Российские С-300 для Ирана таранят Запад

12:36  14 Апреля 2015  /обновлено: 5:44  27 Октября 2015
784

Зачем Кремль продает Ирану С-300?

Зачем Кремль продает Ирану С-300? 13 апреля президент Владимир Путин подписал указ об изменениях в российской санкционной политике в отношении Тегерана, исключив из перечня антииранских мер запрет на поставку в ИРИ зенитных ракетных систем С-300. Этот шаг Кремля был в тот же день интерпретирован главой российского МИД Сергеем Лавровым, как прямое следствие, вытекающее из политических договоренностей "шестерки" посредников по урегулированию иранской ядерной программы. "Мы убеждены, что на данном этапе необходимость в такого рода эмбарго, причем в отдельном, добровольном, российском эмбарго полностью отпала", — заявил министр. Ключевыми в его фразе следует считать слова "отдельное" и "добровольное", характеризующие, как российскую роль в санкциях против Ирана, так и общую расстановку сил в Ближневосточном регионе.

Ошибка Медведева

Надо понимать, что России никто не запрещал поставлять в Иран комплексы С-300 в количестве сорока штук. Она сама отказалась от уже подписанного контракта ценой в 800 млн долларов, взвалив на себя все издержки. Одна только судебная неустойка, которую Иран непременно выбил бы из России через Международный третейский суд в Женеве, достигала 4 млрд долларов. Репутационные риски и вовсе не подлежали подсчету: Москва повела себя с Ираном ровно так же, как сегодня поступает Париж, отказываясь отдавать России вертолетоносец "Мистраль". Это была одна из двух непростительных внешнеполитических ошибок президента Дмитрия Медведева — наряду с молчаливым согласием при голосовании в Совбезе ООН по резолюции 1973, открывшей дорогу к вооруженной агрессии против Ливии, свержению режима Муаммара Каддафи и общей дестабилизации ситуации на Большом Ближнем Востоке. Фактически, нынешняя отмена медведевского эмбарго на поставку С-300 — тот минимум, которого Россия смогла достичь на фоне общего потепления отношений Запада с Ираном и предстоящего падения цен на нефть, которое вызовет возобновленный экспорт иранского "черного золота".

ХПП, или альтернативная версия

Впрочем, есть одна деталь, способная придать этому сюжету новую захватывающую интригу. Всё сводится к вопросу, сам ли Кремль решился на снятие эмбарго по С-300, или это было сделано "по согласованию" с другими участниками переговоров в Лозанне и, прежде всего, с США? Это принципиальный вопрос. Ведь одно дело, если Запад кинул сейчас России кость с барского стола ценой в 0,8 миллиарда долларов, позволив хоть немного отыграть предстоящее стратегическое поражение в нефтяных баталиях после выхода на арену такого тяжеловеса, как Иран. И совсем другое, если выяснится, что Кремль, никого не предупредив (кроме, разве что, Китая), затеял собственную игру, по своей давней традиции "перевернув стол переговоров вверх дном" и поставив партнеров перед качественно новой раскладом сил. Основанием для последнего утверждения служит дата путинского указа по отмене эмбарго. Это случилось именно сейчас — в момент, когда переговоры в Лозанне неожиданно начали пробуксовывать. Казалось, решение по иранской ядерной программе найдено — но тут вдруг сначала взъярился Израиль, обвинив Америку в предательстве важнейшего союзника в регионе. Затем глава Пентагона Эштон Картер ляпнул о противобункерной бомбе Massive Ordinance Penetrator, которая не просто способна поразить иранские ядерные объекты, но и, по признанию Картера, "для этого и создавалась". Одновременно духовный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи обвинил американцев в том, что спустя считанные часы после переговоров они опубликовали подложную версию достигнутых соглашений, "противоречащую тому, о чем реально договорились". И, наконец, президент Ирана Хасан Рухани выступил со своеобразным ультиматумом: "Мы не подпишем никакого ядерного соглашения, если не будут сняты все санкции в этот же день". То есть, не прошло и пары суток с момента договоренностей в Лозанне, как они оказались вдруг на волоске от провала. Именно в этот момент и "выстрелил" Путин, внеся в игру новый фактор в виде ракет С-300. Он мог бы обождать пару месяцев до окончательного подписания бумаг по иранскому атому, но сработал на опережение — и на обострение. Причем выбрав такой шаг, за который Россию никто не отважится обвинять: мораторий-то наш был добровольным. Зачем Путин так поступил? Чтобы торпедировать переговорный процесс "шестёрки" с Ираном и не позволить иранской нефти хлынуть на рынок? Возможно. Но, быть может, объявление о поставках С-300 — это часть более крупной контригры, которую затеяла Россия на пару с Китаем?

Запад вне игры?

Дело в том, что в день подписания президентского указа пришли еще две новости, касающиеся Ирана. Во-первых, была снова анонсирована прорывная сделка "нефть в обмен на товары", о которой Москва и Тегеран договорились год назад. Причем, по словам замглавы российского МИД Сергея Рябкова, этот бартер идет полным ходом: "Бартер осуществляется в обмен на поставки иранской сырой нефти, а мы осуществляем поставки определенных видов продукции. Ни то, ни другое никаким образом не регламентируется действующим санкционным режимом, поэтому мы считаем, что это нормальный путь, и именно так и нужно действовать". И хотя чуть позже министр энергетики Александр Новак дезавуировал эти слова, заявив, что никаких поставок иранской нефти в Россию пока не происходит, тем не менее, дыма без огня не бывает. Так, в тот же день, 13 апреля, прибывший в Москву председатель комиссии по национальной безопасности и внешней политике меджлиса Ирана Алаэддин Боруджерди заявил, что реализация сделки "нефть в обмен на товары" вот-вот начнется, и обе стороны заинтересованы в ее скорейшем осуществлении. Что представляет собой эта сделка? В обмен на зерно, технику и строительные материалы Россия станет получать из Ирана по несколько сотен тысяч баррелей нефти в день, которую затем будет с выгодой для себя перепродавать на внешних рынках. Примерно понятен и покупатель этой нефти — им станет Китай. Такой формат поставок, хоть и снизит цену на "черное золото" на рынке, но ударит в первую очередь не по России, как посреднику, а по американским сланцевым компаниям. Этот удар они могут и не выдержать, поскольку еле держатся на плаву: за последние четыре месяца нефтяные бренды уже сократили количество буровых установок в США более чем в два раза из-за их убыточности. Вторая иранская новость от 13 апреля также связана с московским визитом г-на Боруджерди. На встрече с думским спикером Сергеем Нарышкиным он заявил, что Иран рассчитывает вступить в Шанхайскую организацию сотрудничества в качестве полноправного члена. И здесь также поставлены рекордные сроки: Тегеран хочет, чтобы иранский президент Рухани принял участие уже в ближайшем саммите ШОС в Уфе, намеченном на июль этого года. И в тот же день 13 апреля секретарь высшего Совета национальной безопасности Ирана Али Шамхани был принят в Ново-Огарево Путиным в числе секретарей совбезов государств-членов и наблюдателей ШОС. Добавим к этому, что между Ираном и Китаем также идет очень быстрое восстановление связей, простирающихся далеко за пределы формата лозаннской "шестёрки". И если иранские силовики поехали налаживать связи в Москву, то министр нефти ИРИ Намдар Зангене отправился в Пекин, к своему крупнейшему покупателю углеводородов — подписывать новые контракты. В рамках его визита 11 апреля национальная иранская нефтяная компания (NIOC) подписала сразу несколько соглашений с китайскими корпорациями Unipec и Sinopec по увеличению поставок нефти и газоконденсата из Ирана в Китай. Возобновить свои персидские проекты намерена еще одна китайская нефтяная компания – CNPC.

Москва-Пекин

Всё может сложиться так, что главным выгодополучателем от отмены антииранских санкций станет вовсе не Америка и, тем более, не Европа, а Китай. Россия же может принять деятельное участие в дележке нефтяных иранских "подрядов", заработав на посредничестве. Что еще важнее, Москва и Пекин способны резко нарастить военно-стратегический потенциал евразийского сотрудничества на базе ШОС, присоединив к этой организации Иран, а также ряд других региональных лидеров: от Белоруссии до Индии. Пять дивизионов С-300 для Ирана могут оказаться ударным началом такого расширения. Но всё это возможно лишь в том случае, если Кремль действительно ведет — или готов, наконец, вести — собственную игру, направленную на усугубление противоречий с Западом. Альтернативой этому варианту является лишь очередная сдача своих национальных интересов в обмен на расплывчатые западные обещания "как-нибудь подумать о снятии санкций" против России. Как это видно на примере Ирана, санкции снимают с сильных.

Автор: Илья Вахлаков