Проблема наполнения медиапространства патриотическим творчеством показывает сейчас себя во всей «красе», считает депутат Госдумы, заслуженный артист России Денис Майданов.
В интервью для ФАН он отметил, складывается впечатление, будто государство — отдельно, а бизнес, то есть российская креативная культура — отдельно. На музыкальных сервисах по-прежнему — в чартах собирающая деньги на нужды ВСУ Светлана Лобода. В радиоэфирах так и не стало больше патриотических песен. А на телевидении сейчас много политики, но мало патриотизма.
— В радиоэфирах каждый день мы слышим песни артистов, которые продолжают поливать грязью Родину, при этом новых композиций патриотично настроенных исполнителей практически нет. Хотя та же Юля Чичерина или Юта давно уже пополнили свой репертуар, который можно услышать в Донбассе, но не на российских радиостанциях. Что думаете по этому поводу?
— Давайте начнем с того, что большинство радиостанций являются коммерческими. Тут две стороны медали. Одна — радио продает позитив. Человек, перенасыщенный политической повесткой, по дороге на работу или с работы слушает музыку и отвлекается, отдыхает. Понять радиостанции можно: они этим удерживают зрителя и рекламодателей. Не забывайте, что они продают рекламу на плейлисте, к которому слушатель лоялен. Второе — у каждой радиостанции свой формат. Заставить попсовые радиостанции ставить махровые патриотические песни нельзя.
— То есть формат и деньги против патриотизма?
— Не совсем так. Я могу отметить радиостанцию «Шансон», которая позволяет себе крутить патриотические песни и, в целом, она поддерживает достаточно патриотичный настрой, за что им честь и хвала. Да, у них подходящий формат.
Также, «Русская медиагруппа» не раз устраивала концертные выезды своих артистов в Донбасс и на другие освобожденные территории. Но в плейлистах «Русского радио» нет патриотики.
«Наше Радио» тоже может транслировать новые произведения артистов, которые в период спецоперации проявили себя не просто исполнением патриотических песен. А тем, что из Донбасса до сих пор просто не вылезают, выступая для бойцов и местных жителей. То есть, свою позицию показывают не только словом, но и делом. Я сам часто бываю на этих территориях и вижу их работу. Это Александр Скляр («Ва-банкъ»), Джанго, Юля Чичерина, Юта, Ольга Кормухина, также поддержали эту повестку Иван Демьян («7Б»), Сергей Галанин, Вадим Самойлов, группа «Зверобой». Группа «25/17» тоже исповедуют патриотическую тематику. Кто-то из этих артистов по-старинке крутится на «Нашем Радио», а кого-то вообще не слышно, не берут в эфир. Хотя аудитория этой радиостанции весьма патриотична!
Я всегда думал, что рок — это протест. Социальный рок 80-х – 90-х тому подтверждение. Оказалось, что современный русский рок — это про патриотизм. На мой взгляд, радиостанциям пора открывать новые имена, давать дорогу новым произведениям. «Нашему Радио» пора прекратить молиться на свои обелиски. Мы все выросли на русском роке — Виктор Цой, Вячеслав Бутусов, Константин Кинчев, «ДДТ», «Чайф», Гарик Сукачев и многие другие. Понятно, что эти имена являются столпами «Нашего Радио», но всегда рядом с ними должно вырастать новое трендовое поколение.
Такие радиостанции, как «Авторадио», «Дорожное радио», «Русское радио», в меньшей степени могут себе это позволить из-за формата. Но можно найти выход, сделав, например, какие-то специальные рубрики или выделив какие-то часы или стол заказов.
Думаю, можно к ним обратиться и сказать — ребят, понимаем, что вы частные компании, но в то же время вы работаете на территории России и вы должны понимать государственный тренд. Не может существовать отдельно бизнес от идеологии. Наша страна проходит сейчас сложный исторический путь, и, конечно, надо улавливать эту волну, эти чувства, оставаясь вместе со своим государством. Чтобы не было — государство отдельно, бизнес отдельно.
Я не хочу никого корить, понимая, что это частные радиостанции, которым нужно выживать. С другой стороны, они должны делать патриотический тренд популярным.
В этом будет сила и сохранение коммерческой привлекательности радиостанций. Не надо целиком заполнять эфир патриотическими песнями. Но, когда в плейлистах периодически начнет появляться высококачественный патриотический продукт — это станет лицом и звуком нации.
— Бизнес скажет создайте нам условия, помогите, компенсируйте.
— Государство в таких случаях максимально старается создавать условия. Все, что не решается на их (бизнесменов — Прим. ФАН.) взгляд — пожалуйста, я открыт. Если нашим радио, телевидению, онлайн-платформам чего-то не хватает с точки зрения существующего законодательства, Госдума готова подставить свое плечо, чтобы найти решение.
Буквально вчера в Госдуме мы собирали пул представителей креативной индустрии: радио, телевидения, печатных изданий, онлайн-порталов, стриминговых сервисов и других. Они обозначили проблемы, представили свои варианты решений — как в нынешних условиях мы можем вместе существовать и слышать друг друга.
Сложилось понимание, что Министерство культуры и культура — это все-таки больше классическое искусство, театры, музеи, ДК, музыкальные образовательные учреждения и так далее. А креативная индустрия — это медиа-бизнес, который не всегда принадлежит государственным структурам. Поэтому ее представители должны сейчас самоорганизоваться, стать некой структурой, которая может попросить и получить определенные права у государства.
— Может, бизнес смотрит без интереса на патриотическое творчество потому, что оно не так популярно, как развлечение и попса?
— Сейчас появилось немало патриотического контента, но он не всегда качественный. Но если радиостанции и телеканалы откроют свои двери, я уверен, что редакции наверняка смогут отфильтровать уровень и качество. Чтобы ни у зрителей, ни у слушателей не было разочарования или, что еще хуже, раздражения.
Хотелось бы также обратиться к артистам и авторам. Ребята, прямолинейные «флаговые слова»: «мы все вместе», «за Родину» и так далее, — уже давно не работают. Переписывание в стихах политической повестки - тоже. Всегда надо искать новую, интересную форму.
— Что скажете про нового исполнителя по имени Shaman?
— Мне нравится его сегодняшнее творчество, знаю его прежнюю историю. Он долгие годы искал себя в творчестве и, наконец, попал в точку. Первый раз с песней «Встанем», второй — «Я русский». Я желаю ему удачно проявить себя на дистанции, это всегда не просто. А в патриотическом творчестве тем более: надо не только петь, но и совершать поступки. Если увидим его не раз в Донбассе или Сирии, будет совсем здорово.
У нас получается Олег Газманов, Александр Маршалл, группа «Любэ» — попали в сердца людей старшего поколения. Денис Майданов, Юля Чичерина и другие — среднего, а Shamаn — в сердца еще более молодежного возраста. Я рад его появлению, посмотрим, что будет дальше.
— Если брать медиапространство в целом, какое впечатление складывается, насколько его настроение отлично от государственного тренда?
— На телевидении сейчас очень много политической повестки, но именно патриотического творческого контента пока маловато. Первый канал сделал очень хорошую передачу «Свои». Спасибо им за это. «Россия 1», «НТВ» показывают концерты, в которых есть патриотика, но системных творческих патриотических проектов пока я еще не видел.
Опять же, нет стопроцентного единства нации. Когда СМИ начнут наряду с лояльным популярным контентом давать больше патриотического творчества, все встанет на свои места. Ведь есть два вида оружия: фактическое и идеологическое. Перед музыкой и кино порой пушки бессильны. В этот момент творцы идут в бой и вносят свою часть идеологической лепты, которая очень важна. Я могу сказать, что мы по идеологии не дорабатываем, поэтому и наблюдается некая разобщенность людей.
— Как вы относитесь к политике музыкальных сервисов, которые оставили в доступе произведения артистов, признанных в нашей стране иноагентами?
— У нас есть музыкальные платформы от «Яндекса», «Вконтакте», Сбера и других гигантов. Встает вопрос: почему они до сих пор предоставляют доступ к музыке артистов, которые объявлены иноагентами и которые продолжают поливать грязью нашу страну из-за границы. То есть в России Моргенштерна✱ признают иноагентом, обвиняют в пропаганде наркотиков, но его песни при этом звучат на музыкальных платформах и присутствуют в хит-парадах. Опять налицо ситуация, когда бизнес — отдельно, государство — отдельно.
На мой взгляд, раз эти сервисы работают в российском секторе Интернета и на территории РФ, почему бы не прислушаться к позиции государства относительно данных персонажей и почистить плейлисты? Куча украинских артистов, в том числе, которые собирают деньги для ВСУ, а также эмигрировавших российских артистов «крутятся» и на радиостанциях, и на этих сервисах. Получается бизнес против государства!? Не совсем понятная позиция.
Я понимаю, что закон не запрещает этого делать. Хорошо, нам придется придумать какой-то закон, регулирующий эту деятельность, раз у бизнеса не хватает собственной оценки ситуации, совести и патриотизма. Это опять к вопросу о ценностях и способности слышать друг друга. Сейчас очень важно понимать, что делает государство и в каком исторически важном моменте мы находимся. Там парни в Донбассе гибнут за то, чтобы вы здесь хорошо работали. Там люди сражаются и получают ранения, воюя за будущее своей страны! Но некоторым это сложно понять. Им кажется, что это чужая война, а здесь у них своя жизнь и бизнес. Неужели, чтобы до конца осознать происходящее, надо, чтобы враг подошел к Москве?! В этом у нас большая проблема.
- ✱ - физлицо или организация, признанные в РФ иноагентами