Полевые модификации: как российские военные усиливают защиту своей техники во время спецоперации

Весь мир
Полевые модификации: как российские военные усиливают защиту своей техники во время спецоперации

Каждый театр боевых действий уникален и требует особого подхода к оснащению войск.

Мало какой вооруженный конфликт обходится без полевых модификаций военной техники. Этому явлению больше сотни лет и, в сущности, оно уже давно стало элементом естественного процесса эволюции бронетанковой техники.

Почему филд-моды — это нормально, как они помогают развивать бронетехнику и что собирают умельцы в зоне СВО — рассказывает автор Telegram-канала «Панцервафли», специально для международной редакции ФАН.

Полевые модификации до сих пор воспринимаются многими экспертами и комментаторами с некоторым негативом и даже пренебрежением. Кустарная модернизация штатной бронетехники считается уделом бедных стран, парамилитарных или террористических организаций — то есть тех, у кого нет развитой военной промышленности и доступа к мировому или хотя бы «белому» рынку вооружений. В лучшем случае полевые модификации признаются как явление, пусть и с обязательной оговоркой об их «сомнительной пользе и эффективности».

Реальная картина несколько иная.

Зачем нужна самопальная броня?

Полевые модификации бронетанковой и автомобильной техники характерны не только для армий бедных стран, а вообще для любых армий. Причин тут несколько.

Во-первых, даже самые лучшие военные и технические умы неспособны предусмотреть все, с чем столкнется конкретный образец на поле боя в будущем.

Во-вторых, автомобильная и бронетанковая техника имеют один из самых длинных жизненных циклов. За 40–50 лет службы танк или бронетранспортер может пройти через несколько рук, пережить смену военных доктрин и в целом оказаться в условиях, для которых не был разработан.

В качестве хорошего примера можно привести бронетранспортеры советской разработки — БТР-60 и БТР-70. И тот, и другой должны были обеспечивать мотострелков СССР необходимой защитой и мобильностью на западноевропейском театре военных действий в условиях применения ядерного вооружения. По этому случаю оба БТРа были способны плавать и оснащены защитой от оружия массового поражения.

Полевые модификации: как российские военные усиливают защиту своей техники во время спецоперации

За долгое время своей службы эти бронетранспортеры где только не побывали. Ядерное оружие им не встретилось, плавание тоже не сильно пригодилось. Зато уже во время войны в Афганистане проявились многочисленные изъяны, начиная от слабых двигателей, недостаточной противоминной и баллистической защиты и заканчивая слишком маленькими углами вертикальной наводки основного вооружения. Последнее было критически важным фактором для войны в горах.

Назвать советскую армию бедной или технически отсталой язык не поворачивается. Более того, боевые повреждения бронетехники достаточно быстро были обобщены, и перед промышленностью поставили задачу исправить выявленные недостатки.

Однако до появления «официальных» решений надо было на чем-то воевать. И так на афганских дорогах появились многочисленные полевые модификации БТРов с импровизированной защитой и дополнительным вооружением.

«Афганская война была давно, а вот прогрессивное человечество все предусмотрело, в том числе и подсмотрев наш неудачный опыт», — могут возразить скептики.

Подсмотрело, да. И наступило на те же грабли сначала в Ираке, а потом и снова в Афганистане.

Вы не понимаете, это другое

Американцы вроде бы имели богатейший опыт войны во Вьетнаме. Тут и проводка колонн, и минная война, и элементы COIN (контртеррористической операции). Казалось бы, все элементы на месте — есть опыт, гигантский военный бюджет, индустрия, прекрасные «мозги» аналитиков и планировщиков.

И тем не менее уже в 2004 году американские военные начали наваривать грубые листы металла и «бронебудки» на свои новенькие модульные грузовики HEMTT, модные «Хамви» и прочее автобронехозяйство.

Полевые модификации: как российские военные усиливают защиту своей техники во время спецоперации

С американцами случилось примерно то же самое, что и с русскими в Афганистане. Штатная техника оказалась не готова к новым условиям контртеррористических боевых действий. Плюс повлияло развитие и распространение минного и противотанкового вооружения.

В общем, американцы занимались «самодеятельностью», пока промышленность не выдала им комплекты бронезащиты для грузовиков, усиленное бронирование для внедорожников HMMWV и целый класс нового защищенного транспорта — MRAP.

К слову, бедными или непредусмотрительными американцев никто не называл. Скорее, наоборот, армию хвалили за способность адаптироваться к новым условиям.

«Бревноуты» и допброня для грузовика

С самого начала специальной военной операции (СВО) на Украине стало ясно, что грузовой транспорт нуждается в защите. На вооружении ВС РФ и других силовых структур есть бронированные грузовики и МРАПы — семейство «Торнадо», «Урал-432009» («Урал-ВВ»), «Урал-Федерал» и другие, но их оказалось попросту недостаточно для боевых действий такого масштаба.

Нехватка защищенного транспорта особенно сильно ощущалась из-за противодействия противника на протяженных коммуникациях, а также по причине воздействия артиллерии и БЛА.

Полевые модификации: как российские военные усиливают защиту своей техники во время спецоперации

Водители и технические службы оперативно приступили к кустарной бронировке «Уралов» и КамАЗов. В ход, помимо уже привычных бронежилетов на дверях, пошло все, что оказывалось под рукой: листы металла, части от поврежденной или подбитой бронетехники и даже дерево.

Несмотря на откровенно архаичный вид, деревяшки несли двойную функцию. Во-первых, они минимально защищали от пуль и осколков. Во-вторых, помогали при движении по сложным грунтам или грязи.

Что касается применения частей от поврежденной техники, то самым популярным «донором» для брони стал многоцелевой тягач МТ-ЛБ, в народе прозванный «мотолыгой». Крышки люков, и моторно-трансмиссионного отделения — отличное средство для защиты кабины грузовика.

Со временем дополнительная броня на грузовиках становится все более продуманной и все менее кустарной. Видимо, комплекты защиты изготавливаются уже ремонтными подразделениями.

А на выставке «Армия-2022» уже был замечен комплект экранов для КамАЗов. Неизвестно, есть ли уже такие в зоне СВО, но путь от кустарных «деревянных» экранов до заводских элементов защиты пройден в похвально короткий срок.

«Мотолыжной» бронировке подвергается и другой бронетранспорт. Иногда крышка люка тягача становится щитком для пулеметчика на отечественном «текникале» из семейства «УАЗ-Патриот».

Впрочем, дополнительную защиту стараются придать и штатным бронемашинам. Броню «Тигра», например, можно и усилить, как сделал это экипаж бронемашины «Росгвардии» на фотографии ниже.

Полевые модификации: как российские военные усиливают защиту своей техники во время спецоперации

Дополнительная броня БТР и БМП

С самого начала СВО среди колонн бронетехники можно было наблюдать БТР с дополнительной защитой в виде ящиков, мешков с песком и металлических и резинотканевых экранов, которые в спешном порядке были установлены на технику. Со временем импровизированная броня становится все более серьезной и качественно сделанной.

Например, МТ-ЛБ обладают лишь легкой противоосколочной броней, ведь основное назначение тягача — не наступать в первых порядках, а подвозить грузы и артиллерийские орудия к «передку».

Потому и модернизированый МТ-ЛБМ с башней от БТР-82А получил дополнительные кустарные экраны по бортам. Народные военные умельцы проявили не только инженерные, но и художественные таланты, нарисовав на экране трех богатырей из известной серии мультфильмов.

Один из самых распространенных способов усилить защиту бронетехники — навесить гусеничные ленты или отдельные траки. Этот «лайфхак» известен еще со времен Второй мировой войны, когда траки красовались на лбах Т-34, а американцы порой обвешивали свои «шерманы» по кругу, чтобы уберечь машины от вездесущих немецких гранатометов «Панцерфауст».

Этому примеру последовал и экипаж одной из БМП-2 союзных сил.

Еще одну почти «серийную» модернизацию бронетехники можно было наблюдать на кадрах хроники боев в Мариуполе. На видео и фото с фронта промелькнули сразу несколько БМП-1 подразделения ДНР с единообразными бортовыми экранами и дополнительной защитой башни.

Еще один из вариантов бронирования, котируемый в зоне СВО, заключается в установке на БМП блоков динамической защиты. Естественно, без взрывчатого вещества, детонацию которого выдержит броня танка, а вот тонкий борт машины пехоты — вряд ли. Но даже в таком варианте заполненные любым металлическим мусором коробки могут дать экипажу дополнительный шанс при попадании РПГ или ракеты ПТРК.

Это не кадавр, а инженерная находка!

Встречаются и более радикальные переделки штатной техники. Особенно часто такие машины попадаются в армиях Донецкой и Луганской народных республик (ДНР и ЛНР), которые уже восемь лет ведут боевые действия с украинскими войсками и, естественно, стремятся усилить свои бронемашины любым возможным способом.

Второй фактор — нехватка штатной техники и избыток отдельных частей, например башен. В условиях, когда любая бронеединица на вес золота, а новые могут и не появиться, таким ценным ресурсом не разбрасываются.

Развитая промышленность Донбасса способствует тому, чтобы эти усилия в итоге давали вполне приличный результат, практически на уровне предприятий ОПК. В качестве одной из наиболее ярких иллюстраций можно назвать модернизацию нескольких МТ-ЛБ, которые получили не только решетчатые экраны для защиты от РПГ, но и боевые отделения от БМП-1.

Интересно, что на последнем фото представлены модернизации «Мотолыг» сразу двух типов: с башней в середине нарощенного корпуса, а на второй машине модуль БМП-1 установлен на корме.

Дефицит бронетехники в добровольческих частях вызывает к жизни машины, более привычные нам по фильмам вроде «Безумного Макса». Именно так выглядит кустарно забронированный КамАЗ казачьего добровольческого отряда «Дон» с установленной в кузове зениткой ЗУ-23-2.

Ставят на грузовики и орудия помощнее. Советская 57-мм автоматическая зенитная пушка С-57, установленная мастерами ДНР на грузовик «Урал», предназначена вовсе не для стрельбы по воздушным объектам. Основное назначение — «отрабатывать» по цели на земле — стрелять по пехоте, зданиям, легкой бронетехнике. Подобные колесные САУ применяются и украинской стороной, а «прославились» они еще в локальных конфликтах в Сирии, Ираке, Ливии и так далее.

Если это глупо, но работает, то это не глупо

Полезны ли полевые модификации или это все же проявление слабости военного планирования и промышленности? Модификации нормальны и даже полезны, поскольку они являются неотъемлемой частью процесса эволюции бронированных машин.

Полевые «улучшения» штатной авто- и бронетехники — это реакция армии на конкретные особенности театра боевых действий, угрозы и задачи. Иначе говоря, такие изменения — это то, что требуется военным именно здесь и сейчас, причем основанное на боевом опыте, а не на теориях, рожденных в лаборатории.

Многие полевые модификации впоследствии становятся основой для заводских модернизаций, внесения изменений в конструкцию конкретных образцов техники, а то и к появлению новых.

Но не любое фронтовое «ноу-хау» выходит удачным и приводит к дальнейшему масштабированию. Недостаток материалов, производственных возможностей и инженерных талантов на местах порой делает фронтовое творчество неэффективным. Тем не менее из разнообразия полевых придумок иногда выкристаллизовываются эффективные решения.

В случае с украинской армией мы видим гораздо больше разнообразия в такой деятельности. Но если в наших войсках «пожарные» решения постепенно меняются в сторону чуть ли не промышленных образцов, то Вооруженные силы Украины (ВСУ) со временем скатываются во все большую «самопальность». Это показывает дефицит бронетехники и меньшую системность в данном вопросе.

Бронированными пикапами и кустарными РСЗО противник пытается восполнить недостачу штатной бронетехники. Об этом косвенно говорит широкое применение в первой линии бронемашин вроде турецких Kipri, а также возрастающая доля бронетранспортеров семейства М113.

Кроме того, при всем желании украинцы не могут конвертировать полевые модификации в серийные решения — им негде создавать оснащение и сложно найти универсальный вариант защиты на их смешанный парк техники.