«Собиратель земли русской» и первый император: почему Иван III — один из наших величайших правителей

«Собиратель земли русской» и первый император: почему Иван III — один из наших величайших правителей

В плане посмертной известности Ивану III повезло существенно меньше, чем его внуку, Ивану IV Грозному. И хотя позднейшие историки удостоили Ивана III эпитета «Великий», для массового читателя он до сих пор остается весьма загадочной и малоизвестной фигурой. А, между тем, именно ему мы во многом обязаны существованием сегодняшней России в том виде, в котором мы ее знаем. О том, как закладывался фундамент великой империи, мы сегодня и поговорим.

Будущий государь всея Руси родился 22 января 1440 года в семье московского князя Василия II Васильевича. День его рождения пришелся на день памяти святого апостола Тимофея, поэтому новорожденный княжич был назван в его честь. Да, любезному читателю это может показаться странным, но Ивана Васильевича звали Тимофеем. И Иваном. Дело в том, что еще со времен принятия Рюриковичами христианства, существовала традиция давать новорожденному два имени. Первое – «публичное», которым он представлялся соседям и подданным, под которым правил и издавал указы. Второе – так называемое «прямое имя», обычно связанное с каким-нибудь христианским святым, духовное имя, употребляемое только в религиозном контексте.
Вероятнее всего, подобная практика прижилась потому что первые князья-Рюриковичи носили имена языческого происхождения – славянского или даже скандинавского – и поэтому в приватной духовной жизни им требовались альтернативные, «христианские» имена. Проще говоря, на троне сидел великий князь Иоанн, а на исповедь приходил «раб Божий Тимофей».

Строго говоря, Тимофей-Иван не должен был наследовать княжеский престол, но через год после рождения мальчика в возрасте четырех лет умирает его старший брат Юрий, и младенец автоматически становится наследником. Детство у Ивана выдалось, прямо скажем, тревожное. Его отец князь Василий II дважды попадает в плен к врагам – сначала в 1445 году к татарам, а затем – к своему двоюродному брату Дмитрию Шемяке в ходе междоусобной борьбы. Родственник проявил себя куда более жестоким, чем татары, и ослепил Василия, за что тот впоследствии был прозван Темным. Впоследствии Василий сумел вернуть себе княжескую власть, однако маленький Иван, увидев изувеченного отца, на всю жизнь запомнил этот жестокий урок – вот чего князю может стоить поражение. Уже став правителем Иван не проиграет ни одной большой войны.

«Собиратель земли русской» и первый император: почему Иван III — один из наших величайших правителей

Когда Василий Темный вернется домой, он сделает маленького Ивана своим поводырем – как в прямом, так и в переносном, политическом смысле. Отец станет постепенно выводить пятилетнего княжича в жестокий мир взрослых, приучая того к политическим играм. В 1446 году Ивану выбирают невесту – ей оказывается Марья, дочь тверского князя Бориса Александровича. Жениху было шесть лет, невесте – четыре. Ясное дело, это был союз по расчету – два княжества обретали в лице друг друга надежных союзников, кроме того, у тверского князя Бориса была лучшая по тем временам артиллерия, и эти пушки были ой как нужны Василию Темному в борьбе с неугомонным Дмитрием Шемякой. Впрочем, свадьбу сыграли не сразу, а по прошествии нескольких лет, когда Ивану исполнилось двенадцать, а его невесте – десять.

Став фактическим соправителем своего слепого отца, юный Иван замещал того в военных походах, сам водил московские рати против татар и Шемяки, после поражений укрывшегося в Новгородской земле. И это был очередной урок для Ивана пока-еще-не III – чтобы окончательно уничтожить врага, нужно разорить его гнездовище, лишить его кормовой базы и надежного укрытия. Юный княжич еще припомнит Господину Великому Новгороду за то, что тот давал кров и хлеб его врагу.

Весной 1462 года умирает Василий Темный, и 22-летний Иван Васильевич восходит на великокняжеский престол. Цель своего правления он видит как раз в том самом «собирании» земель. Где-то действуя уговорами, где-то – принуждением, а где-то – и силой оружия, Иван последовательно подчиняет себе соседние княжества. Первым в 1471 году склоняет голову Ярославль – местный князь Даниил признает верховенство Москвы и поступает к Ивану Васильевичу на службу, за что получает чин боярина московского. В следующем году Иван прибирает к рукам Дмитровское княжество после того, как скончался местный князь и его младший брат Юрий Васильевич (прозванный Юрием Молодым, дабы его не путали с умершим старшим братом – Юрием Большим). В 1474 году Иван III буквально выкупает Ростов у местных князей. Прежде Ростовское княжество и так входило в состав Московского, однако Иван имел там лишь права соправителя и был вынужден делить власть с местным князем. Теперь же ростовчане поступили к нему на службу, а сам он сделался в Ростове единоличным господином.

«Собиратель земли русской» и первый император: почему Иван III — один из наших величайших правителей

Наконец Иван Васильевич решил обратить свой взор на старого врага – Новгород. Еще в 1471 году московская рать разбила новгородцев на реке Шелони, после чего Новгород выплатил Ивану большую сумму откупных и признал главенство Москвы, хотя и сохранил независимость. Несколько лет подряд внутри Новгородской республики зрел раскол – одни хотели присягнуть Ивану III на верность и войти в состав Московского княжества, другие же – в первую очередь местное боярство – наоборот тяготились какой-либо формой зависимости. В итоге в 1477 году антимосковская партия внутри Новгорода разгромила своих оппонентов и официально отказалась подчиняться Москве и называть Ивана III титулом «государь». Это означало войну.

Когда Иван подошел к городу с войском, новгородцы вновь попытались откупиться, однако на этот раз он не был настроен идти на какой-либо компромисс. Только полное подчинение. Больше никакой республики, никакого вече, никаких посадников и вольностей. Только его железная рука и вечная верность Москве. Когда в осажденном Новгороде начался голод, даже самые упертые из местных бояр поняли, что московский князь не шутит. И попросили у него пощады. Господин Великий Новгород безоговорочно капитулировал. Иван конфисковал земли наиболее ярых своих политических противников в городе, а вечевой колокол – символ республики, собиравший горожан на совет – в качестве трофея увез с собой в Москву.

Впрочем, Иван Васильевич приобретал политическое влияние не только через подчинение, но и путем умелой дипломатии. Еще в 1467 году умерла его супруга, та самая тверская княгиня Мария Борисовна. Новую супругу великому князю присмотрели только в 1472 году, и выбор этот не был случайным. В изгнании в Риме жила племянница последнего византийского императора Софья Палеолог – ее то и взял в жены московский князь. У Софьи не было ни земель, ни огромных богатство, но у нее было нечто куда более важное – родовое имя. И пропуск в европейскую политику. Женившись на Софье, Иван III берет себе в качестве герба византийского двуглавого орла, то есть провозглашает себя наследником Византии и… императором? Официально – все же нет, лишь его внук, тот самый Иван Грозный открыто провозгласит себя царем, то есть – цесарем, кайзером, императором. Но фактически, переняв всю имперскую атрибутику, Иван III как минимум обозначил собственные претензии. Впрочем, об этом – чуть позже.

Вслед за Софьей из Италии в Москву прибыли архитекторы, построившие Ивану новый кирпичный Кремль, Грановитую палату и несколько соборов. Москва преображалась на глазах, приобретая лоск большой столицы. Но, что еще важнее, об Иване III и о Русском государстве заговорили в Европе. Москва? Какая Москва? Кто он такой, этот дикий князь с изнанки обитаемого мира, взявший в жены наследницу Рима? А тут еще и в 1480 году русские рати «перестояли» на реке Угре войско татарского хана Ахмада, вынудив того убраться восвояси, что положило окончательный конец всем притязаниям ханов на власть над Русью. Всем стало ясно – на востоке нарождается могучая держава. Вскоре последовательно установили с Москвой дипломатические связи венгерский король Матьяш Корвин, господарь Молдавии Стефан III и германский император Фридрих III. А в 1489 году в Москву прибыл имперский посланец Николас Поппель с очень важной миссией. На тайной аудиенции он от имени своего господина, германского императора, предложил Ивану III королевский титул. С одной стороны, признание Ивана III королем официально ввело бы Московское княжество в орбиту тогдашней европейской политики. Московию перестали бы воспринимать как непонятный дикий край, где живут сказочные людоеды. Но с другой… Любой король по своему положению был ниже императора. Взять корону из рук Фридриха III для Ивана Васильевича означало бы преклонить перед ним колени и признать его старшинство. И вот здесь мы возвращаемся к тому, о чем говорили ранее – видел ли Иван III себя наследником Римской империи? Ответ, который великий князь и, как он уже себя тогда называл, государь всея Руси, дал немецкому посланнику, был предельно однозначным:

«Мы Божиею милостию государи на своей земле изначала, от первых своих прародителей, и поставление имеем от Бога, как наши прародители, так и мы… а поставления, как наперед сего не хотели ни от кого, так и ныне не хотим».

Проще говоря, Иван III поставил себя вровень с германским императором. А кто может сравняться с императором? Только другой император. Неспроста, ох неспроста в некоторых источниках того времени Ивана III именовали кайзером, хотя сам он официально царского титула не принимал. Все уже было решено, и годы спустя его внук Иван IV лишь придаст делу формальный характер.

Правление Ивана III выдалось богатым на события. Государь много воевал и, пусть не всегда ему сопутствовала удача, он не проиграл ни одной серьезной войны, а вот побед одержал – немало. Когда он взошел на престол, Московское княжество было лишь одним, пусть и очень сильным, из многих подобных государств. Но отходя в мир иной, он оставил потомкам совершенно другое государство, в котором, пусть и с оговорками, уже виднелись очертания будущей России.