам с западными странами. Почему бы не принять Иран полноправным членом ШОС и не создать при этом своей альтернативы МАГАТЭ при ШОС и взяв на себя контроль всех ядерных программ всех стран-участниц. А сейчас происходит простое размытие ШОС: она превращается в обычную дискуссионную площадку. И мне кажется, что и прошлые саммиты в Душанбе и в Бишкеке, и вот сейчас в Уфе – по крайней мере, последние три-четыре года самое главное во всех этих саммитах – это двусторонние встречи на полях саммитов. – По поводу Ирана. Как вы считаете, то, что Иран пока не принимают – это может быть связано с тем, что переговоры «шестерки» по ядерной проблеме еще не завершены? – Переговоры «шестерки» уже давно де-факто превратились в двусторонние переговоры Ирана с Соединенными Штатами, в торг между ними. Торг, который не имеет выхода, по большему счету. Потому что у Ирана есть простое и абсолютно справедливое условие: снятие санкций в обмен на уступки в своей ядерной программе. По всем аспектам – и по контролю, и по ядерному топливу, и по ограничениям по реакторам, и так далее. Я думаю, что есть надежда на то, что команда Хасана Рухани, Джавада Зарифа – скажем так, либералы в иранском руководстве – если они только не самоубийцы, они пойдут на это. Но в Иране ведь президент не является главой государства. Над ним есть руководство в виде верховного лидера и руководства Корпуса Стражей Исламской революции. Поэтому это не то, в чем Иран пойдет на уступки. А ведь без Ирана не решается вопрос безопасности в Закавказье, вопрос безопасности Афганистана, Средней Азии в целом. Была даже информация о том, что были большие сомнения в Тегеране, ехать ли в Уфу. Но в итоге решили не идти на конфронтацию, и Рухани приехал. Но вопрос остается нерешенным. И ШОС с каждым годом сама себя просто дискредитирует. Кстати сказать, та же Индия к ШОС довольно равнодушна – для нее эта организация интересна постольку, поскольку есть ревность к активности Пакистана и Китая. – С безопасностью понятно. А если взять экономику – на саммите говорилось, естественно, и про китайский проект «Шелкового пути», и глава Минфина Антон Силуанов говорил о том, что Китай скупает российские облигации. Складывается такое впечатление, что это больше всего Китаю выгодно, да и сама организация зовется Шанхайской. Китай действительно лидер или Россия все-таки более-менее на равных с ним? – Россия, конечно, имеет больший вес, чем, скажем, Таджикистан или Киргизия. Но абсолютно не на равных. Я как-то шутил, что Шанхайская организация превращается в министерство внешнеэкономических связей Китая. На самом деле, это китайское наполнение в экономической части – оно растет стремительно, и уже по тому, что было в Уфе, это понятно. Россия не желает упустить какие-то возможности влияния – в частности, в Средней Азии и, с определенными оговорками, в Казахстане. Но как это сделать? Потому что и Ташкент, и особенно Душанбе и Бишкек – они готовы на любые китайские предложения. И Россия уже не может повлиять на это на самом деле. России нечего финансово предложить взамен. Россия могла бы играть в этой организации весомую роль и как-то спорить с Китаем, если бы не произошло этого перелома в сторону экономической деятельности. Создавалась-то организация как организация безопасности, начиная от пограничного вопроса. Но та эволюция, которая произошла, лишила Россию таких возможностей. Сегодня в регионе – по крайней мере, в Средней Азии – погоду будет делать, конечно, Китай. – И последний вопрос. Если взять вторую организацию, у которой тоже саммит – БРИКС. Хотя она только отчасти касается евразийского пространства, насколько ее можно сопоставить с ШОС и насколько там позиция России другая? – Там позиция России другая, и там позиция Китая другая. Поскольку есть достаточно весомые иные игроки. Но сама организация – она ведь тоже пока не определилась еще. Даже создание банковской структуры БРИКС – что такое эти 100 миллиардов по сравнению с 2 триллионами Всемирного банка. Это пока имитация деятельности, не более того. Это ничего не означает на самом деле. Хорошо, что есть такая площадка, хорошо, что лидеры крупных стран обсуждают какие-то проекты на будущее, возможные пути развития. Но это, опять же, такое дискуссионное поле – и не более того. Даже на уровень ООН, которая имеет какие-то правовые инструменты, эти обсуждения не переносятся. И решений-то нет каких-то реальных. Это просто такая пристрелка, присмотр на будущее.  

Андрей Величко
Facebook заблокировал RT накануне церемонии инаугурации Трампа
Закрыть