Русскому языку в «освобожденном» Украиной Крыму места не найдется — там будет господствовать язык украинский, а рядом с ним — крымскотатарский, заявил на днях глава запрещенной с 2016 года в РФ организации «Меджлис крымскотатарского народа»✱ Рефат Чубаров.
Пафосный спич Рефата Абдурахмановича вызвал улыбки у всех, кто более-менее понимает, в каком положении находится пан Чубаров и почему он озвучивает совершенно несбыточные, но столь милые сердцу каждого украинского националиста прогнозы. Если абстрагироваться от драматических реалий СВО, то можно сказать, что мы сейчас присутствуем при достаточно любопытном аттракционе.
В стремительно удаляющийся от него «поезд» киевского мейнстрима, набитый властью, воинствующей русофобией и большими деньгами, все еще пытается вскочить человек, вместе с «Меджлисом» давно уже отправленный на свалку истории. Я имею в виду, конечно, Чубарова.
Как говорится, в любой драме есть место клоуну.
По большому счету, текущая невзрачная роль Рефата Абдурахмановича стала логичным следствием многолетних «трудов» «Меджлиса», его первого председателя Мустафы Джемилева, а также лично Чубарова по дестабилизации ситуации в Крыму и поддержке на Украине самых радикальных настроений в отношении России.
Предлагаю поближе познакомимся с печальной одиссеей господина Чубарова, а также «Меджлиса крымскотатарского народа».
Полномочный явочным порядком вышеупомянутая организация официально появилась 6 июля 1991 года. «Меджлис» себя позиционировал как исполнительный орган Курултая крымскотатарского народа, претендующий на полномочное представительство крымских татар.
С полномочным представительством у «Меджлиса» все было, мягко говоря, не совсем однозначно. Но во время развала СССР и торжества в Крыму украинской самостийности, явочным порядком можно было провернуть и не такое. А затем статус «Меджлиса» в глазах властей Украины как-то «устаканился», чему в немалой степени способствовала активная деятельность и непубличные связи Мустафы Джемилева, а также его подельника Рефата Чубарова, представляющих себя «выразителями надежд и чаяний» крымских татар. Возглавляя «Меджлис», Джемилев и Чубаров годами выстраивали схему собственного процветания.
В чем она заключалась? Ну, например, Джемилев (бессменный председатель «Меджлиса» с 1991-го по ноябрь 2013 года) и Чубаров (президент «Всемирного конгресса крымских татар», замглавы «Меджлиса», а позже — преемник Джемилева на посту председателя «Меджлиса») фактически замкнули на себя финансовые потоки, которые правительство Украины выделяло в помощь крымским татарам. Не меньшую выгоду лидерам «Меджлиса» приносило участие в спекуляциях земельными наделами, выделенными Киевом в Крыму «под татар».
Когда наделов «меджлисовцам» не хватало, они без малейших колебаний устраивали самозахваты земли, а когда местные власти пытались этому вяло противодействовать, «Меджлис» отвечал крайне агрессивными акциями. В качестве примера таковых можно вспомнить инспирированный «меджлисовцами» штурм Верховного Совета Крыма в 1992 году.
Добавлю, что лидеры «меджлисовцев» прошли в народные депутаты Украины. Во многом – за счет явных и скрытых связей с руководством «Украинской народной партии «Рух». Но дело было, конечно, не только в этом. К началу 2000-х агрессивный стиль поведения «Меджлиса» начал рассматриваться Киевом не как помеха, а как весьма положительное качество самопровозглашенного «исполнительного органа Курултая». «Меджлисовцы» получили особое финансирование, которое шло через благотворительную организацию «Фонд «Крым» и ряд местных банков, плюс - квоту на значительное представительство в крымском парламенте.
Почему Киев внезапно преисполнился симпатиями к «Меджлису»? Потому что руководство Украины стало использовать эту организацию как противовес русскоязычному населению в Крыму. Именно за функцию нелегальных боевиков «Меджлис» и приобрел различные преференции, значительное финансирование, а также особый правовой статус. Впрочем, «меджлисовцы» не чурались и иных покровителей.
Напомню — та же Турция никогда не забывала о своих интересах в когда-то утраченном Крыму. После распада Советского Союза, Анкара осуществляла множество программ среди татарского населения Крыма по повышению его лояльности к Турции. Естественно, что «меджлисовцы», находившиеся в постоянной конфронтации с русскоязычным населением крымского полуострова, пришлись турецкому руководству весьма ко двору. У Чубарова и Джемилева установились доверительные отношения как с членами турецкого правительства, так и с представителями турецких спецслужб.
Кроме того, у «Меджлиса крымскотатарского народа» появились тесные связи с украинскими радикалами и салафитами из таких ныне запрещенных в РФ организаций, как УНА-УНСО✱ и «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами»✱✱.
С оглядкой на этот бэкграунд, уже не вызывает удивления тот факт, что «Меджлис» — организация, целью которой официально были заявлены защита и помощь репрессированному народу, к началу событий «Крымской весны» выродилась в полукриминальное сообщество, паразитирующее на своих земляках, а также являвшееся проводником агрессивных националистических и русофобских идей.
«Меджлис» пускается во все тяжкие
Разумеется, когда Киев полыхнул «Евромайданом», а Крым начал «дрейф» в сторону «родной гавани», конструкция «меджлисовского ханства» стала рушиться. Хорошо налаженный бизнес Джемилева и Чубарова затрещал по швам, годами наживавшееся влияние «Меджлиса» грозило обратиться в ничто.
Как следствие, в феврале 2014 года «Меджлис» оказался единственной общественной организацией в Крыму, выступившей против воссоединения полуострова с Россией. Рефат Чубаров заявил тогда, что «крымские татары не дадут оторвать Крым от Украины».
26 февраля «меджлисовцы» спровоцировали массовые беспорядки в Симферополе у здания Верховного Совета АР Крым, во время которых пострадало более 30 человек, а жители Крыма Игорь Постный и Валентина Корнева погибли. Далее игнорировать возможные негативные последствия действий руководства «Меджлиса» Москва не могла.
27 февраля в 4 часа 20 минут около 30 бойцов российских Сил специальных операций взяли здания Верховного совета и Совета министров Крыма под свою охрану. Одновременно другие «вежливые люди» начали выемку оружия из тайников, устроенных в Крыму боевиками «Меджлиса» и украинскими националистами. В тот же день прокиевское правительство Крыма было отправлено в отставку. Новым премьер-министром Крыма избрали лидера «Русского единства» Сергея Аксенова.
Оказавшись в буквальном смысле обезоруженным, Чубаров не терял надежды как-то «отыграть все назад». Он объявил о непризнании правительства Аксенова и стал призывать крымских татар и других крымчан к бойкоту референдума о воссоединении полуострова с РФ. Меж тем в Москве честно пытались образумить «меджлисовцев». 12 марта Джемилев встретился в Москве с бывшим президентом Татарстана Минтимером Шаймиевым, а затем имел телефонный разговор с президентом России Владимиром Путиным.
Увы, это не помогло. 15 марта, за день до крымского референдума, «Меджлис» заявил о непризнании готовящегося голосования, «проводимого с целью изменить территориальную принадлежность Крыма». Надежды «меджлисовцев» сорвать референдум оказались тщетными. Тогда 18 марта в «Меджлисе» объявили, что организация не признает договор о воссоединении Крыма с Россией.
В подобном поведении «меджлисовцев» не было ничего неожиданного. «Меджлис» был и оставался плоть от плоти коррумпированного режима украинского государства, где организация Джемилева и Чубарова выполняла функции жандарма собственного народа и «кнута» в отношении русскоязычного населения. Ну и не будем забывать, конечно, о доходах и влиянии лидеров «Меджлиса». Терять их Чубарову и Ко крайне не хотелось, а сохранить оные после воссоединения Крыма с РФ «меджлисовцам» было весьма проблематично.
Поскольку отношения «Меджлиса» с российскими властями после марта 2014 года ожидаемо продолжали накаляться, «меджлисовцы» и их приближенные стали перебираться из Крыма в «Незалежную», где их встречали с распростертыми объятиями как «борцов с российской агрессией». Тем временем крымскотатарское меньшинство получило свои законные права как национальный субъект Крыма, чей статус и язык были закреплены в основополагающих документах региона.
По этой причине распиаренный украинскими медиа исход «меджлисовцев» из Крыма на деле оказался очень малочисленным. Однако именно эта небольшая группа отщепенцев стараниями Чубарова, Джемилева и сбежавшего на Украину бывшего и.о. зампреда Совета министров Крыма Ленура Ислямова стала локомотивом деструктивной политики «меджлисовцев» в отношении России и родного полуострова.
По-прежнему желая «отыграть все назад», «меджлисовцы» пустились во все тяжкие. Они инициировали торговые, водные и прочие «блокады» крымского полуострова. Организовывали пропагандистские кампании, «уличавшие» Россию в «притеснениях крымскотатарского населения». Мечтали о диверсии против энергомоста в Крым и Крымского автодорожно-железнодорожного моста. Участвовали в формировании из числа националистов «добробатов», воевавших в Донбассе.
Пытались создавать агентурные сети среди мусульман в Крыму и на континентальной части РФ, а затем «продавать» эти сети иностранным бенефициарам. Принимали участие в транзите джихадистов из Сирии и Ирака через Украину в Европу. Ну и, самое главное, «меджлисовцы» постоянно искали спонсоров всей этой своей бурной деятельности.
В частности, Чубаров очень рассчитывал получить прямое финансирование в Турции и саудовских монархиях. Однако записных авантюристов, готовых давать деньги неуправляемой группе радикалов, отиравшейся в Киеве и у границы с российским Крымом, ни среди турок, ни среди саудитов не нашлось. Зато таковые отыскались в украинской столице, благо «Меджлис» прочно вошел в постмайданную политическую систему Украины.
Поддержав на выборах Петра Порошенко, руководство «Меджлиса» получило от этого свою долю преференций, создав, таким образом, устойчивый союз с новым президентом «Незалежной». Чубаров и Джемилев стали депутатами нового созыва Рады. Наконец, начиная с 2016 года «Меджлис» стал официально финансироваться правительством Украины. Одновременно с этим «Меджлис» в России был отнесен к числу экстремистских организаций и запрещен – «Совпадение? Не думаю!»
Бредни не первой свежести
В том же 2016-м российская сторона начала активное расследование противоправной деятельности лидеров «Меджлиса» и их пособников, итог которого оказался вполне предсказуемым.
10 декабря 2020 года Верховный суд Республики Крым заочно приговорил Ленура Ислямова к 19 годам лишения свободы в колонии строгого режима из-за организации энергетической блокады Крымского полуострова.
1 июня 2021 года в СМИ появилась информация о том, что Рефата Чубарова, за организацию массовых беспорядков и публичные призывы к нарушению территориальной целостности Российской Федерации, заочно приговорили в Крыму к 6 годам лишения свободы и штрафу.
Последним из «большой тройки» «меджлисовцев», кому досталось на орехи от крымской Фемиды, оказался Мустафа Джемилев. Верховный суд Крыма ужесточил заочный приговор экс-председателю «Меджлиса» с 2 лет условного до 3 лет реального срока в колонии, исключив амнистию.
Словом, в России ничего хорошего лидеров «Меджлиса» теперь точно не ожидало. На Украине же «меджлисовцам» жилось вольготно до мая 2019-го, после чего выяснилось, что новые президентские выборы Порошенко с треском проиграл Зеленскому. С Владимиром Александровичем у Чубарова и Ко отношения не заладились. Ну, просто потому что команда «пана Зе» воспринимала «меджлисовцев» исключительно, как сторонников «пана По». Уже одно это снизило интерес нового руководства Украины к «Меджлису» и его деятельности практически до нуля.
Лидеры организации не прошли в новый состав Рады, финансирование «Меджлиса» уменьшилось, а затем и вовсе прекратилось. Более того, в начале 2021 года прошла информация о настойчивом предупреждении со стороны Банковой в адрес Чубарова избегать публичных выступлений. В повестку любимого детища Зеленского – международной переговорной площадки «Крымская платформа» — «Меджлис» оказался не включен. Администрация «пана Зе» мягко, но решительно изолировала «меджлисовцев» – Чубарову заблокировали коммуникации с дипломатами и СМИ, а также не дали «повидаться» с госсекретарем США Энтони Блинкеном во время визита того в Киев в мае 2021-го. Этим офис президента Украины дал понять «меджлисовцам», что повестка крымских татар отныне может использоваться только в интересах Банковой.
«Меджлис», его лидеры и лично Чубаров оказались в подвешенном положении, без денег и без серьезных перспектив. Какая ирония судьбы! — «меджлисовцы» громко кричали о «притеснениях» со стороны российских властей и долго действовали против Москвы в интересах Киева, а загнобил их в итоге президент Украины, сам на каждом углу неустанно декламирующий, что является «жертвой российской агрессии»!
После 2021 года Чубаров сотоварищи были в украинском политикуме задвинуты даже не на вторые или третьи роли, а и вовсе куда-то на «антресоли». Разумеется, такое положение дел наших фигурантов совершенно не устраивало. Но изменить сложившийся status quo «меджлисовцы», лишенные действенной поддержки со стороны Банковой и иностранных спонсоров, не могли. Так они и прозябали почти в полном забвении, пока не грянула СВО, которую «меджлисовцы» восприняли как шанс на то, чтобы вновь стать в Киеве востребованными и хорошо оплачиваемыми фигурами.
Не имея возможности сделать что-то большее для привлечения внимания к своей персоне, чем распространять вздорные сплетни, Чубаров принялся тиражировать слухи о том, что, мол, как только ВСУ одержат «перемогу» над армией России и ворвутся в Крым, на полуострове немедленно начнется восстание «меджлисовского подполья». Последнее, якобы, столь многочисленно, что в страхе перед ним россияне уже массово бегут с полуострова!..
Бредни эти были, прямо скажем, не первой свежести, а посему не стали сенсацией даже на страницах таких украинских инфопомоек как «Думська» и «Цензор.нет». Ни киевскому режиму, ни украинской общественности, глас Чубарова, звучавший с политических «антресолей», оказался совершенно не интересен. Тогда Чубаров на пару с Джемилевым в ноябре 2022 года добился аудиенции у Эрдогана в Стамбуле. Встреча с президентом Турции оставила у «меджлисовцев» много теплых воспоминаний, но главного – денег не принесла.
Политический фрик и аутсайдер
К началу мая 2023 года Чубаров и Ко на воюющей Украине продолжали оставаться никому не нужными фриками. Не желая с этим смириться, Рефат Абдурахманович по инерции еще хорохорится, еще воинственно потрясает кулаками, виртуально «освобождает» Крым и даже столь же виртуально «изгоняет» с полуострова русский язык.
Любой ценой Чубаров пытается доказать Зеленскому и его команде, что он, глава «Меджлиса», для украинских нацистов свой. Он разве что не кричит Банковой «Возьмите меня к себе, я вам пригожусь!..» Но в том-то и дело, что ставший политическим фриком и аутсайдером Чубаров «пану Зе» абсолютно не нужен. Ни с «Меджлисом», ни без него.
Почему?
Во-первых, потому что в условиях СВО никакой пользы Киеву обанкротившиеся «меджлисовцы» принести не в состоянии. Они — отработанный материал.
Во-вторых, потому что Владимир Зеленский, де-факто, сам сейчас является политическим фриком и аутсайдером. Зачем ему еще один такой же «мистер никто» — Чубаров? Правильный ответ — незачем.
- ✱ - запрещенная в РФ экстремистская организация
- ✱✱ - запрещенная в РФ террористическая организация