Начавшаяся в нашей стране частичная мобилизация помимо чисто организационных и материальных проблем выявила проблемы еще и другого рода — проблемы идентичности и проблемы взаимопонимания в обществе.
Армия и граждане уставились друг на друга в полном недоумении. Армия не понимает, чем это так недовольны эти штатские, а штатские, в свою очередь не понимают, чего от них хотят эти военные.
Разный язык, разные философии, разное понимание мира, разные способы взаимодействия с этим миром.
Миры — разные.
Они встретились внезапно и не знаю теперь с чего бы начать внезапно завязавшиеся отношения.
Как же так получилось?
У меня есть предположение.
Я думаю, что основы нынешнего раскола были положены в конце советского периода истории нашей страны — в период Перестройки, которая сопровождалась демилитаризацией страны и общества. Тогда были очень модны воззрения на армию как на некий отживший рудимент холодной войны, которую пора кончать, как на атрибут коммунизма, закрытости и паранойи.
Сокращались вооружения и военный бюджет, в школах отменяли всем осточертевшую военную подготовку.
И для этого были некоторые основания.
Потребительская нищета советского населения казалась следствием раздутого бюджета армии. А военная подготовка в школах (а зачастую и в военных кафедрах вузов) к тому моменту уже превратилась в профанацию, служившую почвой для специфического юмора о военном языке и интеллекте.
Помните эти великолепные «сигнал к атаке — три зеленых свистка вверх» и «короткими перебежками от меня до следующего дуба»?
Мы с армией устали друг от друга и развелись.
Армии это было удобно тем, что штатские перестали лезть в их дела, а нам казалось, что это и есть нормальная жизнь — без этого вот — в зеленом, которое вообще не наше дело.
Нам казалось, что мы отказываемся от лишнего. Нас можно было понять — советская армия периода конца СССР разложилась еще больше, чем остальное общество и представляла из себя «клоаку». Нам казалось, что мы достойны чего-то другого, чего-то лучшего.
Наверное, в зеркало не смотрелись достаточно долго.
Но на самом деле мы отказывались от себя.
У каждого государства, точнее говоря страны — есть свой исторический стержень.
У англичан это аристократия, вышедшая из морского разбоя и ограбления колоний. У американцев — антиаристократия во всем подражающая аристократии английской, вышедшая из торгового разбоя и ограбления колоний и английской аристократии. У Германии — это промышленники, вышедшие еще из немецких средневековых союзов мастеров.
А у России это — армия.
Это не потому, что русские очень любят воевать. Это европейцы любят воевать. Потому что для них война — это бизнес. Русские воюют, чтобы выжить. Русские ненавидят войну. Но воюют не на жизнь, а на смерть с 1223 года. 800 лет.
Карл Маркс, набитый до отказа европейским высокомерием, писал, что мы вышли из монгольского рабства рабами. На самом деле Россия вышла из монгольского ига государством-армией, в котором все так или иначе связано с нею.
Штатских русских — не бывает. Их не может быть.
Штатский русский — это такая же экзотика как еврей-оленевод.
Наш временный развод с армией — трагическая ошибка. Мы должны восстановить наши отношения. Мы должны вернуться в нашу историю и естественную для нас военную культуру из этого исторически-культурного дезертирства.
Милитаризация нашего общества — это возвращение к себе. Это признание себя и собственной индивидуальности. Это восстановление собственной идентичности.
Наша естественная культура должна вернуться повсюду.
Снова должны войти в моду и в школьную программу самбо и бокс. Регулярная медицинская диспансеризация должна стать обязательной для всех.
Военная специализация должна быть у всех.
Простейшее оборудование для немедленного преступления к своим обязанностям по ВУС — медицинские наборы, оружие — должны быть у всех.
Военное дело должно преподаваться всем и везде.
Но не только мы должны вернуться к армии. Армия должна вернуться к нам.
Военкомат должен стать частью госуслуг. Он должен с каждой переменой нашего статуса — изменением адреса, возраста, здоровья, образования и работы — сообщать нам, что мы можем сделать или должны сделать в случае чрезвычайного положения. Куда, когда, с чем явиться. И под чье командование. Этот кто-то должен нас время от времени собирать и знакомиться. Армия должна через ее же госуслуги предлагать нам способы повышения нашей военной квалификации — курсы тактической медицины, стрельб, вождения и управления техникой и результаты аттестации заносить в наш файл и менять наш статус в связи с этими изменениями наших качеств.
Армия должна стать частью общества обратно точно так же, как и мы должны стать частью армии.
В идеале какой-то военно-учебный объект должен быть в каждом ТЦ.
А пока что как правильно быть русскими нам показывают чеченцы.
Ну, стыдно, конечно.
Но надо радоваться, что у нас есть пример и опыт, которым можно воспользоваться, чтобы вспомнить кто мы и какая история нас и нашу страну родила.
Данная статья является исключительно мнением автора и может не совпадать с позицией редакции.