Эксперты рассказали о признаках порнофилии и объяснили, почему все больше молодых людей подвержено этому заболеванию.
Несмотря на то, что российское общество является достаточно активным потребителем порнографии, эта тема достаточно табуирована. При этом для многих людей просмотр фильмов для взрослых стал не просто разовым развлечением, а частью жизни. Сексологи, психиатры и депутаты обсудили фильмы для взрослых, и их влияние на российское общество. Почему в России так много тридцатилетних девственников? Нужен ли российским школьникам секспросвет? И работает ли закон о порнографии? Эксперты постарались ответить на эти и другие вопросы в ходе прямого эфира, организованного Медиагруппой «Патриот» и ФАН.
Индустрии нет, а порно есть
За просмотр порнографии, в отличие от ее изготовления и распространения, в России на данный момент никак не наказывают. Что касается статьи 242 УК РФ, то за незаконное изготовление, перемещение через госграницу, рекламу, распространение, публичную демонстрацию порнофильмов предусматривается наказание до двух лет лишения свободы. И хотя статья такая есть, режиссер фильмов для взрослых Сергей Прянишников считает, что в законодательстве много пробелов.
«Понятие порнографии до сегодняшнего дня толком так и не определено. Поэтому, что называть порно — спорный вопрос. Во-первых, когда я снимал кино, мы не называли его порнографией, это была продукция сексуального назначения. Во-вторых, в фильмах никогда участвовали несовершеннолетние. Никаких специальных разрешений для съемок не надо: берете камеру и снимаете. Потом, правда, надо получить прокатное удостоверение, если вы хотите распространять видео на дисках или показывать в кинотеатрах. Но для телевидения даже прокатное удостоверение не нужно», — рассказал Прянишников.
Решение о том, порнографический это фильм или нет, принимает специальный эксперт. Но это, по словам режиссера, недопустимо, оценка получается слишком субъективной. Ведь то, что для одного человека эротический фильм, для другого может быть порнографией. На данный момент производители фильмов руководствуются правилом «все что не запрещено — разрешено». Но должен быть четкий закон об обороте сексуальной продукции. Иначе, возмущается Прянишников, может дойти до того, что фаллоимитатор, статуя без листика на причинном месте или какая-то классическая картина тоже будут считаться порнографическими предметами.
Большая часть «взрослого» контента, который смотрят россияне, производится на территории Европы и США, в России порноиндустрии нет. По словам Прянишникова, он прекратил съемку эротического кино потому, что это экономически не выгодно.
«Чтобы любой бизнес существовал, нужны прозрачные условия его существования. Я давно этим уже не занимаюсь. Это экономически не целесообразно из-за пиратства. В Интернете можно найти все, что угодно. И пока закрываешь один пиратский сайт, открывается еще 100 новых. Это война с ветряными мельницами. Это прибыльно, если на территории страны авторское право охраняется», — заявил Прянишников.
Получается, что эротический бизнес в России подвинули не законы, а пираты. Также режиссер отметил, что создать русский PornHub возможно, но в этом нет необходимости. К тому же для ресурса такого масштаба не набрать достаточного количества русскоязычного контента.
Тридцатилетний девственник — кто он?
Все хорошо в меру. К просмотру порнографии эта фраза тоже относится. Врач-сексолог, профессор Московского института психоанализа Александр Полеев рассказал, что помимо положительных моментов от просмотра порнографии, например, стимулирование застенчивых людей к сексуальной жизни, есть один очень большой минус — зависимость.
«Какая-то часть мужчин становится зависимыми. Они просматривают порно по 5 раз в неделю и по несколько часов занимаются мастурбацией. На этом заканчивается их психическое развитие, карьерный рост и возникают проблемы создания семьи. Часто порнофилами становятся молодые мужья, которые разочаровались в семейной жизни. Семьи разрушаются, создать новую семью или пару уже не получается. Порнофилия — это незаметная болезнь», — рассказал сексолог.
С Полеевым согласна и клинический психолог, сексолог Елена Перелыгина. Причем эксперт отметила, что молодое поколение получает больший ущерб от просмотра порнографии.
«Если мы говорим про молодое поколение, то там идет некая фиксация на порнографии. И я многократно об этом говорила, что сейчас порнофилия становится нормой. Молодые люди в свои ранние периоды становления сексуальности переживают опыт с виртуальными женщинами и фиксируются на этом. Потом вывести их в реальную жизнь очень сложно. Они приходят на прием в 30 лет девственниками», — поделилась Перелыгина. — Они уже пережили большой опыт, но в виртуальной сфере. А создавать семью и рожать детей для них проблема».
Помимо того, что порнофилы психологически зависимы от просмотра эротических видеороликов, у них не получается завязать отношения с женщиной, даже если они этого действительно хотят. Клинический психолог Оксана Бачинская объясняет это тем, что женщина в виртуальной реальности слишком идеализируется. Человек увлеченный гипертрофированным контентом сталкивается с реальностью, в которой есть масса запахов, щетинки, неровности кожи. Все эти естественные вещи — препятствие для привычного удовольствия.
«Я бы на порно рецепты выписывала, как на антибиотики», — пошутила Бачинская.
При этом добавила, что в терапевтических целях порнография вполне уместна, «чтобы человек отрефлексировал».
Зачем уроки взрослой жизни детям?
В Европе практически везде введены уроки полового просвещения для детей. С одной стороны, это разумно, учитывая, что подрастающее поколение начинает познавать прелести сексуальной жизни еще в школе. С другой, в России отношение к секспросвету сложное. Тема сексуального воспитания достаточно табуирована, среди родителей не принято говорить с детьми «об этом». И знания о взрослой жизни юное поколение черпает из того же Интернета. По мнению Александра Полеева, если уроки полового воспитания и вводить, то они должны быть в виде подготовки к семейной жизни, в том числе интимной.
«В советское время была «Этика и психология семейной жизни», но это было не везде и просто в качестве эксперимента. Сейчас это все тормозится на уровне Российской академии образования. Хотя в свое время были даже заказаны учебники с 9 по 11 класс. И еще учебник поменьше для преподавателей биологии, но преподавателей еще надо собрать и научить, как вести такой предмет. Учебники были написаны, за них даже гонорары получили, но где это все — неизвестно», — рассказал Полеев.
Относительно введения уроков сексуально просвещения высказался и депутат Госдумы Виталий Милонов. Он заявил, что рассказ о методах контрацепции и различных заболеваниях, передающихся половым путем, не имеет никакого отношения к урокам сексуального просвещения.
«Уроки сексуального просвещения не ставят своей целью защиту от подростковой беременности. Под ними пытаются морально легализовать для детей табуированную тему интимной жизни в школьном возрасте. То есть вместо того, чтобы защитить детей от незапланированных беременностей и заболеваний, передающихся половым путем, эти уроки играют другую роль. Они от имени взрослого, школы, от авторитетного мира для детей доносят новый месседж — жить половой жизнью в 6–7 классе можно, только предохраняйтесь», — объяснил Милонов.
Депутат уверен, что подростки и так знают о необходимости использования контрацептивов, но у них просто нет на это средств, ведь международные корпорации, которые занимаются изготовлением презервативов, устанавливают неподъемные для ребенка цены.
«Цены, которые они ломят за противозачаточные средства — антинародные», — считает Милонов.
Спикер добавил, что российским антимонопольщикам, необходимо прекратить снисходительное отношение к повышению цен на эти товары. Иначе получается, что только дети богатых родителей могут себе позволить избежать заражения ЗППП или ранней беременности.