Российский актер театра и кино Владимир Епифанцев в интервью ФАН рассказал о своем преображенном состоянии после коронавируса.
Актер театра и кино Владимир Епифанцев, переболевший коронавирусом, в эксклюзивном интервью ФАН рассказал о своем преображенном состоянии и новом взгляде на мир. Он перечислил «болячки» современного общества и поделился планами на будущее.
Коронавирус как зеркало
— Насколько коронавирус повлиял на вашу деятельность?
— Коронавирус очень хорошо повлиял на мою деятельность, мысли, понимание некоторых очень простых законов реальности. Любые явления, которые происходят на протяжении нашей жизни, — это подсказки. Подсказки к тому, что является для нас болячкой.
Например, коронавирус прекрасно показал, насколько уязвима наша иммунная система, и мы сами уязвляем ее социальными рамками и ложью. Отсюда и происходит сбой иммунной системы, не справляющейся с новой информацией.
— Что вы имеете в виду?
— Вирус — это всего лишь информация, к которой легко адаптируется наш организм. Так как мы частично состоим из вирусов, то должны легко справляться. Вообще, наша иммунная система устроена таким образом, что мы можем справляться с любой болезнью, мы — саморегенерирующиеся организмы.
Наши попытки защититься от коронавируса — это животные инстинкты. Это глупость, которую человек совершает в стремлении защититься от того, что нужно принять как дар. Коронавирус — это зеркало того, что у нас болит.
— Что, на ваш взгляд, болит у современного общества?
— У нас болит иммунная система. Она не готова перейти на новый уровень. Для этого мы должны разобраться с социумом, взаимодействием с близкими. Нам надо понять, что такое семья, любовь, жизнь, движение, а также изменить систему обучения и воспитания.
Мы должны все перевернуть с ног на голову, понять, что на самом деле учатся не дети, а взрослые. Мы забываем основы самого главного — непосредственного восприятия этого мира, присущего ребенку. Мы должны восстановить свой баланс, научиться медитировать, осознать бессмертие своей сущности и понимать любовь как основной механизм взаимодействия этого мира.
Коронавирус показывает нам, что пока мы не перестроим нашу психику и не откроем для себя законы любви, мы не сможем держать свою иммунную систему в балансе и будем вести себя как трусливые нервные животные.
«Умру — ну и хорошо»
— Как вы думаете, научимся ли мы этой любви, перестроим ли социум через пять-десять лет? Придет ли человечество к новым выводам после пандемии?
— Жизнь — это беспрерывный процесс смены одного состояния другим, и сейчас мы тоже наблюдаем эти изменения. Но если я говорю о некой болячке, это не значит, ее испытывают все: я говорю только за себя. Люди в своем неврозе, в своих конвульсиях чувствуют себя вполне нормально.
Лично я начинаю ощущать совершенно иные парадигмы счастья, пытаюсь делиться с теми, кому это интересно, и совершенно ничего не навязываю. Я не стремлюсь к чему-то еще. В данный момент это открытие вдохновляет меня и делает счастливым человеком, мне больше ничего не нужно.
Я не знаю, что необходимо другим людям. Наверное, они тоже как-то докарабкаются до этого состояния. Для этого совсем не нужно десяти или ста лет, это пробуждение может произойти мгновенно! Возможно, меня сейчас кто-нибудь услышит — и проснется.
— Можно ли сказать, что творчество, каким вы представляли его год назад, теперь предстает для вас в ином свете?
— Мои творческие стремления, желание реализации — всего лишь маленькие незначительные приятные бонусы к тому, что уже есть. Мои возможности осознать себя, счастье и радость беспрерывны. Я все время занимаюсь этим процессом, «апгрейдом» своего счастья.
— Болели ли вы или ваши знакомые коронавирусом?
— Я переболел коронавирусом пару месяцев назад, и состояние было крайне интересное. Я болел три недели, ничем не лечился и нормально отнесся к этому: «Ну умру и умру, хорошо».
— Вы не обращались в больницу?
— Нет, я был дома, гулял, надевая маску, так как не хотел никого заражать. Днем занимался спортом, но к вечеру мне становилось хуже, а ночью начинался бред. В числе моих симптомов — потеря вкуса и обоняния, кошмарные сны, ощущение, что кожу будто сдирают с тела.
Но все было крайне интересно и любопытно, будто некая «перепрошивка», процесс перезагрузки... Я переболел тяжелее, чем мои близкие, так как они моложе. Некоторые из них даже ничего не почувствовали.
— Вы принимаете участие в съемках нового сезона сериала «В клетке». Есть ли у вас другие интересные проекты, помимо этого?
— Я не могу выделить какой-то конкретный проект: сейчас я с большим удовольствием играю все роли. Если раньше я это делал немного на автомате, то сейчас это занимательный ребус. Я разгадываю, кто же такой мой персонаж, соотношу его со своей жизнью, стараюсь использовать свой опыт как инструмент.
— Планируете ли вы участвовать в новых театральных постановках?
— Да, у меня есть предложения, но пока мое участие окончательно не подтверждено. На данный момент мы начали репетировать в «Гоголь-центре». Проект анонсируем в январе.