Анестезиолог-реаниматолог Николай Гринько девять лет работает на передовой в Донбассе: спасает раненых бойцов и мирных жителей. Несмотря на то, что противник обстрелял его собственный дом, мужчина лечил и украинских военнопленных.
Николай Гринько — потомственный доктор: его бабушка и дедушка были военными врачами. В середине 90-х мужчина окончил Мариупольское медицинское училище и поступил на работу в Республиканский онкологический центр. На его счету — тысячи спасенных жизней. С началом боевых действий в Донбассе в 2014 году он отправился помогать соотечественникам.
«Я вхожу в состав Международной общественной организации «Союз добровольцев Донбасса», являюсь ее членом с 2018 года. Мне предложили вступить в нее мои боевые товарищи, с которыми мы 2014-2015 годах защищали нашу Родину. Они с оружием в руках, а я — со шприцем», — рассказал Гринько.
Когда началась СВО, врач отправился самоотверженно трудиться на передовой: здесь он спасал раненых бойцов и мирных жителей. Несмотря на то, что противник уничтожил его дом, Гринько довелось лечить и украинских военнопленных.
«К нам начали поступать первые пациенты: раненые, пострадавшие, мирные жители, беженцы из Мариуполя. И военнопленные – негодяи всякие. Когда начинали ребята возмущаться, я говорю: «Ребята, вот там на поле боя, пожалуйста, я не вижу препятствий, потому что это враги. Когда вы их привезли сюда, они раненые, больные — они пациенты, и мы их будем лечить. Вы их потом можете расстрелять, но пока мы их будем лечить», — заявил доктор.
Когда речь идет о врачебном долге, для Гринько не существует чужих и своих. Мужчина ответственно выполняет свои обязанности, чтобы спасти как можно больше жизней. Помимо работы в Республиканском онкологическом центре, врач также дежурит на скорой помощи.
«Как-то отец с сыном привезли маму, которой снайпер прострелил голову. Повреждения были несовместимы с жизнью. Она молодая женщина, и она жива. Давление еле удерживается, медикаментозно как-то мы пытаемся ей помочь, но при этом понимаем, что смысла в этой помощи нет никакого. У нее ранение мозговой ткани такое, что там восстанавливать нечего. Она несколько часов умирала, потому что у нее было здоровое сердце, здоровые легкие...», — вспоминает медик.
По его словам, каждый врач должен бороться до конца за здоровье своего пациента, даже если уже понятно, что его болезнь или травмы несовместимы с жизнью.