Быть вправе: философ Волобуев о том, почему европейская «свобода» человека не подходит России

Колумнистика
Быть вправе: философ Волобуев о том, почему европейская «свобода» человека не подходит России

В пятницу, 29 июля в Санкт-Петербурге начнет работу Х Петербургский международный юридический форум. В мероприятии традиционно примут участие ведущие ученые, законодатели, представители деловых и экспертных сообществ России, стран ближнего и дальнего Зарубежья. Программа предстоящего форума говорит о том, что центральной темой дискуссии станет судьба права, судьба концепции прав и свобод человека в условиях катастрофической трансформации глобального миропорядка. Тема же Форума-2022: «Остаться в праве», — звучит одновременно и как сигнал, и как девиз.

В первый день форума под председательством советника Президента Российской Федерации, председателя Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека Валерия Фадеева пройдет круглый стол «Современный мир и право человека на будущее», в ходе которого планируется обсудить контуры новой модели прав и свобод личности, «основанной на множественности подходов к их содержанию и трактовке». В анонсе также отмечается, что «пандемия 2020–2022 гг. и украинский кризис 2022 года обнаружили явную неспособность однополярной модели мира обеспечивать международный мир и всеобщее устойчивое развитие. В изменившихся геополитических и юридических реалиях стало очевидно, что односторонний подход к пониманию природы и содержания прав и свобод личности, попытки его навязывания всему миру странами коллективного Запада порождают глобальный социально-экономический кризис.

Существующие модели международных институтов, таких как Совет Безопасности ООН, Совет по правам человека ООН, G7 и других, не в полной мере отражают многообразие культурных и духовных ценностей, а также не соответствуют фактически сложившемуся в мире распределению населения и экономических ресурсов. Таким образом, становится актуальным вопрос о формировании новой модели прав и свобод личности, основанной на множественности подходов к их содержанию и трактовке. Такой подход должен учитывать положения не только Всеобщей декларации прав человека, но и региональных актов, таких как Африканская хартия прав человека и народов 1981 г., Каирская декларация о правах человека в исламе 1990 г., Азиатская декларация прав человека 2012 г.».

Особую актуальность предстоящей дискуссии придает недавно принятое решение о неисполнении Россией решений ЕСПЧ, которые противоречат Конституции. Вспомним также, что еще ранее, в марте этого года, Россия заявила о выходе из Совета Европы. Указанное дистанцирование России от европейского гуманитарного пространства и европейских стандартов прав человека совершенно не означает отказа от универсальных гуманистических принципов, изложенных во Всеобщей Декларации прав и свобод человека 1948 года. Сегодня мы переживаем сложный процесс глобального переосмысления проблематики прав и свобод личности. Данное переосмысление сопровождается, во-первых, сжатием европейского гуманитарного пространства. Во-вторых, стремительным развитием обособленных гуманитарных пространств в Большой Евразии, Африке, Латинской Америке. Наконец, процесс оформления относительно автономных гуманитарных пространств на Земле по-новому ставит вопрос об универсальных истинах и принципах, в том числе в области защиты достоинства и прав человеческой личности, с новой силой заставляет нас ценить и искать универсальные гуманистические начала.

Европейское сообщество, прежде всего, его интеллектуальные и культурные элиты, несет значительную долю ответственности за происходящие процессы. В свое время, на волне послевоенного гуманистического подъема именно в Европе был сделан решительный шаг от провозглашения универсальных принципов (Всеобщая декларация прав человека 1948 г.) к их конкретизации (Конвенция о защите прав человека и основных свобод или Европейская конвенция по правам человека (ЕКПЧ)) и созданию реального механизма защиты прав личности (ЕСПЧ), Однако последующее развитие концепции прав человека на Европейском континенте, связанное радикальным индивидуализмом, отказом от нравственных ценностей в качестве камертона права и культурным высокомерием по отношению к традициям и запросам большей части человечества, предопределило крах попыток представить европейское понимание прав человека в качестве универсальных.

В сложившейся ситуации напрашивается вопрос о создании российского или российско-евразийского гуманитарного пространства, в основе которого будут лежать принципы и стандарты понимания достоинства, свободы и прав личности, основывающиеся на высокой культуре и ценностях России и союзных ей стран и народов.

Здесь необходимо отметить, что ранее предпринятая попытка принять «Конвенцию Содружества Независимых Государств о правах и основных свободах человека» (была заключена в Минске 26.05.1995 г.), не увенчалась успехом. Конвенцию не подписали Азербайджан, Казахстан, Туркменистан, Узбекистан, Украина. Отметим, что в то время, в 1995 году, и Россия, и все страны бывшего СССР пытались активно включиться в евро-американское гуманитарное пространство. В такой ситуации принятие некой «евразийской конвенции» о правах человека могло расцениваться как неуместная фронда по отношению к глобальному гуманитарному мейнстриму.

Другое дело — ставить вопрос о нашем гуманитарном пространстве сейчас, в новых условиях, опираясь в том числе на наш собственный интеллектуальный опыт минувших десятилетий. Выше были упомянуты некоторые документы в области прав человека, принятые в разные годы в Азии, Африке. Следует также помнить, что и в России в относительно недавние годы были разработаны, прошли широкое общественное обсуждение и приняты такие значимые документы, как Декларация о правах и достоинстве человека Всемирного Русского Народного Собора (2006 г.) и Основы учения Русской Православной Церкви о достоинстве, свободе и правах человека (2008 г.). Основываясь на принципах и ценностях нашей культуры, используя имеющиеся заделы, мы сегодня располагаем широкими возможностями, во-первых, создать собственное гуманитарное пространство, во-вторых, сохранить присутствие в современном мире гуманистических универсалистских устремлений и ценностей, хотя бы потому, что они неотъемлемо присущи нашей культуре.