В какой мере связанная с проведением специальной военной операции по демилитаризации и денацификации Украины (СВОДДУ) «дедолларизация» российской экономики, то есть освобождение от валют недружественных стран, доллара США прежде всего, может оказаться её «юанизацией», не меняем ли мы в этом отношении, образно говоря, «шило на мыло»? Такие вопросы неизбежно возникают в связи с переформатированием структуры отечественных золотовалютных резервов (ЗВР) и увеличением в них доли китайских «народных денег» («жэньминьби»).
Как известно, к январю 2022 года по сравнению с 1 июля 2021 года долларовые активы в составе российских ЗВР были снижены с 16,4% до 10,9%, то есть до 66,8 млрд долларов, или на 29,2 млрд долларов. А доля юаня увеличилась до эквивалента 104,8 млрд долларов, или на 28,1 млрд долларов, с 13,1% до 17,1%. Уже 30 марта 2022 года, после заморозки США и их союзниками почти половины российских ЗВР, ЦБ заявил о том, что прекращает публикацию данных по их объёму и структуре, а в июле эта информация, согласно принятому Госдумой закону, была включена в список сведений, которые могут составлять государственную тайну. Поэтому о дальнейшем изменении структуры российских золотовалютных резервов открытых данных нет.
Однако общий курс на дедолларизацию российской экономики не просто заявлен, но и неизменно подтверждается заявлениями высокопоставленных официальных лиц.
Глава ВТБ Андрей Костин:
«Необходимо уходить от расчетов в долларах и евро и уметь рассчитываться в национальных валютах».
Глава Сбербанка Герман Греф:
«Российская экономика экспортно ориентирована, поэтому очевидным и естественным следствием этой ситуации является то, что, конечно же, Китай станет крупнейшим российским партнером».
Это, кстати, тот самый Греф, который не так давно заявлял, что, хотя доллар США — монополист в мире, а любая монополия — зло, альтернативы доллару нет и еще долго не будет, «как бы ни старались остальные страны», включая и Россию.
Точку здесь поставил Владимир Путин, с трибуны проходящего сейчас во Владивостоке VII Восточном экономическом форуме заявивший о том, что доверие к доллару утрачено, и даже союзники Соединённых Штатов постепенно снижают свои долларовые авуары.
Всё это — не просто слова. Так, согласно данным газеты «Коммерсант», доля сделок с китайской валютой на МВБ с 34,6 млрд рублей в январе (0,4%) выросла до 1,2 трлн рублей в августе (21%) — на фоне снижения объема торгов в национальной валюте более чем на треть: с 8,65 до 5,7 трлн рублей. Кстати, вследствие укрепления обменного курса рубля снижение долларовом эквиваленте выглядит не настолько значимым: до 94,38 млрд долларов в августе против 112,93 млрд долларов в январе, или всего на 17%.
Разумеется, никого из «империи доллара» подобные тенденции не радуют. Более того, они тревожат настолько, что небезызвестный медиа-холдинг Bloomberg со ссылкой на закрытый доклад ЦБ распространил «сенсационную» информацию о том, что в российском правительстве принято решение дополнительно купить «дружественных» валют, прежде всего юаней, на сумму 4,4 трлн рублей, то есть примерно на 70 млрд долларов, и высказывались сомнения в финансово-экономической целесообразности подобной сделки.
Причем аргументация была весьма креативной и своеобразной: мол, нет никакого смысла сохранять прежнюю модель, при которой из российской экономики изымались доходы, только заменяя в этой схеме доллар и другие «твёрдые» западные валюты валютами развивающихся стран, которые куда менее надежны и, соответственно, куда более рискованны. К тому же, купленные юани Банк России при необходимости сможет продать якобы только с согласия властей КНР. Единственный плюс: «эти закупки помогут России ограничить беспрецедентный рост реального обменного курса, который вредит экспортерам и подрывает бюджетные доходы от сырьевых товаров».
Хотя точные сроки реализации подобного решения в данном материале Bloomberg не указывались, названная там сумма, конечно, внушает уважение: как-никак, речь идет примерно о четверти «незамороженных» российских ЗВР и, соответственно, почти об удвоении в нем общего объема китайской валюты, который, как поспешил заявить целый ряд экспертов, окажется «мертвым грузом» для национальной экономики РФ. В частности, широкое распространение получило заявление, сделанное на том же ВЭФ-2022 председателем правления Ассоциации юристов России Владимира Груздева о том, что резервы РФ стоит хранить не в валюте и золоте, а в «землях и кирпичах» — тем более, что сегодня на юани якобы трудно купить реальные товары и услуги даже у Китая.
Конечно, утверждения подобного рода слабо соотносятся с реальностью: как прогнозируется, суммарный объем российско-китайской торговли в 2022 году может вырасти до эквивалента примерно 170-200 млрд долларов, то есть вырасти более чем на треть по сравнению с показателем 2021 года (140,7 млрд долларов), а доля национальных валют в нем — достичь уровня в 30-35%. Для сравнения: объём российско-американской торговли в 2021 году составлял 34,4 млрд долларов, а в текущем году из-за режима «адских санкций» эта цифра, согласно прогнозным оценкам, снизится примерно в 2-2,5 раза.
Не будем забывать о том, что сегодня КНР является «мастерской мира», производящей 18% реальных товаров и услуг, а доля «красного дракона» в мировой торговле по итогам 2021 года составила 21,7% с рекордным профицитом в 676,43 млрд доллара. Отложенный с 2020-го на 2023 год, но неизбежный пересмотр «валютной корзины» МВФ должен существенно увеличить долю в ней китайского юаня (с 2016 года — 10,92%), прежде всего, за счёт доллара (41,73%) и евро (30,93%), поскольку их доля в мировой экономике неуклонно снижается, а эти валюты становятся всё более токсичными для международных расчетов, в том числе в рамках торговых и финансовых сделок.
По совокупности обозначенных выше причин следует признать, что угроза «юанизации» российской экономики сильно преувеличивается противниками её «дедолларизации», главной формой которой для нашей страны, конечно, должно оставаться расширение «рублевой зоны» в общем объеме внешних транзакций.