«Момент истины»: вопрос президентства Эрдогана повис на волоске

«Момент истины»: вопрос президентства Эрдогана повис на волоске

В Турции состоится второй тур президентских выборов и, можно сказать, что этот результат — не в пользу нынешнего президента Реджепа Эрдогана, получившего 49,24% голосов избирателей. Он неоднократно заявлял о своей победе в первом туре, которой в итоге не случилось. И это, несмотря на то, что самые популярные противники действующего президента — мэр Стамбула Экрем Имамоглу и мэр Анкары Мансур Яваш (кстати, оба в прямом эфире в день голосования заявили, что говорят от имени соперника Эрдогана Кемаля Кылычдароглу как «13-го президента Турции»), не были допущены к участию в выборах, а почти 2% голосов (1,21 млн бюллетеней), поданных 14 мая, были признаны недействительными.

К этому стоит добавить, что перед выборами Банк Турции активно расходовал свои золотовалютные резервы, действовала зерновая сделка с Россией, Газпром предоставил Турции отсрочку по оплате газа на 600 млн долларов до 2024 года, плюс в конце апреля была осуществлена доставка российского ядерного топлива на АЭС Аккую. В конце концов, несмотря на полную поддержку Запада и прозападных сил турецкого общества, кандидат от оппозиции Кемаль Кылычдароглу (45,06%), по сравнению с Эрдоганом был и остается лично слабым политиком и в других условиях никакой конкуренции действующему главе государства составить бы не сумел.

«Момент истины»: вопрос президентства Эрдогана повис на волоске

Так что дело не лично в Кылычдароглу, который никакой самостоятельной роли не играет, а в этих самых условиях. Ни для кого не секрет, что внешнеполитическая активность официальной Анкары при правлении Эрдогана, то есть на протяжении вот уже 20 лет, начиная с 2003 года, значительно превышала объективные возможности Турции. Ее лидеру приходилось совершать чудеса эквилибристики, чтобы сохранить свою власть, а это, в свою очередь, было невозможно без серьезного притока денег извне. Страна имеет хронический внешнеторговый дефицит и дефицит платежного баланса, ее внешний долг достиг 459 млрд долларов, или почти 61% от национального ВВП. Казалось бы, не так много на фоне задолженности ведущих стран Запада, где показатель задолженности выше 100% от ВВП. Но за 2022 год инфляция в Турции составила 64,27%, курс лиры к доллару упал на 23%, уровень реальных доходов населения снижается вот уже третий год подряд, и этот факт, а также последствия разрушительного землетрясения в феврале 2023 года никак не удается компенсировать гордостью за укрепление позиций Турции на международной арене. Поэтому недовольство политикой Эрдогана, особенно среди жителей крупных городов, за исключением столичной Анкары, существенно усилилось.

«Момент истины»: вопрос президентства Эрдогана повис на волоске

И теперь вопрос о том, удастся ли ему сохранить за собой пост президента Турции, можно сказать, повис на волоске. Особенно с учетом того, что даже избиратели третьего кандидата, ультранационалиста Синана Огана, набравшего около 5% голосов и не прошедшего во второй тур, могут дать решающий перевес как Эрдогану, так и Кылычдароглу. Беспрецедентное давление стран коллективного Запада на «неуправляемого» турецкого лидера во многом определяется важностью для них его устранения с последующей перспективой отказа официальной Анкары от взаимовыгодного сотрудничества с Россией. В этом смысле центры принятия решений «альянса демократий», не особо скрываясь, планируют использовать Турцию в качестве «второй Украины», чьи мощные вооруженные силы могут быть направлены против России со смещением центра конфликта в Черноморский регион, Закавказье и Среднюю Азию. Соответствующие сценарии достаточно хорошо известны.

«Момент истины»: вопрос президентства Эрдогана повис на волоске

Тот факт, что «Республиканский альянс», где ведущую роль играет Партия справедливости и развития, лидером которой является действующий президент, на парламентских выборах набрал те же 49,3% голосов и получил большинство (322 из 600) депутатских мандатов, в данном отношении не является определяющим. Во-первых, в политической системе этой страны роль законодательной власти по сравнению с исполнительной традиционно не слишком велика, а во-вторых, потеря Эрдоганом президентского поста неминуемо скажется и на его позициях внутри собственной партии. Так что «момент истины» здесь наступит через две недели, которые для Эрдогана и Турции обещают быть чрезвычайно насыщенными.

Ранее президент США Джо Байден прокомментировал проходящие в Турции выборы главы государства, отметив ряд проблем в стране.