Так уж сложилось, что российскому обывателю история осады крепости Плевна (город Плевен в современной Болгарии) знакома, в первую очередь, по довольно популярному телефильму «Турецкий гамбит». Причем, если смотреть данное кино, может сложиться впечатление, что вся операция представляла собой этакий веселый водевиль: все куда-то бегают, бодро гарцуют на лошадях, а в свободное от приключений время – пьют коньяк, крутят романы, да играют в карты. Ну и один разок на штурм сходили, да.
В реальности осада Плевны была одной из самых долгих в российской военной истории, и продлилась 145 дней — с 20 июля по 10 декабря 1877 года. Десятки тысяч солдат с обеих сторон погибли от ран и от болезней, а современники и непосредственные очевидцы оставили нам жуткие описание того, что творилось под стенами города. Впрочем, обо всем по порядку.
«Идем на восток»
Весной 1877 года началась очередная русско-турецкая война. На Балканах, которые в ту пору пребывали под властью османского султана, за пару лет до этого вспыхнуло восстание славянских народов, которое Санкт-Петербург поддерживал сначала опосредованно, не препятствуя отбытию на Балканы русских добровольцев, а затем, когда турки начали одолевать повстанцев, император Александр II официально объявил Константинополю войну. Целью, которую Россия поставила для себя в той войне, было ни много ни мало освобождение православных народов Балкан от турецкого ярма. По замыслам царских стратегов, предполагалось существенно расширить территорию Сербского княжества и гарантировать независимость Болгарии, что привело бы к образованию на Балканах двух крупных и дружественных Российской империи государств. Именно крепость Плевна стала ключом к освобождению Болгарии.
В июле 1877 года русская армия под командованием великого князя Николая Николаевича успешно наступала на Дунай. Его оппонент с турецкой стороны, фельдмаршал Осман-паша, уклонялся от решительного сражения, последовательно отходя сначала к Никополю, а затем – к Плевне. И вот здесь нужно сказать пару слов о нашем противнике. Русская военная история знает множество блестящих побед нашего оружия над турецким, и победы эти во многом способствовали тому, что у нас сложилось довольно снисходительное отношение к османам как к противнику. Мол, не умеют турки воевать, а командуют ими — сплошь придворные подхалимы да взяточники, готовые ради наживы сдать кампанию. Бывало такое, конечно, да только — не всегда. И Осман-паша – тому пример. Военную карьеру он начал еще в Крымскую войну, служил в кавалерии, где блестяще себя проявил, благодаря чему быстро дорос до звания «юзбаши» — капитана. И в Плевну он, спустя годы, отступал не просто так, а руководствуясь вполне ясным планом. Тот, кто владел этой крепостью, мог контролировать так называемые Балканские горы — горную систему Стара-Планина, закрывавшую, подобно щиту, дорогу на Константинополь. Сама Плевна представляла собой мощный узел обороны, способный выдерживать длительную осаду. Более того, чтобы просто окружить Плевну, нужно было овладеть несколькими горными селениями, контролирующими перевалы, что уже само по себе было непростой задачей. И пока Осман-паша удерживал крепость, русские не могли угрожать султанской столице.
Три штурма Плевны
Понимали это и царские генералы. Первый штурм Плевны состоялся 20 июля 1877 года — авангард русской армии, существенно уступавший численностью турецкому гарнизону, попытался атаковать укрепления. Русским удалось преодолеть три линии турецких окопов и пробиться в город, однако Осман перегруппировал свои дрогнувшие полки прямо на городских улочках и организовал контратаку. В итоге турки сумели выбить русских за периметр городских укреплений и вернуть себе утраченные ранее окопы. Эти несколько часов боя стоили русским почти трех тысяч человек (треть от шедшей в авангарде дивизии), а туркам — двух тысяч.
После первого штурма обе армии получили подкреплений. К русским подходили все новые и новые силы, концентрировавшиеся под Плевной, однако и турки пока еще могли полагаться на горные перевалы, по которым к ним шли войска. Мы не будем подробно расписывать, когда и при каких обстоятельствах прибывало каждое последующее соединение, скажем лишь, что всего за время осады русской армии и ее союзникам удалось собрать под Плевной 120 тысяч человек, в то время как силы Османа-паши возросли до 65-70 тысяч.
Спустя десять дней, 30 июля, русский генерал Н. П. Криденер, которому на тот момент было поручено возглавить осаду, предпринял второй штурм. Он дался еще тяжелее первого — атакующие овладели двумя линиями траншей и несколькими укреплениями, однако буквально уперлись в мощный турецкий редут, вокруг которого закипел особенно ожесточенный бой. М. Д. Скобелев, тот самый «белый генерал», также со своими солдатами сражавшийся в тот день под Плевной, потом писал: «Редуты представляли страшную картину. Масса трупов русских и турок лежала грудами. Внутренность редута была особенно наполнена ими. В глубокой траншее, связывавшей редуты, продольные выстрелы неприятельские клали сразу десятки людей, и груды трупов, заполнявших траншею, чередовались с еще живыми защитниками». Несмотря на весь проявленный героизм, русским солдатам и теперь пришлось отступить.
Ф. М. Достоевский, в прошлом — поручик военно-инженерной службы, писал об этом: «под Плевной произошло что-то совсем уже новое. Ряд простых полевых укреплений придает местности значение неприступной твердыни, которую прежними средствами и взять нельзя, которая уже потребовала от нас двойных, тройных усилий, чем предполагалось вначале, и которая до сих пор еще не взята... Всякий обороняющийся, в какой бы то ни было стране Европы, получил вдруг страшный перевес сил перед атакующим. Сила обороны пересиливает теперь силу атаки и обороняющемуся несомненно выгоднее воевать, чем атакующему. Вот тот факт, до сих пор в военном деле не разъяснённый, в достаточной полноте, и даже совсем неожиданный, на который нам, русским, суждено было наткнуться и его разъяснить к огромному нашему ущербу. И это вовсе не наша ошибка, а лишь новый военный факт, вдруг вышедший наружу и вдруг разъяснившийся...».
Третий штурм Плевны, случившийся в сентябре, проходил в несколько этапов и продолжался, в общей сложности, пять дней, два из которых пришлись собственно на генеральное наступление. И вновь русские штурмовали траншеи, и даже заняли их, а Скобелев — овладел редутом и смог закрепиться в нем до наступления темноты. Утром 12 сентября турки пошли в решительную контратаку всеми имевшимися у них силами, вперед их вел лично Осман-паша. Вновь и вновь людские волны накатывали на занятые русскими солдатами укрепления и, в конечном счете, тем вновь пришлось отступить. Уже в третий раз.
Это была настоящая мясорубка, все пространство между линиями османских траншей было усеяно телами, а сами траншеи стали братскими могилами, напоследок крепко сжавшими в своих холодных объятиях тысячи русских и турецких молодцов. А. Н. Куропаткин, будущий военный министр империи, а на тот момент – офицер в русском штабе, записал в дневнике: «Участок позиции между третьим гребнем и редутами представлял картину тоже тягостную: тысячи раненых и трупов лежали на этом участке. Сотни тел… лежавшие вперемешку с турецкими трупами, разлагались и заражали воздух».
Цена сабли османского паши
После третьей подряд неудачной попытки взять Плевну штурмом, русское командование сменило тактику и приступило к захвату окрестных населенных пунктов, господствовавших над горными дорогами. Так, шаг за шагом, удалось перерезать все пути снабжения города. Осман-паша оказался в полной изоляции. Но турки держались, надеясь еще, что к городу придется подкрепление. Но его все не было. В конце ноября русские шумно отметили взятие турецкой крепости Карс, по поводу чего был устроен праздничный салют, который был прекрасно слышен и виден из осажденной Плевны, где Осману к тому времени уже пришлось существенно сократить солдатские пайки.
Уже осознавая, что помощь не придет, Осман-паша решил идти на прорыв. В ночь на 10 декабря турки выступили из города, надеясь переправиться через реку Вид и отойти к Софии. Один из русских офицеров впоследствии писал: «Вдруг в долине Вида, у генерала Ганецкого, взвилась ракета. Это было в половине девятого. За ней следом другая, третья. Сомнений нет: Осман-паша идет. Все внимание устремилось вниз, в долину Вида… Вдруг точно плотина прорвалась там, за горой — целый черный поток разом хлынул оттуда». Ночь выдалась холодной, и с утра стоял туман, поэтому русские нес разу заметили турок. А как заметили — открыли огонь из всех калибров. Воспользовавшись внезапностью, туркам удалось овладеть первой линией русских окопов, однако затем, уже около 11 часов дня, русские контратаковали. Осман-паша был ранен в ногу, и его спешно эвакуировали за реку, после чего турки не смогли удержать фронт и покатились назад. Воспользовавшись возможностью, русские войска быстро заняли пустую Плевну, после чего османская армия оказалась между молотом и наковальней. Их положение было критическим, некоторые полки были либо полностью выбиты, либо разбежались, фактически перестав существовать. Уже осознавая бессмысленность дальнейшего сопротивления, Осман-паша отправил к русским парламентера, чтобы обсудить условия сдачи. Около 16 часов он лично вручил прибывшему генералу И. С. Ганецкому свою саблю. Всего в ходе попытки прорыва из крепости погибли 6 тысяч турок, еще 43 338 сдались в плен. Русские потеряли 1700 солдат.
Фактически, овладение Плевной предрешило исход боевых действий на Балканах. Потом русские войска заняли Софию и нанесли туркам еще ряд поражений, чем обеспечили возможность для создания свободного болгарского государства. Впрочем, благодарность в политике — дело мимолетное, и уже спустя каких-то 40 лет болгары окажутся в лагере противников России в Первой Мировой войне. В годы Второй мировой история повторится. Да и сейчас власти Болгарии пытаются усидеть на двух стульях сразу, с одной стороны — поддерживая антироссийские санкции, а с другой – временно приостанавливая их исполнение для решения собственных экономических задач. Но вся эта возня ни в коем случае не может бросить тень на подвиг русских солдат, сражавшихся и умиравших под стенами Плевны.