В своем новогоднем обращении к стране президент России Владимир Путин заявил, что прошедший 2020-й год был для всех трудным и, кажется, вместил в себя груз сразу нескольких лет.
Сейчас, с оглашением первых статистических данных за год, появилась возможность хотя бы приблизительно понять, что именно стоит за такой путинской оценкой.
Демография: коронавирусная «жатва»
Прежде всего, это касается демографических показателей. Они пока
известны не за весь 2020 год
, но даже существующая выборка позволяет более-менее адекватно рассчитать общегодовые показатели. Рождаемость за январь - ноябрь 2020 года период составила 1,306 млн (январь - октябрь - 1,193 млн), смертность - 1,881 млн человек (январь - октябрь - 1,661 млн), естественная убыль населения достигла показателя 575 тысяч (январь - октябрь - 468 тысяч), а по итогам года, с учетом влияния второй волны COVID-19, окажется в диапазоне 680-700 тысяч. Из них, вследствие закрытых из-за коронавируса границ, иммигранты возместят всего 120-130 тысяч. Таким образом, постоянное население России за 2020 год уменьшится более чем на полмиллиона человек, или на 0,3%. Для сравнения: за весь 2019 год смертность составила 1,798 млн человек, естественная убыль населения - чуть более 317 тысяч, миграция возместила около 270 тысяч, так что население нашей страны уменьшилось в позапрошлом году всего на 45 тысяч. Теперь же этот показатель окажется выше прошлогоднего примерно в 11 раз. Стоит заметить, что в феврале 2020 года правительство Михаила Мишустина прогнозировало снижение численности жителей России примерно на 250 тысяч человек, а в августе, накануне второй волны коронавирусной пандемии, - на 375 тысяч. Реальность оказалась жестче этих прогнозов, причем собственно от коронавируса в нашей стране за 2020 год умерло
менее 58 тысяч человек
. Впрочем, даже если принять цифру вице-премьера РФ Татьяны Голиковой: 71 тысяча «ковидных» смертей, и еще 45 тысяч умерших людей с положительным ПЦР-тестом за январь - ноябрь 2020 года, все равно это будет лишь 6,17% от общей смертности и примерно 30% от избыточной, по сравнению с прошлым годом, смертности населения РФ. Что и говорить, потери тяжелейшие. Правда, на Западе - видимо, памятуя о еще более негативных показателях российской рождаемости 1993-2002 годов и смертности 1993-2006 годов, их считают «недостаточными». Все мы помним
публикации в глобальных масс-медиа
с общим тезисом «Почему так мало русских умирает от COVID-19?». А не так давно посол Великобритании в США Карен Пирс вообще
заявила
, что Китай и Россия «не должны выйти из пандемии коронавируса победителями». Теперь Запад наверняка будет лить крокодиловы слезы насчет того, что предпринятые на федеральном и региональном уровнях противоэпидемические меры в России «убили больше людей, чем COVID-19», - даже не пытаясь задаться вопросом, какими бы могли оказаться наши национальные показатели заболеваемости и смертности в случае отсутствия таких мер…
Экономика: бывало и хуже
То же самое - и в еще большей степени - касается социально-экономических последствий «проклятого года». Опираясь на уже озвученные годовые оценки падения ВВП (3,5%, по версии Минэкономразвития РФ) и инфляции (4,9%, по данным Росстата), можно рассчитать номинальный объем ВВП России в 2020 году и сопоставить его с пятилетней динамикой этого показателя.
При этом рекордные для России показатели ВВП за декабрь-2020 и в целом за IV квартал хорошо коррелируют с величиной расходов федерального бюджета (соответственно, 3 и 7 триллиона рублей из годовых 22 триллионов). Учитывая, что среднегодовой обменный курс российской валюты в 2020 году составил 72,323 рубля за доллар, номинальный российский ВВП сократился с 1,702 до 1,546 трлн долл., или на 9,02%. Можно не сомневаться: не сегодня-завтра все западные и прозападные масс-медиа начнут наперебой «поздравлять» наших соотечественников со столь «выдающимся» результатом, подкинув к нему для пущей солидности и ряд других цифр. Например, о сокращении положительного сальдо торгового баланса. Или о том, что добыча нефти и газового конденсата в России в 2020 году снизилась на 8,6%, до 512,68 млн тонн, а газа - на 9,48%, до 452,7 млрд куб. м. Плюс к тому денежная база, по состоянию на 18 декабря, достигла отметки 13 588,9 млрд рублей - на 1 января 2020 года она была на 23,76%, т. е. почти на четверть меньше - 10 979,7 млрд рублей. Это, вследствие падения производства товаров и услуг, должно было, даже при снижении скорости оборота денег, привести к двузначным цифрам инфляции, а не к официальным 4,9%. И кого, спрашивается, за это «благодарить»? МВФ, который в декабре восстановил показатель номинального ВВП в качестве легального макроэкономического индекса, отменив тем самым свое апрельское решение? Или Банк России, который за год девальвировал национальную валюту на 11,74% - с 64,73 до 72,32 рублей за доллар? Или вообще не принимать во внимание всю эту макроэкономическую статистику, продажную девку западного глобализма? Нам же, при всех наших сложностях, не эти цацки-шашечки нужны, пусть даже определяющие суверенный кредитный рейтинг для международных финансовых институтов, а реально ехать. Как с этим у России? Да вот с этим нормально, кстати: упали - отжались. В различных отраслях российской экономики никакого двузначного падения не наблюдается, а кое-где налицо даже рост. Все выглядит вполне достойно - и в сравнении с аналогичными показателями ведущих западных экономик, и особенно в исторической ретроспективе. Об этом наглядно свидетельствует нижеприведенная таблица, описывающая динамику отечественной экономики за последние 23 года, начиная с «дефолтного» 1998-го.
Как можно видеть, разные методики расчетов российского ВВП дают - особенно в условиях кризисных лет - не просто разные, но порой и принципиально разные результаты. Как это случилось в 2020 году. Рублевый эквивалент - в минусе. Номинальный ВВП - в минусе. А показатель ВВП по паритету покупательной способности - мощный плюс. Может ли такое быть? Может, и уже было - например, в 2016 году, только менее резко выражено. Причина такого «разнобоя» - опережающее падение обменного курса рубля к доллару. Обратите внимание: в 2019 году номинальный ВВП РФ составлял, по данным МВФ, 1,702 трлн долл., а ВВП ППС - 4,136 трлн, то есть недооценка рубля составляла 2,43 раза! Теперь же номинальный российский ВВП - 1,546 трлн долл., а паритетный - 4,518 трлн, то есть рубль недооценен уже в 2,92 раза. То есть за год наша национальная валюта обесценилась «сама к себе» на 20%, и эта цифра очень хорошо коррелирует с темпом роста объема денежной массы.
Часть большого плана
Даже по этим данным видно, что социально-экономическая ситуация 2020 года, несмотря на коронавирусные трудности, для нашей страны оказалась куда менее тяжелой, чем в 1998, 2009 и даже в 2015 годах. Что же касается опережающей девальвации рубля к доллару, то, как следует из таблицы 2, это вообще стандартная практика отечественного финансового регулятора, направленная на стимулирование экспортных отраслей российской экономики и увеличение положительного сальдо торгового баланса. Плюсы и минусы такой практики достаточно хорошо известны. Иное дело, что сам глобальный рынок по итогам 2020 года уже распадается и трансформируется, превращаясь в систему относительно замкнутых макрорегиональных кластеров, поэтому девальвация рубля может оказаться «лекарством не от той болезни». С другой стороны, учитывая уже явный курс российского правительства на делиберализацию экономики, с выделением в 2021-2023 годах более 39 трлн рублей на цели национального развития, и постоянно циркулирующие слухи о грядущей деноминации нашей валюты в сто, почти до советского уровня, или даже в тысячу раз, все это может являться частью «большого мобилизационного плана».