На третий круг: какие перспективы сулит переизбрание Си Цзиньпина на пост главы КПК

На третий круг: какие перспективы сулит переизбрание Си Цзиньпина на пост главы КПК

В минувшую субботу, 22 октября, в Пекине завершился ХХ съезд Коммунистической партии Китая. По его итогам полномочия Си Цзиньпина в качестве главы КПК были продлены. После Мао Цзэдуна это первый раз, когда человек занимает эту должность третий раз подряд. Корреспондент ФАН пообщался с главным научным сотрудником Института Китая и современной Азии РАН (ИКСА РАН), доктором исторических наук Александром Ломановым. Мы задали ему ряд вопросов по итогам съезда.

— По итогам съезда свои посты покинули некоторые представители китайской партийной номенклатуры. В частности, премьер страны Ли Кэцян. На ваш взгляд, это скорее аппаратное усиление председателя Си Цзиньпина или наоборот?

Я вообще не придаю большого значения кадровым перестановкам после съезда. Как бы объяснить... Это некая инерция. Исследователи Китая тоже люди. Им свойственно помнить то, что было 20-30 лет назад, когда это было очень важно. Расстановка сил была необычайно важна в 2002 году, когда пришел к власти Ху Цзинтао. Тот самый, который странно покинул зал. При нем очень четко выделились две группы в партийном руководстве — постоянном комитете политбюро. Были люди лояльные Ху Цзинтао — так называемые «комсомольцы». И так называемая «шанхайская группа», которая была более связана с предыдущим лидером Цзян Цзэминем. Для того времени это было очень актуально. И те, и другие были сторонниками реформ и развития Китая, но у них очень сильно расходились взгляды на частный сектор. Это стало менее актуально в 2012 году с приходом Си Цзиньпина. И сейчас, после десяти лет правления, его авторитет очень высок и фактически непререкаем. Тот фактор, который был очень важен 20 лет назад, сейчас ушел на задний план. Ли Кэцян ни коим образом не был фигурой, способной бросить вызов Си или отстаивать какие-то политические интересы, не связанные с политикой центрального комитета партии. Другое дело десять лет назад, когда они вместе пришли к власти, он действительно был более весомой и независимой фигурой. Но это не связано с его личностью. Просто изменились институты власти — роль центрального комитета партии повысилась, роль госсовета КНР понизилась. Премьер стал более технической фигурой, чем десять лет назад. Но любой другой человек, который придет на пост премьера в марте следующего года, точно так же будет технической фигурой. Просто потому, что механизмы власти перенастроены.

На третий круг: какие перспективы сулит переизбрание Си Цзиньпина на пост главы КПК

— Говоря о Ху Цзинтао. Что это был за инцидент с его выведением под руки из зала? Западные СМИ трактуют это как едва ли не партийный раскол и «публичную порку». Верна ли такая версия?

— Это вообще невозможно комментировать без какой-то информации. Я посмотрел несколько раз эту съемку. Больше всего похоже на то, что он себя плохо почувствовал, и его вывели из зала по этой причине (китайское государственное информационное агентство «Синьхуа» позже подтвердило именно эту версию. — Прим. ФАН). Потому что перед уходом, он с Си Цзиньпинем перебросился парой фраз, похлопал по плечу Ли Кэцяня. Без какой-то дополнительной информации это прояснить невозможно. Но говорить, что вдруг против Ху Цзинтао через десять лет после окончания его правления начали предъявлять какие-то политические или другие претензии, было бы крайне странно и несостоятельно. Потому что не в китайской традиции унижать кого-то. Когда мы вспоминаем о бесчинствах хунвейбинов, надо понимать, что это была другая эпоха. В китайской традиции как нигде стараются помнить, что оппоненту всегда нужно сохранять лицо. И уж тем более друзьям и единомышленникам. Если Ху Цзинтао был неугоден, можно было его просто не сажать в президиум. Если вы посмотрите партийные документы, доклад Си, постановление об истории партии, принятое в прошлом году, то про Ху Цзинтао там везде только хорошее. Что он внес вклад в развитие китайского социализма, в развитие китайской экономики. То есть нет никаких разговоров, что он наделал каких-то ошибок, и что к нему есть какие-то претензии.

— Теперь, когда над Си Цзиньпинем не висит этот «дамоклов меч» в виде предстоящего съезда, стоит ли от него ожидать более решительных шагов?

— Съезд для него, конечно же, не был никаким «дамокловым мечом». Решающим для него был прошлый XIX съезд, который прошел аж в 2017 году. Именно в 2017 году в уставе партии было утверждено, что партия руководствуется идеями Си о «социализме с китайской спецификой новой эпохи». Это был самый важный момент. Он утвердился не только как организатор — генеральный секретарь, который ведет повседневную работу и держит ЦК партии в своих руках. Но еще и как теоретик, который рисует путь движения компартии вперед, у которого есть стратегические планы развития КНР. И все это было одобрено пять лет. Нынешний съезд был для него гораздо проще. Потому что его авторитет уже достаточно высок, он признан и китайской элитой, он признан партией, у него статус ядра ЦК КПК. Так что его идеи канонизированы, статус ядра партии он получил уже несколько лет назад на одном из пленумов ЦК. И опираясь на уже официально признанный и закрепленный в партийных документах авторитет, он без какого-то большого труда мог реализовать свои идеи и замыслы на этом съезде. Поэтому формулировка насчет «дамоклова меча» чрезмерно драматизирована

— То есть его выступление на съезде было скорее формальным рабочим моментом?

— Ну да, естественно. В отличие от своего предшественника Ху Цзинтао, который отработал два срока и покинул пост, Си остается на третий срок. К этому все были готовы. И не только эксперты и наблюдатели за пределами Китая. К этому была готова и партия, и китайская политическая и экономическая элита. Да, это важно. Это новый этап не только в политической карьере Си Цзиньпина, но и в развитии всего Китая. Потому что вызовов и внешних испытаний становится все больше, задача становится труднее. Я думаю, что у Си Цзиньпина нет соперников не только потому, что он авторитетен. Но и потому что, в отличие от предыдущих десятилетий, Китай сейчас находится в очень непростой ситуации. И не так уж много желающих заявить, что они хотели бы стать у руля в момент достаточно серьезного шторма. Китайская элита согласна, чтобы эту работу выполнял Си. Поскольку у него это более или менее получается. И в текущей, прямо скажем непростой ситуации вокруг Китая, пусть лучше этим занимается человек, который уже втянулся и понимает, что делать. Нежели тот, кто будет начинать все с нуля.

— Возвращаясь к вопросу о «решительных шагах». Стоит ли их ожидать?

— У вас предпосылка вопроса была абсолютно правильная. Что Си Цзиньпин как человек, который определяет китайскую внешнюю политику, естественно будет действовать более решительно. Но это никак не связано ни со съездом, ни с «дамокловым мечом», а просто с тем, что внешнее давление на Китай усиливается, в том числе со стороны Запада. Китай сейчас уже не та страна, на которую можно давить в расчете на то, что она будет постоянно отступать, а внешние акторы будут иметь с этого выгоды. Я напомню, что помимо главенства в КПК, Си Цзиньпин является еще и председателем Китайской Народной Республики. И переизбрание на эту должность состоится только в марте следующего года. Тем не менее его переизбрание на пост главы КПК — это важное событие. Его позиция укрепились, он обозначил свое видение перспектив развития и места Китая в мире. Это факт. Но не надо представлять себе, что у него развязаны руки и он будет делать все что хочет. Конечно же нет. Во-первых, это коллективное руководство, где и в рамках политбюро, и в рамках постоянного комитета все-таки голосуют по важным вопросам. Где все-таки без коллективного консенсуса какие-то серьезные решения по внешней и внутренней политике просто невозможны. Си Цзиньпин достаточно зрелый и опытный политик. Не стоит представлять, что он чего-то ждал, притаившись, и с понедельника начнется иная политика. Можно посмотреть хотя бы на его доклад на съезде. Где он неоднократно подчеркивал, что последовательно продолжает ту политику, которая была сформулирована в предыдущие десять лет. Китай вообще ценит стабильность и устойчивость.

На третий круг: какие перспективы сулит переизбрание Си Цзиньпина на пост главы КПК

— То есть каких-то радикальных шагов, например, в отношении Тайваня ожидать все-таки не стоит?

— На радикальные шаги в отношении Тайваня могут Китай спровоцировать только США и, по умыслу или по политической близорукости, власти самого Тайваня. То есть политика в отношении Тайваня со съездом связана лишь так, что на съезде было сказано, что для Китая это очень важная проблема. Считаю, что Китай не откажется от возможности силового решения проблемы. Но, скажем так, мы об этом знали и до съезда. Потому что в этом году обстановку очень сильно накалили американцы, в том числе госпожа Нэнси Пелоси, которая очень сильно заставила Пекин засомневаться в честности американской стороны относительно признания принципа «Одного Китая». Но съезд тут опять же не при чем. Там только было сказано, что внешние силы играют достаточно опасные игры. И какие-то последствия могут наступить. Поэтому не съезд ускоряет действия Китая в этом направлении, а нарастает внешнее давление. В любом случае, если вдруг произойдет что-то свидетельствующие, что движение Тайваня к провозглашению формальной независимости становится уже необратимым, тогда со стороны Китая могут последовать очень суровые действия. Но спусковым крючком отнюдь станет не съезд КПК. Ключевые раздражители и ключевые факторы давления на Китай с помощью Тайваня находятся в руках США

— Последний вопрос. Повлияет ли переизбрание Си Цзиньпина на пост главы КПК на российско-китайские отношения? Или все останется в том же русле?

— Для России на текущем этапе развития это благоприятно. По той причине, которую мы уже озвучивали — Китай будет стабилен. В КНР довольны нынешним уровнем развития отношений с Москвой. Очень большое значение придают личному взаимопониманию и хорошему контакту двух лидеров — Владимира Путина и Си Цзиньпина. Для китайцев это очень важно. Скажем так, и у России сейчас много сложных задач, не связанных с Китаем. У Пекина сейчас назревает огромное количество проблем в Азиатско-Тихоокеанском регионе, которые, опять-таки, не связаны с РФ. Поэтому лучшее, что обе страны сейчас могут друг другу сказать: что они не станут вредить интересам другой стороны. Взаимопонимание находится уже на достаточно высоком уровне. У американцев есть мечта стравить Россию и Китай. С одной стороны, рассказывать российской элите, что «РФ становится придатком КНР», «Китай опасный, нехороший и авторитарный». С другой стороны, они же точно также сообщают китайцам, что «РФ экономически слаба» и напоминают о прошлых проблемах отношений России и Китая, начиная с XIX века. Американское мастерство «разделять и властвовать» отточено неплохо. Но съезд хорошо показал, что места для пропагандистского натравливания элит КНР и РФ друг на друга, по крайней мере с китайской стороны, не остается. То есть у любой страны, которая желала чего-то подобного, после съезда осталось гораздо меньше пространства для маневра на этом поприще. Потому что курс Китая очень четкий, интересы обозначены. И в рамках этой системы совершенно не в интересах Пекина каким-то образом дразнить Россию или пытаться использовать ее нынешние проблемы. Для России плюс заключается в том, что с китайской стороны нам обеспечено желание и далее сохранять партнерство.

На третий круг: какие перспективы сулит переизбрание Си Цзиньпина на пост главы КПК

Напомним, что с переизбранием Си Цзиньпина на пост главы ЦК Коммунистической партии Китая уже поздравил президент РФ Владимир Путин. В телеграмме российский лидер назвал своего коллегу «дорогим другом» и пожелал успехов в выполнении поставленных на ХХ съезде задач.