В 1998 году профессор Георгий Столяренко принял решение оказывать безвозмездную медицинскую помощь жертвам терактов. С тех пор клиника, которую он возглавляет и где сам проводит сложнейшие операции, еженедельно принимает от двух до трех пациентов из Донбасса, спасая людям зрение.
Георгий Евгеньевич Столяренко — один из основателей и даже уже бренд российской офтальмологии. Инструментами, которые он изобрел лично, работает огромное количество людей в мире. За их разработку ему даже была присуждена премия Правительства Российской Федерации. Он руководит Центром диагностики и хирургии заднего отдела глаза и лично проводит самые сложные операции.
«Когда горячие точки были в разных кавказских регионах, оттуда доктора присылали к нам пациентов. Когда в Москве были взрывы в метро и так далее, местные врачи переправляли. Сейчас у нас тесные рабочие отношения с донецкими офтальмологами», — рассказал профессор.
Средняя стоимость каждого такого хирургического вмешательства — от 130 до 180 тысяч рублей. То есть клиника вкладывает в помощь раненным порядка полумиллиона рублей еженедельно. Каким же образом пациенты попадают сюда? Донецкие и луганские офтальмологи, зная и понимая критерии московской клиники, на местах проводят первичную помощь и фильтрацию раненых, после чего передают данные в Москву, а столичные врачи в свою очередь решают, какого пациента они готовы взять на бесплатную операцию.
«Дорожку однажды протоптали как-то, вот она и идет. Мы нигде это не рекламируем, из этого какого-то лозунга не делаем. Просто работаем и работаем. Люди приезжают — мы их оперируем», — признался доктор.
Практика удаленного лечения не нова. Специализированная помощь должна находиться на удалении от зоны боевых действий. Ставить дорогие госпитали с дорогими специалистами в пределах зоны поражения нецелесообразно. Но, к сожалению, даже московские врачи не всегда могут адекватно оказать медицинскую помощь. Зачастую это происходит из-за того, что пострадавшие оказываются на территории, которую контролирует украинская армия. Они просто не выпускают раненых. Об одном таком случае рассказал главврач клиники Джассер Дорошенко.
«Буквально две недели назад мы оперировали девочку. Она три месяца провела в подвале своего дома. Получила ранение, когда при попытке эвакуации их обстреляли ВСУшники и, соответственно, загнали их обратно. И три месяца они какими-то подручными средствами оказывали медицинскую помощь ребенку. Когда наши деблокировали деревню, их оттуда через фильтрацию вывели, они попали в Донецк. Нам прислали документы, включая объяснительную мамы, почему они три месяца не могли дойти до врача», — привел пример главврач клиники.
По словам врача, у офтальмологов есть максимум один месяц после травмы, когда еще сохраняется шанс на эффективную помощь. После этого времени глаз начинает терять свои функции. Поэтому основной груз ответственности ложится на донбасских офтальмологов, оказывающих первичную помощь.
«Наши коллеги очень быстро перестроились на вот эти военные рельсы. Они оказывают необходимую первичную помощь. Очень хорошо делают первичную хирургическую обработку. И дальше, соответственно, если после первичной хирургической обработки они видят, что функции глаза есть, есть перспектива. Все документы оформляются, и они сюда приезжают», — сказал Джассер Дорошенко.
Работа по спасению людей в ЛДНР кипит. Международная благотворительная общественная организация «Справедливая помощь Доктора Лизы» обеспечивает транспортировку и проживание гражданских лиц в Москве, а донбасские врачи давно уже перепрофилировались в военных специалистов.
«Все эти восемь лет они постоянно, к сожалению, совершенствуются. Военные врачи — это отдельная специфика. Вначале конечно им было тяжело, но сейчас это очень серьезные специалисты», — утверждает доктор Дорошенко.
Врачам Центра диагностики и хирургии заднего отдела глаза не нужны никакие награды, да и в рекламе они не нуждаются. Все, что они хотят видеть и слышать, — это простое человеческое «спасибо, доктор».