Полное игнорирование основ международного права: что показала эскапада с морскими минами ВСУ

Полное игнорирование основ международного права: что показала эскапада с морскими минами ВСУ

В Черном море на украинских «гостинцах» продолжают подрываться иностранные катера и суда.

Своей эскападой с постановкой в Черном море минных заграждений ВСУ продемонстрировали полное игнорирование основ международного права и пренебрежение человеческими жизнями граждан иностранных государств.

Остались живы буквально чудом

Вечером 9 ноября в Черном море на дрейфующей мине подорвался турецкий рыболовный катер. Информацию об этом опубликовал телеканал Tele1.

Подробности инцидента выглядели следующим образом. Рыболовный катер Ahmet Mollaoğlu 2 с уловом следовал к порту Игнеада, расположенном в провинции Кыркларели. Внезапно раздался взрыв, подбросивший «рыбака» и сбивший с ног его команду. Последующий осмотр показал, что в правом борту катера ближе к носу на уровне ватерлинии образовалась почти полуторометровой ширины пробоина. Первоначально команда подумала было, что взорвался топливный танк или газовый баллон. Однако повисший в воздухе характерный запах взрывчатого вещества не оставил никаких сомнений - Ahmet Mollaoğlu 2 встретился с дрейфующей миной.

Рыбаки остались в живых буквально чудом. Во время взрыва команда из 16 человек не валялась на койках в кубрике, рядом с которым, как раз и громыхнуло, а пила чай на верхней палубе в кормовой части катера. Сам Ahmet Mollaoğlu 2 не затонул тоже чудом. Находившиеся рядом другие турецкие рыболовные катера вовремя подоспели на помощь, подцепили носовую часть «подранка» канатами и смогли отбуксировать Ahmet Mollaoğlu 2 в порт Игнеада,

Никто из представителей турецкой стороны к утру 10 ноября госпринадлежность мины не озвучил. Официально — из-за того, что расследование ЧП только началось. Неофициально же всем было понятно, что смертельно опасный «гостинец» мог принадлежать только Украине.

Пожалуй, стоит рассказать о предыстории драматических событий 9 ноября чуть поподробнее.

Устаревшие и без самоликвидатора

Мины — сухопутные и морские — в военных конфликтах XX века проявили себя как крайне эффективный вид вооружения. Если, конечно, его использовать там, где надо, и так, как надо. В то же время мины являются оружием неизбирательного действия, что привело к появлению немалого количества международных документов, ограничивающих, а в ряде случаев и прямо запрещающих использование мин.

Буквально с самого начала гражданской войны в Донбассе украинская армия успешно «забыла» о положениях Конвенции о запрещении или ограничении применения конкретных видов обычного оружия, которые могут считаться наносящими чрезмерные повреждения или имеющими неизбирательное действие. В частности, ВСУ принялись без фиксации точного расположения минных полей ставить мины в районах с большим сосредоточением гражданских лиц. Следствием этого стали даже не десятки, а сотни случаев подрывов на минах мирных жителей.

Часто мины устанавливались украинской стороной в большой спешке и в нарушение наставлений по минно-подрывному делу. Ситуация усугублялась еще и тем, что в распоряжении ВСУ имелись по большей части устаревшие мины советского производства, не имевшие самоликвидатора. Все это приводило к самым печальным результатам.

В марте 2016 года, опасаясь высадки морского десанта на побережье Азовского моря под Мариуполем, ВСУ выставили подводное минное заграждение из противодесантных донных мин ПДМ-1М, каждая из которых содержала 10 кг взрывчатого вещества.

Перед установкой заграждения украинские саперы явно побрезговали ознакомиться с местными природными условиями. Итог оказался предсказуем. Сильное течение смыло большую часть установленных мин от берега на большие глубины, где ПДМ-1М оказались совершенно бесполезны. Плюс к этому под воздействием восточных ветров, выгоняющих воду из Таганрогского залива, часть морского дна обнажилась, из-за чего немало ПДМ-1М оказалось на поверхности. Таким образом, выставленные на дно Азовского моря ПДМ-1М перестали выполнять роль минно-взрывного заграждения, но зато превратились в фактор постоянной опасности для украинских пограничников и рыбаков. Почему? Потому что ПДМ-1М не имели самоликвидатора. Поэтому даже мины, «покинувшие» под воздействием природных условий место своей установки, продолжали оставаться в боевом положении…

После того, как союзные силы в ходе СВО освободили Мариуполь, российским саперам пришлось приложить в буквальном смысле титанические усилия, чтобы сделать мариупольские пляжи и прилегающую к ним акваторию вновь безопасными. Полностью завершить эти мероприятия по разминированию удалось только в июле.

Мины отправляются в плавание

Читатель наверняка спросит, какое отношение ко всем этим выкрутасам ВСУ с противопехотными и донными минами имеет инцидент с подрывом турецкого рыболовного катера? Отвечу — самое прямое. Ибо «потренировавшись» на «противопехотках» и «донках», ВСУ взялись за использование на море якорных малых гальваноударных мин ЯМ (приняты на вооружение в 1943 году) и якорных противодесантных мин ЯРМ (приняты на вооружение в 1954 году). Первые содержали 20 кг взрывчатого вещества, а вторые — 3 кг. Разумеется, эти мины не имели самоликвидатора. Плюс к этому ЯМ и ЯРМ после установки не лежали на дне, а, имея положительную плавучесть, удерживались в подводном положении якорями, к которым мины крепились специальными металлическими тросами — минрепами.

До начала специальной военной операции применение ВСУ мин ЯМ и ЯРМ носило пробно-эпизодический характер и, видимо, по этой причине не выявило всех негативных нюансов использования старых якорных мин. Зато когда после 24 февраля 2022 года украинские военные моряки щедро «сыпанули» ЯМ и ЯРМ возле своих черноморских портов, те самые негативные нюансы немедленно всплыли на поверхность.

Во-первых, ВСУ, видимо, ничего не сообщили о минных постановках владельцам и капитанам иностранных судов, находившимся близ украинских портов. Из-за этого 3 марта 2022 года близ Одессы подорвался на украинской мине и затонул эстонский балкер Helt. Мало того, своих гражданских моряков о местах постановки мин ВСУ тоже решили не информировать, результатом чего стал подрыв 28 июля в устье Дуная малого гидрографического судна «Шляховик», а 31 июля там же – лоцманского катера «Орлик». Направленный к месту происшествия плавкран, который должен был поднять затонувшего «Орлика», тоже «наехал» на мину.

Во-вторых, минрепы мин ЯМ из-за их почтенного возраста оказались проржавевшими, а минрепы мин ЯРМ, созданных для использования в спокойной воде (реки, озера, водохранилища), конструктивно вообще не предназначались для морских условий. Стоило разыграться первому же шторму, как минрепы украинских якорных мин начали рваться, а сами мины, имевшие положительную плавучесть, всплывать на поверхность и отправляться в свободное плавание. Сорванные с минрепов мины стало с завидным постоянством «доставлять» прибоем прямо к украинским портам, а то и просто выбрасывать на местные пляжи. С соответствующими трагическими последствиями, разумеется. Другие сорванные с минрепов украинские мины течением «потащило» вдоль западного побережья Черного моря в сторону Босфора, что создавало нешуточную опасность уже для любого судна, находившегося в черноморской акватории. То, что такая оценка ситуации не являлась преувеличением, подтвердили в Федеральной службе безопасности Российской Федерации.

«После начала проведения Российской Федерацией специальной военной операции, ВМС Украины осуществили постановку минных заграждений на подходах к портам Одесса, Очаков, Черноморск и Южный (около 420 мин устаревших типов ЯМ (якорная мина) и ЯРМ (якорная речная мина), произведенных в первой половине XX века). При наступлении штормовых условий стали происходить обрывы тросов (минрепов), соединяющих мины с донными якорями. Учитывая, что из районов перечисленных украинских портов преобладают поверхностные течения южного направления, не исключается возможность дрейфа сорванных мин в пролив Босфор и далее в моря Средиземноморского бассейна. С учетом минной опасности Черноморский флот ВМФ России опубликовал соответствующее прибрежное предупреждение № 116 от 18 марта 2022 г.», — сообщила 19 марта пресс-служба ФСБ.

Игнорирование основ международного права

За границей к информации ФСБ отнеслись скептически, а зря. Уже в конце марта первая пара дрейфующих мин объявилась у Босфора. Конечно, на Украине немедленно объявили эти мины российскими!..
Попытку Киева переложить ответственность на Москву пресек 30 марта начальник Национального центра управления обороной Российской Федерации генерал-полковник Михаил Мизинцев, дословно заявивший следующее:

«Заявление [Украины] по своему содержанию некомпетентно, абсурдно и поражает своей наглостью и глупостью. Обнаруженные [дрейфующие] морские якорные мины российскими компетентными специалистами идентифицированы как "изделие 730", состоящее на вооружении только военно-морских сил Украины. В Военно-Морском Флоте России мины подобного типа на вооружении отсутствуют, поскольку утилизированы еще до 2016 года».

На следующий день после заявления Мизинцева Минобороны РФ сообщило об обнаружении в Черном море не менее восьми дрейфующих украинских мин.

Начиная с апреля, то есть после весенних штормов, украинские «гостинцы» туркам, румынам и болгарам стали встречаться на Черном море все чаще. Это подвигло силовиков Турции, Румынии и Болгарии начать совместное патрулирование морской акватории, нацеленное на своевременное обнаружение и уничтожение сорванных с минрепов ЯМ и ЯРМ. Увы, помогало это патрулирование не всегда - 8 сентября на украинской мине подорвался румынский земснаряд.

После старта так называемой «зерновой сделки», борьба черноморских государств — членов НАТО с дрейфующими минами приобрела еще большие масштабы, но… Но, как мы уже знаем на примере с подрывом Ahmet Mollaoğlu 2, вероятность встречи с украинскими «гостинцами» на Черном море сохраняется до сих пор.

Тут не лишним будет напомнить, что в соответствии с Конвенцией о постановке подводных, автоматически взрывающихся от соприкосновения мин воспрещается ставить закрепленные на якорях, автоматически взрывающиеся от соприкосновения мины, которые не делаются безопасными, как только они сорвутся со своих минрепов.

Таким образом, своей эскападой с морскими минными заграждениями ВСУ в очередной раз продемонстрировали полное игнорирование основ международного права и пренебрежение человеческими жизнями, в том числе и граждан иностранных государств, включая страны ЕС. В свете текущей политической ситуации, Запад на это, конечно, постарается закрыть глаза. Однако с каждым новым иностранным катером или судном, подорвавшимся на украинской дрейфующей мине, замалчивать порожденную Киевом проблему становится все труднее и труднее.