Страны-претенденты ищут в БРИКС новой стабильности: политолог Романов объяснил рост числа заявок

Страны-претенденты ищут в БРИКС новой стабильности: политолог Романов объяснил рост числа заявок

Посол России в Каире Георгий Борисенко сообщил, что Египет заинтересован в присоединении к БРИКС и даже подал соответствующий документ. Это уже 13-я страна, захотевшая вступить в объединение. Ожидается, что шесть поданных официальных заявок будет рассмотрено на саммите БРИКС в 2023 году. Чего все эти государства ожидают от присоединения, объяснил корреспонденту ФАН независимый политический аналитик Роман Романов.

«В теории, вступление в БРИКС может позволить расширить партнерские взаимоотношения с уже существующими членами этой организации, в первую очередь речь идет, естественно, о России, Индии, Китае. То есть тот же Египет может принципиально рассматривать для себя возможности по углублению сотрудничества, например, с Китайской Народной Республикой. Основное здесь — экономические партнерские взаимоотношения и попытки найти некие альтернативные пути притяжения в Египет различного рода товаров, технологий и инвестиций», — считает политолог.

Кроме того, уточняет он, важно понимать: значительная часть Ближнего Востока, Северная Африка, на данный момент проходят большой кризис, который будет проявляться на экономическом, финансовом уровне и, естественно, социальном.

Страны-претенденты ищут в БРИКС новой стабильности: политолог Романов объяснил рост числа заявок
«Вот некоторые государства и пытаются для себя найти некие опоры для формирования новой стабильности внутри. Возможно, потенциально ищут стабильность в росте уровня взаимоотношений с Москвой или Пекином, ну или, в крайнем случае, с той же Индией. Плюс стоит зафиксировать рост некоторой многополярности. Но в целом эти заявления делаются время от времени лидерами различных государств, и пока БРИКС особо не расширяется. Все-таки эта организация не сказать, что является прям четко структурированной силой», — рассказал эксперт.

А все потому, что внутри БРИКС есть множество противоречий между крупными играми. Можно привести в пример самое яркое из них — это спор между Индией и Китаем. Политолог Романов напомнил, что между этими странами не только экономические и политические противоречия, но даже присутствуют трансграничные конфликты, которые время от времени вспыхивают, а потом затихают.

Поэтому БРИКС как структуру сложно назвать организацией глубокой интеграции, но все-таки в какой-то степени она позволит тому же Египту привлекать некоторые инвестиции. Ну или, по крайней мере, повысить на уровне международного сообщества свой статус: мол, посмотрите, мы становимся игроком, который может на равных выстраивать свою общую позицию с Россией, с Индией и Китаем, с Бразилией, высказал свои предположения аналитик.

«Тем не менее, БРИКС нельзя рассматривать как ключевую структуру передела старого мирового порядка или формирования нового, потому что практически все крупные локальные игроки создают свои местные объединения. Например, достаточно вспомнить недавнюю инициативу со стороны Бразилии, которая объявила о создании общей валюты с Аргентиной — вот это, кстати, интересный проект объединения. В то время как БРИКС пока находится где-то на уровне 2014- 2015 годов, не расширяясь, не углубляясь, и время от времени появляются необходимость создания, возможно, неких инструментов межбанковского обмена или привлечения других игроков (в данном случае речь идет о Египте)», — поделился своим мнением собеседник ФАН.

В любом случае увидим со временем, к чему приведет заинтересованность Египта в БРИКС и поддержка этого решения со стороны Российской Федерации, заключил Роман Романов.

Ранее эксперт Группы исследований БРИКС Сан-Паульского университета Эстер Перейра дус Сантус оценила целесообразность создания единой валюты стран БРИКС.