Несколько дней назад Международный уголовный суд (МУС) выдал ордер на арест президента РФ Владимира Путина и уполномоченной по правам ребенка Марии Львовой-Беловой по обвинению в незаконной депортации детей из Украины.
То, что МУС попытался выдать за ужасное преступление против человечности, на деле сохранение жизни детям, проживавшим в зоне военных действий. Дети, вывезенные из-под ударов артиллерии на Украине, были направлены в безопасные убежища в России и будут возвращены на родину после окончания конфликта. Это недавно подтвердил российский постоянный представитель при ООН Василий Небензя.
Обвинения в адрес России стали одной из самых отвратительных и лицемерных попыток Запада очернить нашу страну в глазах международной общественности. Даже сами представители МУС признают отсутствие оснований и даже полномочий для преследования российского лидера и уполномоченного по правам человека. Во-первых, ни Россия, ни Украина не состоят в МУС, а, следовательно, МУС не имеет юрисдикции в этих странах. Во-вторых, по словам бывшего прокурора МУС Луиса Морено Окампо, у суда просто не было доказательств личной вины российского руководства в смертях и разрушениях на Украине. Еще в июне прошлого года прокурор заявил, что самым простым способом открытия дела против России могут стать обвинения в незаконном вывозе людей.
Через год после начала специальной военной операции МУС увидел идеальный повод для преследования Путина в кампании по эвакуации несовершеннолетних из зоны боевых действий. Тем самым продемонстрировав свою полную некомпетентность и вопиющую избирательность. Ведь прекрасно известно, что американские чиновники не привлекаются к ответственности за убийства и пытки миллионов людей по всему миру вот уже несколько десятилетий.
Буквально на днях исполнилось 20 лет со дня вторжения США в Ирак. Эта война, как уже было доказано, была начата Америкой под выдуманным предлогом и планировалась еще задолго до теракта 11 сентября. Согласно Уставу ООН, государство может применять военную силу только для защиты своей территории или при одобрении ООН. Америка при нападении на Ирак не выполнила ни одно из этих условий, что уже является военным преступлением, заслуживающим рассмотрения в международном суде. Более того, американские ВС атаковали не только иракских военных, но и гражданских. В результате американских бомбардировок иракских городов потери гражданских в Ираке составили 7 269 погибших и более 11 000 раненых. Ни один американский военный или чиновник не был привлечен к ответственности за эти преступления.
МУС игнорирует преступления США не только по отношению к жителям Ирака, но и других стран. Прокурор МУС Карим Хан, который выдвинул обвинения против России, в 2021 году публично отказался расследовать преступления американских спецслужб в Афганистане, а также пытки и издевательства над заключенными тюрьмы Гуантанамо. Несмотря на лояльность судебно-прокурорского корпуса МУС американским правящим кругам, США на всякий случай вышли из договора о признании МУС в качестве легитимного органа.
Можно ли считать суд, который игнорирует кровавые преступления одних стран и ищет поводы для преследования других, справедливым? Конечно, нет. К этому же выводу пришли более половины стран мира, отказавшись подписать договор о вступлении в МУС или отозвав свою подпись. Среди последних, кроме Индии и Китая, есть и Израиль, считающийся всем западным миром демократической и цивилизованной страной.
Международный уголовный суд в сегодняшних условиях — это не орган правосудия, а карательный инструмент либеральных элит Европейского Союза и Демократической партии США. Россия объявлена ими — кровным врагом, поэтому даже попытка спасения детских жизней используется в политических целях. Если бы европейские институты действительно волновались о судьбе украинских детей, они бы сделали все возможное, чтобы этот военный конфликт либо не состоялся, либо завершился как можно скорее. И если бы европейские элиты были озабочены сохранением детских жизней по всему миру, то Джордж Буш-младший, Барак Обама, Николя Саркози и многие другие — сидели бы на скамье подсудимых.