Запад использует Украину в качестве полигона для испытания систем вооружений, а также новых тактик ведения боевых действий. США и их союзники по НАТО в боевых условиях обкатывают системы связи и управления войсками, выявляя их сильные и слабые стороны.
Кроме этого, как показывает ход боевых действий, на поле боя проходят боевую «обкатку» как отдельные офицеры НАТО, которые с 2014 года в большом количестве находятся на Украине в качестве инструкторов и военных советников, так и подразделения ССО западных стран. Речь прежде всего идет о военнослужащих Великобритании и Польши, хотя военные других стран НАТО также принимают участие в боевых действиях.
«Да, это учебное поле битвы. Мы учимся на Украине воевать, и мы учимся использовать наше оборудование НАТО», — заявила экс-президент Литвы Даля Грибаускайте, добавив, что Украинцы платят своими жизнями за эти учения.
Впрочем, киевский режим готов и дальше щедро оплачивать эти испытания, проливая кровь своих сограждан.
«Украина — лучший испытательный полигон, поскольку у нас есть возможность проверить все гипотезы в бою и внедрить революционные изменения в военных технологиях и современной войне», — заявил вице-премьер-министр Украины, министр цифровой трансформации Михаил Федоров.
Украинский полигон
Несмотря на то, что в ходе конфликта основным оружием и для ВС РФ, и для ВСУ остается артиллерия, спецоперация выявила значительные изменения, которые произошли на поле боя за последние годы. Серьезно возросла роль разведки и целеуказания, которые необходимы для использования высокоточного оружия. Даже для самых консервативных генералов стало очевидно, что наличие даже не очень «продвинутого» квадрокоптера существенно повышает точность работы артиллерии, которая раньше выпускала вагоны снарядов «в сторону противника» с неизменно низким результатом.
С начала спецоперации Украина получила от стран НАТО вооружений на несколько десятков миллиардов долларов. Несмотря на то, что значительная часть этого оружия представляет собой либо запасы вооружений советского образца из стран Восточной Европы, либо такие же устаревшие образцы западной техники, прибыли на Украину и новейшие образцы натовской техники. Среди них можно отметить САУ «Краб», «Дана» и Pzh 2000, установки РСЗО MLRS и HIMARS, а также новейшие артиллерийские боеприпасы и ракеты к ним. Кроме того, уже были анонсированы поставка Киеву новейших западных систем ПВО IRIS-T и NASAMS.
Практика сетецентрической войны
Однако наиболее значительной помощью Киеву стало не само вооружение, а разведывательная информация, которую страны НАТО в большом количестве предоставляют украинскому Генштабу. Одним из основных инструментов управления войсками стала разработанная Пентагоном боевая управляющая система «Дельта». Она воплотила все наработки по ведению сетецентрических войн, предоставляя обмен информацией между различными подразделениями в реальном времени.
Устойчивую работу БИУС «Дельта» на театре военных действий обеспечивает высокоскоростной спутниковый интернет StarLink, который изначально позиционировался как сугубо коммерческий проект. Такие же «коммерческие» спутники дистанционного зондирования земной поверхности передают Киеву огромное количество разведывательной информации об обороне российских войск.
Одним из самых известных результатов активного обеспечения украинских войск информацией стала атака беспилотных морских аппаратов на базу Черноморского флота в Севастополе. Планирование и координация подобных действий, за которыми, по мнению российских военных экспертов, стоят специалисты стран НАТО, является сложной задачей. Тем не менее, осуществление атаки существенно влияет не только на действия Черноморского флота в рамках спецоперации, но и заставит пересмотреть вопросы использования флота в условиях новой угрозы. Это особенно актуально в свете возможного конфликта вокруг Тайваня.
«Это налагает смену парадигмы в доктринах военно-морской войны и символизирует выражение футуристической тактики ведения войны», — считает военно-морской аналитик по вооружениям в компании Janes Шаурав Гайрола.
Тяжело в учении
Российская армия также вынуждена меняться, чтобы соответствовать изменениям характера боевых действий. И если на начальном этапе СВО в обеспечении армии системами разведки значительную роль сыграли волонтерские организации и обычные граждане, то с недавних пор этим вопросом занялось правительство.
Помимо наращивания собственного производства беспилотников, которые являются «глазами» и «длинной рукой» подразделений, Россия закупила большую партию ударных БПЛА у Ирана. Ударные аппараты семейства «Герань» продемонстрировали высокую эффективность при ударах по военным объектам и объектам энергетической инфраструктуры Украины.
Кроме того, российские военные также сумели познакомиться с американской БИУС «Дельта», к которой получили доступ хакеры из ДНР. Можно ожидать, что это окажет влияние на разработку собственных программных комплексов по управлению полем боя. Пока что те передовые разработки, которые появились еще в 1980-х годах, не были в полной мере реализованы. Тем не менее, осознание необходимости таких систем лишь увеличивается со временем. И спецоперация на Украине наглядно это продемонстрировала.
По мнению бывшего заместителя командующего объединенной группировкой федеральных сил на Северном Кавказе Бориса Подопригоры, в сложившихся условиях стоит ожидать возобновления тех разработок, касающихся систем управления войсками, которые велись еще в советский период.
«Я не готов давать оценку техническим параметрам, но могу предположить, что в нынешних условиях многие прежние разработки будут явно актуализированы — это совершенно очевидно», — считает он.
Это станет адекватным ответом на стремления НАТО получить преимущество над российскими Вооруженными силами. В настоящее же время, как отмечает эксперт, российской армии по силам устроить «антирекламу» западному оружию, эффективно уничтожая его на Украине.
«Мне кажется, что одна из первостепенных задач Запада — как раз проверка того вооружения, которое, в том числе, поступает на международные рынки. Нет смысла заниматься исключительно полигонными испытаниями, когда вот — пожалуйста — поле боя. Напрямую я не вижу для России возможностей как-то этому помешать.
Единственное, чем можно ответить — это уничтожением образцов этого оружия на том самом поле боя. То есть мы можем поставить перед собой единственно выполнимую задачу: на глазах сократить число поступающих с Запада вооружений. И это достаточная задача, которую мы можем принять на себя», — уверен Подопригора.
Кроме того, у России появилась возможность получать вооружения из других стран. Прежде всего речь идет об Иране. Применение иранских БПЛА получило широкое медийное освещение, в то же время активно появляется информация о возможных поставках иранских оперативно-такических ракетных комплексов, которые также могут внести свой вклад в ход боевых действий.
Несмотря на то, что Борис Подопригора отметил относительно невысокую технологичность иранских вооружений, он подчеркнул, что их поставка является важным политическим сигналом, который свидетельствует о крахе планов Запада по международной изоляции Москвы.
«По моим представлениям, мы получили не так уж и много этих беспилотников. Причем, насколько я знаю, они производятся не в самом Иране. Я не уверен, что это фактор, который имеет решающее значение, потому, что Иран не производит оружие высшего технического уровня. Как правило в их основе лежат образцы, которые имеются на вооружении других армий.
Но Иран — едва ли не единственное государство, помимо Белоруссии — которое оказывает нам в первую очередь политическую поддержку в условиях проведения спецоперации. Вот это очень существенно. И мне кажется, что это создает коридор возможностей для развития отношений между Москвой и Тегераном», — резюмировал эксперт.