Поиск
Лента новостей
Лента новостей
Закрыть
Политика
Депутаты Госдумы в августе посетят Сирию с гуманитарной миссией
Новороссия
Доктор Фисталь из Донецка: Мы живем, как в блокадном Ленинграде
Следующая Новость
Загрузка...

    Нажмите CTRL + D, чтобы добавить в закладки эту страницу.

    Доктор Фисталь из Донецка: Мы живем, как в блокадном Ленинграде

    14:31  26 Июня 2015  /обновлено: 0:28  27 Октября 2015
    2589

    Доктор Фисталь из Донецка: Мы живем как в блокадном Ленинграде

    Доктор Эмиль Яковлевич Фисталь известен далеко за пределами Донецка. Руководитель Донецкого ожогового центра НИИ неотложной и восстановительной хирургии имени В. К. Гусака, доктор медицинских наук, профессор, автор 300 научных работ и 16 изобретений, он знаменит тем, что возвращает людей с тяжелейшими ожогами буквально с того света. Корреспондент Федерального агентства новостей расспросил врача о непростой жизни в условиях войны. Многим россиянам Эмиль Фисталь известен в связи с печальной историей Оксаны Макар из пригорода Николаева, получившей более 90% ожогов от садистов-насильников. Для ее спасения доктор сделал все возможное. Тогда Эмиль Фисталь лично взял шефство над пострадавшей. В Россию доктор приехал на Научно-практическую конференцию «Скорая медицинская помощь-2015», чтобы поделиться с коллегами опытом лечения больных с взрывными травмами, с которыми коллективу НИИ им. Гусака приходится сталкиваться каждый день. Доктор - человек весьма занятой, и даже отыскать его на конференции оказалось непросто, но корреспондент ФАН все-таки смог задать ему несколько вопросов в перерывах между докладами.  

    Жизнь в блокаде

    - Эмиль Яковлевич, расскажите, насколько сильно увеличился фронт работ в связи с конфликтом, и как обстоят дела на сегодняшний момент? - Когда проходили активные военные действия, у нас было много раненых и пострадавших. В том числе страдало и мирное население — это была чуть ли не половина от всех поступавших. А сейчас наш регион находится в блокаде, со всех сторон окруженный украинской армией. Периодически... по сути, постоянно, стреляют по мирным жителям, продолжают разрушать инфраструктуру, мирное население продолжает гибнуть, в том числе дети. Жертв стало, конечно, меньше, потому что люди стали прятаться в подвалы. Стреляют, в основном, по ночам. Люди страдают. В связи с блокадой города через посты не пропускают людей, которые стремятся к нам приехать. Раньше мы лечили людей со всей Украины, у нас ведь пациенты не только с ожогами, к нам приезжали больные для плановых операций на сердце, сосудах, для пластических операций, но их сейчас просто не пропускают. Мы находимся в социальной, экономической, политической блокаде. Печально, но это можно сравнить с блокадой Ленинграда. - На какие средства сейчас существует ваше учреждение? - Мы существуем только за счет финансовой помощи волонтеров и гуманитарной помощи. Больше нет никаких источников финансирования. Нам привозят лекарства гумконвоем — другого источника нет. - А зарплаты? - Да, зарплату получаем. Зарплату платит ДНР в том же размере, как и раньше. Причем сейчас платят в рублях. Обещают следующую зарплату выплатить в долларах. - А вы как к этому относитесь? - Да нормально, в магазинах принимают любую валюту.

    Спасать, несмотря ни на что

    - Известно, что при вашем НИИ работает уникальная лаборатория, обладающая ресурсами для клеточного выращивания искусственной кожи. Правильно ли я понимаю, что в данный момент говорить о развитии лабораторной работы не приходится? - Как ни странно, мы сохранили структуру, но нам не хватает расходных материалов. Но в некоторых случаях, особенно когда речь идет о пострадавших в военных действиях, мы стараемся использовать имеющуюся нишу возможностей. Мы продолжаем применять клеточные технологии, несмотря ни на что. - Какие еще отделения в НИИ страдают? - В Институте есть онкогематологическое отделение, мы продолжаем лечить пациентов с онкологическими заболеваниями крови. Пока у нас еще остались какие-то старые запасы с прошлой жизни, я бы так сказал, но это все заканчивается и если экономическая и медикаментозная блокада будет продолжатся, от этого будут страдать больные люди. Нам ведь не пропускают лекарства. - То есть у вас есть дефицит лекарств? - Пока нет, но это временно. - Сколько операций вы проводите в день? - На сегодняшний день количество уменьшилось в два раза. Причем за счет плановых операций. Экстренные операции мы стараемся проводить. - Есть мнение, что во время войны человек быстрее идет на поправку. Вроде бы как пробуждаются резервные силы организма. Вы согласны с этим? - Действительно, есть такое явление. Во время военных конфликтов хронические заболевания не обостряются. Людям просто не до этого. А так могу сказать, что у нас результаты лечения не хуже, чем в мирное время. - Вам часто приходилось работать в условиях ЧП. Есть ли уже наработанные методики? - Да, у нас есть собственные уникальные изыскания и методики. В мирное время мы тоже жили, как на войне, потому что часто взрывались шахты и заводы. Вообще 20% пациентов, поступавших к нам в мирное время, были пострадавшими на производстве. При том, что по всей Украине менее 1% таких больных. Мы всегда были регионом «военным» и круглосуточно оказывали помощь шахтерам, металлургам. В этом плане война не выбила нас из колеи. Мы получили новый опыт лечения огнестрельных ранений. Именно об этом я сегодня докладываю на нескольких конференциях. - Можете немного рассказать о вашем уникальном опыте? - Особенность в том, что осколки, проникающие через кожу, не повреждают сам покров, но травмируют внутренние структуры. Надо об этом знать и прооперировать своевременно, чтобы предупредить осложнения. В таких ситуация нужно раскрывать раны хирургическим путем, удалять все инородные тела, останавливать кровотечения. Есть еще одна особенность — при таких ранениях не рекомендуется делать пластические операции, потому что ткани повреждаются очень глубоко. Нужно подождать два-три дня, раскрыть рану, увидеть визуально ее состояние, устранить проблемы, а потому уже делать пластику. Это наш личный опыт, но главное, что он приносит хорошие результаты. Раньше мы его использовали в мирное время, а сейчас применяем в военное.

    Всегда на передовой

    - Что позволяет вам справиться со стрессом? - Помогает оптимизм, желание помочь страждущим. Наверное, профессиональная привычка: быть всегда на передовой и стремиться к помощи к людям. Практически ничего не изменилось в моей психологии, кроме того, что я еще больше проникся желанием помочь людям. - Чувствуете ли вы, что от вашего настроя зависит состояние вашего коллектива? - Да, я стараюсь подбадривать коллег. Ведь у нас сохранился коллектив, несмотря ни на что — и молодые люди, и женщины. А некоторые пробиваются через эту блокаду, объезжают и приходят каждый день на работу — сестры, санитарки, врачи. Они живут на другой территории, но все равно приезжают, хотя иногда их не пускают. Я считаю, что этот народ - герой. - Были у вас жертвы среди персонала? - У нас погиб один доктор-анестезиолог. Его убил снайпер, когда он выносил раненых.  

    Автор: Диана Колобаева
    Загрузка...
    Triangle Created with Sketch.
    Закрыть
    Нажмите "Сохранить", чтобы читать "РИА ФАН" на главной ЯндексаСохранить
    Популярное на сайте
    Читайте нас в соцсетях