В январе этого года члены Ассоциации Спелеологов Севастополя (АСС) обнаружили на плато Чатыр-Даг неприметную воронку, постепенно раскопав которую нашли пещеру, впоследствии получившую имя севастопольского спелеолога Бориса Матюшкина.
Подробнее об обнаруженной пещере в комментарии ФАН рассказал спелеолог-исследователь Сергей Кебец, участвовавший в раскопках и изучении.
«В апреле, после небольшого расширения узости, нам удалось проникнуть в пещеру. Спустились в серию колодцев, примерно на 30-35 метров, и попали в субгоризонтальную галерею с ручьем и достаточно большими объемами. На данный момент протяженность галереи, на глаз, 500 метров, очевидно, это продолжение гидросистемы недавно открытой пещеры «Точка». Пещера уверенно идет дальше, в последней экспедиции, нам удалось подойти к уступу, который без веревки не пройти. В ближайшее время планируются экспедиции с целью топосьемки и дальнейшего исследования», ― говорится в группе АСС.
Как рассказывает Сергей Кебец, в Крыму достаточно большое количество карстовых массивов, почти на всех них работают спелеологи АСС: это Караби-яйла, Чатыр-Даг, Долгоруковская яйла, Ай-Петри. Там сосредоточено большое количество воронок, более 1000 штук. В каких-то воронках и карстовых образованиях уже есть известные пещеры, но их меньшинство, около 10%.
«Остальное все забито, завалено, и над этим воронками, понорами нам приходится работать. То есть эпоха, когда спелеолог пришел и открыл новый новую пещеру с открытым входом уже давно закончилась, лет 10-15 назад. Сейчас спелеологи занимаются в основном раскопками, разборами завалов, чтобы попасть в какую-то новую полость. Наверное, лет пять-шесть нужно поработать, покопать, перелопатить, даже, несколько десятков объектов, и один из них, может быть, даст какой-нибудь хороший результат. Такая пещера, как эта, она, наверное, раз в 10-15, а то и 20 лет обнаруживается. Она достаточно большая и мы надеемся, что не закончится так быстро», ― поясняет специалист.
Как говорит спелеолог, по всем признакам, конечно, пещера должна быть большая, так как для этого есть предпосылки, однако делать точные выводы или прогнозы еще рано ― нужно проводить дальнейшие исследования.
«На плато Чатыр-Даг таких пещер в принципе не существует. Там таких пещер еще не открывали. Эта пещера с активным водотоком, там течет река. В открытой в прошлом году пещере «Точка», она по протяженности небольшая, там течет эта же река. Просто мы нашли вход в эту гидросистему немного ниже по течению. Это, по сути, одна и та же система. Нам повезло попасть в обширные галереи, это большая удача», ― рассказал спелеолог.
Также Сергей Кебец объяснил, почему пещера была названа в честь Бориса Матюшкина.
«У нас была целая эпоха спелеологии и людей, которые много исследовали пещеры на начальных стадиях ― с 1960-х годов до 2000-х. Это было интенсивное исследование карстовых пещер в Крыму. Многие эти люди уже ушли из жизни, и чтобы они не потерялись в истории, мы решили, что нужно называть большие, стоящие пещеры именами наших исследователь.
Борис Эдуардович Матюшкин был севастопольским спелеологом-исследователем. Он занимался исследованием пещер на карстовом плато Ай-Петри долгие годы, очень много нашел пещер, очень много материала издал. Поэтому, так как эта пещера стоящая, большая, решили назвать в его честь», ― рассказал об исследователе Сергей Кебец.
Сегодня, поясняет он, по оценке ученых, на нашей планете открыто порядка 10-15% карстовых полостей. Все остальное пока что для человека закрыто. Таких пещер, как найденная недавно, и другие пещеры ― Мраморная или Эмине-Баир-Хосар, которые находятся на Чатыр-Даге, ― в Крыму может быть еще большое количество.
«Для спелеологического сообщества открытие таких пещер ― это основополагающий фактор. Например, у нас есть пещера Красная ― Кизил-Коба, это самая длинная пещера в Крыму, порядка 24 км. В момент, когда исследовалась эта пещера, создавалась целая субкультура людей, спелеологов, исследователей. За несколько десятилетий исследований вокруг этого объекта сформировалась реально большая культура, огромный коллектив, тысячи человек.
Как только такой объект пропадает, то есть завершается исследование, то эта культура как бы расходится, теряется. Так вот если мы находим такие большие пещеры, которые несколько лет можно исследовать, то в принципе вокруг нее снова создается большой коллектив, и это очень приятно, это движет все наше сообщество», ― заключил спелеолог-исследователь Сергей Кебец.