На обозначенном вчера Владимиром Путиным поле битвы за большую историческую Россию пора выигрывать

На обозначенном вчера Владимиром Путиным поле битвы за большую историческую Россию пора выигрывать

Настало время полноценных полков, бригад, дивизий и армий.

На обозначенном вчера Владимиром Путиным поле битвы за большую историческую Россию пора выигрывать. Настало время полноценных полков, бригад, дивизий и армий.

Зачем понадобилась мобилизация

В своем материале от 12 сентября я предположил, что текущий формат специальной военной операции потребует коррекции. Собственно, так оно и получилось, когда 21 сентября был опубликован указ президента России об объявлении частичной мобилизации в РФ. На вопрос, зачем военно-политическому руководству России понадобилась эта мобилизация, ответить достаточно легко.

Для проведения специальной военной операции на Украине РФ, ДНР и ЛНР задействовали группировку войск, общая численность которой, по оценкам иностранных аналитиков, составляла не более 150 тыс. человек. Важно отметить, что личный состав ВС РФ в формировании этой группировки был и остается представлен исключительно контрактниками.

Вышеупомянутой группировки вполне могло бы хватить для сокрушения ВСУ, если бы западные страны не приняли решение воевать с Россией до последнего украинца, а Киевский режим с восторгом бы это решение не поддержал. Киев начал в больших объемах получать от Запада помощь: финансовую, поставками горюче-смазочных материалов/вооружения/боеприпасов, военно-консультативную, предоставлением возможностей для ремонта военной техники и обучения личного состава ВСУ на территории иностранных государств, оперативным предоставлением разведданных космической и радиоэлектронной разведок соответствующими западными госструктурами. Все это позволило ВСУ не только не «сточиться» в боях первых двух месяцев СВО, но и начать наращивать свою численность.

К концу первой недели июля, если верить заявлению министра обороны Украины Алексея Резникова, за счет активных мобилизационных мероприятий общую численность украинских силовиков (ВСУ, Нацгвардия, Госпогранслужба и так далее), которых Киев может использовать против союзных сил, была доведена до 1 млн человек. Скорее всего, эта цифра все же была меньше. Но это обстоятельство, а также громадные потери украинской стороны, не отменяют многократного превосходства ВСУ в численности личного состава над задействованным на украинском ТВД контингентом союзных сил.

До поры до времени разницу в численности личного состава сторон нашему командованию удавалось нивелировать за счет превосходства ВС РФ в средствах огневого поражения. Но к началу сентября такие возможности, по всей видимости, были исчерпаны. Фронту требовалось больше людей как в тыловой зоне, так и, прежде всего — на «передке». Что и подтолкнуло военно-политическое руководство России к решению объявить частичную мобилизацию.

На обозначенном вчера Владимиром Путиным поле битвы за большую историческую Россию пора выигрывать

Важно отметить, что лишь одним наращиванием численности личного состава контингента союзных сил в зоне проведения СВО дело, вероятно, не ограничится. Не исключено, что нашему командованию придется отказаться от устоявшейся практики использования на украинском ТВД батальонных тактических групп (БТГ) в пользу возвращения к нормативам советских времен, предполагающим, что на фронте должны действовать воинские части/соединения постоянного состава – полки, дивизии и армии.

Батальонные тактические группы

Раз уж я упомянул БТГ, то следует пояснить, что это такое и откуда появилось.

Опыт конца XX – начала XXI века показал, что такие крупные войсковые соединения и части постоянного состава как дивизия или полк полномасштабно в условиях локальных военных конфликтов задействуются редко. Куда более востребованными оказались формирования сухопутных войск, создаваемые путем усиления батальона подразделениями, не предусмотренными их организационно-штатной структурой.

Отмечу, что такие тактические группы сухопутных войск впервые появились в армиях НАТО. Военная доктрина СССР, по наследству доставшаяся и армии РФ, была ориентирована на участие Вооруженных сил в глобальном, а не локальном военном конфликте. По этой причине отечественные уставы изначально никаких тактических групп не предусматривали.

Однако Третьей мировой, к счастью, так и не случилось, финансирование же и обученность ВС РФ в «лихие девяностые» резко просели. Так что, когда пришло время Чеченских войн, то выяснились два новых для ВС РФ момента.

Во-первых, действовать полками и дивизиями полного состава в Чечне оказалось невозможно в силу особенностей местного ТВД. Частям в формате полных организационно-штатных структур в Чечне было просто негде развернуться, а многие подразделения, как, например, те же ПВОшники, на местном ТВД выглядели откровенно лишними.

Во-вторых, отнюдь не весь личный состав ВС РФ по уровню своей обученности и мотивированности был готов эффективно действовать на поле боя. Поэтому, как правило, наиболее боеспособных солдат в полку сводили в один батальон, который «от имени» всего полка и воевал, будучи усиленным артиллерией. Фактически, так в ВС РФ и появились первые импровизированные батальонные тактические группы.

БТГ стали создавать как временные формирования, действующие лишь в период выполнения какой-то конкретной боевой задачи. После ее выполнения тактические группы расформировывались. Именно таким образом российские БТГ действовали на Северном Кавказе и в Южной Осетии. Замечу, что успешный исход войны с Грузией в августе 2008 года во многом был обеспечен грамотными действиями созданных командующим 58-й армией генерал-лейтенантом Анатолием Хрулевым двух БТГ. В нужный момент они оперативно преодолели Рокский тоннель и связали боем грузинские части, штурмующие Цхинвал. Причем, ровно на то время, которое ушло у основных сил 58-й армии, чтобы из пунктов постоянной дислокации выдвинуться к столице Южной Осетии.

Сам Хрулев описывал БТГ, как тактические группы, которые были укомплектованы на 100% и техникой, и личным составом:

«Эти тактические группы были созданы по опыту первой и второй Чеченских кампаний, в каждую такую группу входил мотострелковый батальон с приданными подразделениями разведки, танковыми, артиллерийскими, ПВО, инженерными, связи, РХБЗ, а также подразделениями технического обслуживания и тылового обеспечения с необходимыми запасами», — пояснял бывший командующий 58-й армией.

Генштаб ВС РФ сделал необходимые выводы из опыта двух чеченских кампаний и войны «трех восьмерок», после чего создание тактических групп в составе российских сухопутных войск перестало быть эпизодическим, превратившись в явление массовое. Когда в апреле 2014 года из-за обострения ситуации на юго-востоке Украины, российское военное руководство отдало приказ о начале учения батальонных тактических групп общевойсковых соединений Южного и Западного военных округов, то это не вызвало в частях ни малейшего удивления. То есть к БТГ в Армии уже привыкли и научились их оперативно формировать, что называется, с «закрытыми глазами».

Даже тогда, когда уровень подготовки и мотивированности личного состава в ВС РФ подрос настолько, что на поле боя мог эффективно действовать не один батальон полка, а все, мода на БТГ в нашей Армии не исчезла, ибо такие тактические группы отлично вписывались в картину применения ВС РФ в условиях локального конфликта.

К осени 2015 года, исходя в том числе и из опыта военных действий в Донбассе, российское военное командование приняло решение о создании БТГ постоянного состава. Через год начальник Генштаба Валерий Герасимов сообщил, что в распоряжении Сухопутных войск имеется уже 66 таких БТГ, на 100% укомплектованных контрактниками, и число таких БТГ в будущем будет только расти.

Настало время полков, бригад, дивизий и армий

Кампания в Сирии подтвердила оправданность применения БТГ в локальных конфликтах против противника, качественно уступающего нам по обученности, мотивированности, вооружению и возможностям получения разведданных. Это стало прологом к использованию ВС РФ свих БТГ в ходе СВО, где эффективность наших тактических групп оказалась под вопросом.

Почему?

Потому, что СВО очень быстро вышла за рамки локального конфликта. В отличие от сирийской кампании, на украинском ТВД ВС РФ не имели столь же качественного превосходства над ВСУ, как в Сирии над джихадистами, что усугублялось еще и колоссальным превосходством украинской стороны в численности личного состава. Ну, и да, там, на Украине, где действовали БТГ ВС РФ, противник в ответ, благодаря помощи Запада, имел возможность «выкатывать» на поле боя полного штата полки и бригады.

Ко второй половине сентября такое положение вещей игнорировать уже было невозможно. Первым спикером с российской стороны, решившим озвучить проблему вслух, стал, видимо, бывший заместитель командующего войсками Южного военного округа, член комитета Государственной Думы по обороне, генерал-лейтенант запаса Андрей Гурулев.

«Мы сегодня чем воюем? Батальонными тактическими группами. Вот это главная ошибка. Мы должны воевать полками, бригадами, дивизиями и армиями. И тогда будет результат! Очень надеюсь, что после частичной мобилизации мы к этому придем. Каждый должен выполнять задачу, а не собирать по крупицам подразделения, [и] не метаться одним батальоном по фронту в 100 км из угла в угол, чтобы не допустить прорыва противника», — заявил Гурулев 29 сентября.

30 сентября слова Гурулева полностью поддержал один из лучших российских военных экспертов, полковник в запасе, главный редактор журнала «Арсенал Отечества» Виктор Мураховский.

«1 октября – День Сухопутных войск. На начало конфликта мы имели 140 батальонных тактических групп в составе СВ, ВДВ и морской пехоты с береговыми войсками флота. Из них свыше 50 БТГр не входят в состав Сухопутных войск. Из БТГр может одновременно находиться на фронте не более 2/3. Вот так мы и воевали, 55-60 тыс. человек на фронте свыше 1000 км длиной. Мы понесли тяжелые потери убитыми и ранеными. В войсках ощущался резкий дефицит стрелков, пулеметчиков, танкистов, и в целом тех, кто воюет на переднем крае. Мы должны вернуться к выполнению боевых задач армиями, дивизиями, полками», — объявил Мураховский.
«Из 300 000 человек мобилизационного призыва большая часть пойдет в Сухопутные войска. Они пополнят войсковые части до штатов военного времени и организуют новые формирования. Надеюсь, что пополненные дивизии совместно с вновь сформированными внесут достойный вклад в победу», — добавил главный редактор журнала «Арсенал Отечества».

Ну, а логичную точку в этом заочном диалоге двух военных профессионалов поставил все тот же Гурулев, 30 сентября призвавший начать воевать «по-взрослому».

Полагаю, что так – по-взрослому – оно дальше и пойдет.

«Поле битвы, на которое нас позвала история, это — битва за наш народ. За большую историческую Россию! За наших детей!», — так вчера описал обстановку президент России Владимир Путин.

На обозначенном Верховным главнокомандующим поле битвы пора выигрывать. Настало время полноценных полков, бригад, дивизий и армий.