В Турции состоится второй тур президентских выборов и, можно сказать, что этот результат — не в пользу нынешнего президента Реджепа Эрдогана, получившего 49,24% голосов избирателей. Он неоднократно заявлял о своей победе в первом туре, которой в итоге не случилось. И это, несмотря на то, что самые популярные противники действующего президента — мэр Стамбула Экрем Имамоглу и мэр Анкары Мансур Яваш (кстати, оба в прямом эфире в день голосования заявили, что говорят от имени соперника Эрдогана Кемаля Кылычдароглу как «13-го президента Турции»), не были допущены к участию в выборах, а почти 2% голосов (1,21 млн бюллетеней), поданных 14 мая, были признаны недействительными.
К этому стоит добавить, что перед выборами Банк Турции активно расходовал свои золотовалютные резервы, действовала зерновая сделка с Россией, Газпром предоставил Турции отсрочку по оплате газа на 600 млн долларов до 2024 года, плюс в конце апреля была осуществлена доставка российского ядерного топлива на АЭС Аккую. В конце концов, несмотря на полную поддержку Запада и прозападных сил турецкого общества, кандидат от оппозиции Кемаль Кылычдароглу (45,06%), по сравнению с Эрдоганом был и остается лично слабым политиком и в других условиях никакой конкуренции действующему главе государства составить бы не сумел.
Так что дело не лично в Кылычдароглу, который никакой самостоятельной роли не играет, а в этих самых условиях. Ни для кого не секрет, что внешнеполитическая активность официальной Анкары при правлении Эрдогана, то есть на протяжении вот уже 20 лет, начиная с 2003 года, значительно превышала объективные возможности Турции. Ее лидеру приходилось совершать чудеса эквилибристики, чтобы сохранить свою власть, а это, в свою очередь, было невозможно без серьезного притока денег извне. Страна имеет хронический внешнеторговый дефицит и дефицит платежного баланса, ее внешний долг достиг 459 млрд долларов, или почти 61% от национального ВВП. Казалось бы, не так много на фоне задолженности ведущих стран Запада, где показатель задолженности выше 100% от ВВП. Но за 2022 год инфляция в Турции составила 64,27%, курс лиры к доллару упал на 23%, уровень реальных доходов населения снижается вот уже третий год подряд, и этот факт, а также последствия разрушительного землетрясения в феврале 2023 года никак не удается компенсировать гордостью за укрепление позиций Турции на международной арене. Поэтому недовольство политикой Эрдогана, особенно среди жителей крупных городов, за исключением столичной Анкары, существенно усилилось.
И теперь вопрос о том, удастся ли ему сохранить за собой пост президента Турции, можно сказать, повис на волоске. Особенно с учетом того, что даже избиратели третьего кандидата, ультранационалиста Синана Огана, набравшего около 5% голосов и не прошедшего во второй тур, могут дать решающий перевес как Эрдогану, так и Кылычдароглу. Беспрецедентное давление стран коллективного Запада на «неуправляемого» турецкого лидера во многом определяется важностью для них его устранения с последующей перспективой отказа официальной Анкары от взаимовыгодного сотрудничества с Россией. В этом смысле центры принятия решений «альянса демократий», не особо скрываясь, планируют использовать Турцию в качестве «второй Украины», чьи мощные вооруженные силы могут быть направлены против России со смещением центра конфликта в Черноморский регион, Закавказье и Среднюю Азию. Соответствующие сценарии достаточно хорошо известны.
Тот факт, что «Республиканский альянс», где ведущую роль играет Партия справедливости и развития, лидером которой является действующий президент, на парламентских выборах набрал те же 49,3% голосов и получил большинство (322 из 600) депутатских мандатов, в данном отношении не является определяющим. Во-первых, в политической системе этой страны роль законодательной власти по сравнению с исполнительной традиционно не слишком велика, а во-вторых, потеря Эрдоганом президентского поста неминуемо скажется и на его позициях внутри собственной партии. Так что «момент истины» здесь наступит через две недели, которые для Эрдогана и Турции обещают быть чрезвычайно насыщенными.
Ранее президент США Джо Байден прокомментировал проходящие в Турции выборы главы государства, отметив ряд проблем в стране.