Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил в среду, 1 июня, что Анкара очистит районы Телль Рифъат и Манбидж на севере Сирии от «террористов», добавив, что позже турецкая армия продолжит проводить операции в других точках арабской республики. Под «другими точками» Эрдоган имел в виду районы к востоку от реки Евфрата.
Что стало причиной такого внезапного решения провести военную операцию на севере Сирии, разобрался автор Telegram-канала «Мост через Босфор».
Говоря о террористах, турецкий президент имеет ввиду курдские «Отряды народной самообороны» (YPG), которые в Анкаре считают организацией, напрямую связанной с запрещенной в Турции «Рабочей партией Курдистана» (РПК). Сейчас эта группировка, подчиняющаяся США, фактически контролирует весь северо-восток Сирии, граничащий с Ираком и часть севера страны. Таким образом, в этом регионе де-факто создана Рожава — Западный Курдистан — самоуправляющееся курдское федеративное государственное образование. Турки считают эту администрацию угрозой для себя ввиду сепаратистских настроений в самой Турции.
«Мы решительны в целях создать безопасную зону глубиной в 30 км вдоль нашей южной границы. Мы очистим Телль Рифъат и Манбидж от террористов и шаг за шагом пойдем дальше в другие районы. Мы будем наблюдать за теми, кто поддержит наши законные шаги по устранению угрозы, и теми, кто будет мешать нам», — заявил Эрдоган.
Отметим, что беспокойства Анкары из-за курдских формирований побудили страну трижды провести операции на севере Сирии: «Щит Евфрата», «Оливковая ветвь», «Источник мира». Четвертая операция «Весенний щит» была безуспешно проведена для возвращения позиций в районах международных сирийских трасс М4 и М5.
Примечательно, что союзники Анкары по НАТО, такие как США и Франция поддерживают и вооружают группировку YPG в Сирии и полностью игнорируют беспокойства Турции. Именно поэтому Эрдоган упомянул «тех, кто будет мешать Анкаре». Ведь еще в 2019 году, когда турецкая армия вошла в районы восточнее реки Евфрат для проведения операции «Источник мира», союзники по Североатлантическому альянсу начали целую кампанию по давлению на Турцию и ввели против нее многочисленные санкции. Наиболее жесткие меры предприняли США, в результате чего Анкара прекратила проведение операции, исполнив задуманное лишь на одну треть.
Сейчас американское руководство, не прибегая к угрозам, пытается отговорить Турцию, потому что нуждается в ней, а также хочет смягчить позицию Анкары по поводу вступления Швеции и Финляндии в НАТО.
Тем не менее 31 мая представитель Госдепартамента Нед Прайс заявил, что любое новое наступление на севере Сирии подорвет региональную стабильность и подвергнет риску американские войска.
«Мы крайне обеспокоены информацией о возможной военной активности [Турции] на севере Сирии и особенно ее влиянием на гражданское население в этих районах», — сказал он.
Пресс-секретарь турецкого президента Ибрагим Калын сыграл на опережение и за день до этих заявлений сказал, что Анкара не обязана запрашивать разрешение у кого-либо на военные операции.
«Эти действия продиктованы интересами национальной безопасности Турции», —отреагировал он.
При этом Калын напомнил, что в 2019 году Турция подписала соглашения с США, согласно которым вооруженные формирования YPG и «Сирийских демократических сил» (СДС) должны были отвести свои силы на глубину 30 км от границы с Турцией, а также из городов Манбидж и Телль Рифъат. В Анкаре считают, что от этих двух военизированных курдских группировок в адрес Турции исходит террористическая угроза. Договоренности не были реализованы до сих пор.
Позже, 1 июня, уже высказался сам Госсекретарь США Энтони Блинкен, отметив, что администрация Белого дома критически относится к потенциальной операции Турции и будет противостоять этому.
«Мы выступаем за сохранение нынешних линий прекращения огня. США ведут эффективно борьбу с ИГИЛ✱ (запрещена на территории РФ — Прим. ред.) при помощи партнеров в Сирии (имеет ввиду YPG — Прим. автора), и мы не желаем видеть ничего, что ставит под угрозу эти усилия», — добавил он.
Три причины
Что же изменилось сейчас, и почему Эрдоган так уверенно стремится повторить негативный опыт даже несмотря на реакцию западных партнеров, в особенности США?
Первая причина заключается в том, что с началом российской спецоперации по защите Донбасса изменились реалии. Ввиду того, что Анкара является самым восточным рубежом НАТО, ее ценность возросла и так называемые союзники не станут рисковать усиливать давление на Турцию при том, что ее опасения вполне законны, хотя и игнорируются партнерами. Но США и другие государства не пойдут далее угрожающих заявлений и будут вынуждены воздержаться от каких-либо действий.
Вторая причина — отказ Анкары поддерживать вступление Финляндии и Швеции в Североатлантический альянс. Две северные страны в 2019 году вводили эмбарго на продажу вооружения против Турции. Сейчас они этого сделать не смогут, так как идет процесс переговоров, в котором они тщетно пытаются убедить Анкару в том, что не симпатизируют запрещенной в Турции РПК и ее ответвления в Сирии YPG.
Третья причина заключается в неуклонно ухудшающемся рейтинге турецкого президента, который нуждается в пусть и краткосрочном эффекте для увеличения своей поддержки. И хотя выборы намечены на 2023 год, в Турции уверены, что сейчас может быть самый подходящий момент для проведения досрочных выборов. Потому другого шанса для спасительного поднятия рейтинга не предвидится. А противники Эрдогана уже потирают руки, уверенные в том, что победа будет за оппозицией.
Солидарность союзников по НАТО
Несмотря на то что Анкара в данный момент не допускает вхождение Швеции и Финляндии в НАТО, в Турции подчеркивают, что принципиально страна не против политики открытых дверей и, более того, она поддерживает ее. Однако по словам министра иностранных дел Мевлюта Чавушоглу, Североатлантический альянс — это не только военный союз, но и блок стран, выражающих солидарность перед лицом угроз.
Ситуация, сложившаяся вокруг дискуссий о вступлении северных стран в НАТО, подняла дебаты о том, насколько военный блок, казалось бы, объединенный общими интересами, на самом деле соответствует этому?
Например, Вашингтон и Париж вооружают курдскую группировку YPG, несмотря на постоянные обращения Анкары не делать этого. Так же действует Стокгольм, хотя и в меньших масштабах. Соответствующие доказательства и документы относительно Швеции Турция предъявила союзникам по блоку в прошлом месяце.
«Страны, которые являются членами НАТО и которые в настоящее время поддерживают террористическую организацию YPG, и вводят ограничения в отношении Турции на экспорт и продукцию оборонной промышленности. Такое поведение не соответствует духу Альянса», — уверен Чавушоглу.
Анкара ждет от западных партнеров доказательств того, что они разделяют беспокойства своего союзника. Именно поэтому данный момент самый подходящий для проведения операции на севере Сирии. Так как страны НАТО, которые ранее резко выступали против действий Турции в отношении курдских группировок, с трудом смогут оправдать свое отношение. Тем более когда Эрдоган в своих речах несколько раз намекал на то, что картина мира изменилась и сейчас отсутствие солидарности к стране-члену НАТО может иметь неожиданные для альянса последствия.
А Швеция и Финляндия тем временем одна за другой уже отказались от ограничений на экспорт оборонной промышленности в отношении Турции, которые они ввели во время последней операции республики на севере Сирии. А новые санкции они наложить уже не смогут. Так как Северные страны вынуждены доказать Анкаре, насколько они «солидарны» с беспокойствами республики и готовы поддержать ее. Другие государства, которые ввели ограничения в отношении Турции, такие как Канада, США и Великобритания, также будут вынуждены промолчать и, более того, отказаться от предыдущих санкций. Это связано с тем, что одно из условий Анкары на пути членства Стокгольма и Хельсинки в НАТО требует отмены всех подобных ограничений.
Предстоящие выборы
Еще одна важная причина, из-за которой Эрдоган хотел бы провести операцию именно сейчас, заключается в том, что летом 2023 года в Турции планируется проведение президентских и парламентских выборов. Однако последние месяцы ввиду экономических проблем, высокой инфляции и роста безработицы опросы демонстрируют результаты, которые не могут радовать правящую «Партию справедливости и развития» (ПСР) и ее главу — президента Турции Эрдогана.
К примеру, опрос компании KONDA, проведенный в конце мая, показал, что степень поддержки гражданами Турции правящей партии упал до самого низкого уровня за последние 15 лет. В то время как рейтинг голосов оппозиционной «Хорошей партии» превысил 21%.
Респонденты KONDA ответили на вопрос «За какую партию вы бы проголосовали, если бы в это воскресенье состоялись выборы?». Согласно результатам, за ПСР готовы проголосовать 28,7%, за союзника правящей «Партии националистического движения» (ПНД) — 7,5%.
За главную оппозиционную «Республиканскую народную партию» (РНП) готовы отдать свою поддержку 24,7% избирателей, а за курдскую «Партию демократии народов» (ПДН) проголосовали бы 12,2%.
В данном случае интересны результаты правящего союза — ПСР и ПНД, общая поддержка которых составляет лишь 36,2%. Для сравнения — на последних выборах в 2018 году правящая партия набрала 42,2%, националистическая — 11,1%, в общем — 53,7%, что позволило этому альянсу получить большинство в парламенте Турции. Однако нынешние 36% общей поддержки сулят полным провалом для действующего президента.
Потому единственным выходом для Эрдогана может оказаться отвлечение общественности от внутренних проблем. В этом ему поможет маленькая победоносная война, в результате которой одобрение деятельности турецкого президента на некоторое время вырастет, но для этого он будет вынужден пойти на досрочные выборы. Возможно, именно поэтому оппозиция в Турции ожидает выборы не в 2023 году, а уже в ноябре этого года.
- ✱ - запрещенная в РФ террористическая организация