Почетный архитектор России Шамарин: Нужно научиться застраивать застроенные территории

Столица Прикамья - один из самых «вытянутых» и протяженных городов России, который постоянно растет. О том, нужно ли Перми еще расширяться и как сохранить архитектурный облик города, ФАН поговорил с членом Союза архитекторов России, почетным архитектором России, президентом Союза архитекторов Прикамья, Сергеем Шамариным.

Пермь, 19 марта. История Перми самобытна от времени небольшого поселения на берегу Камы до крупного промышленного центра России. Территория заселена с древнейших времен. В городе изучено более 130 археологических памятников, от каменного века до позднего Средневековья. На один из первых вопросов, каким образом те или иные здания попадают в список объектов культурного наследия, за которые так часто бьются горожане и общественники, правозащитники, Сергей Шамарин ответил, что сам не до конца понимает эту процедуру.

«Мы в свое время издали через Союз архитекторов книгу (каталог-справочник) с полным списком памятников Пермского края. Она лежит, может быть, только у первых лиц региона, города. С 1985 года являюсь членом российского Союза архитекторов. Живу в Перми. И я ни разу не участвовал ни в каких экспертизах и в рассмотрениях, ни разу не привлекался, как эксперт-архитектор, чтобы оценить какой-нибудь исторический объект с точки зрения интереса архитектуры и истории. Я не знаю, кто это делает. Ни один архитектор Перми не принимал в этом участие», - говорит Сергей Шамарин.

По его словам, значительная часть памятников архитектуры таковыми не являются. Они представляют интерес, скорее, с точки зрения истории, которую можно увековечить разными способами.

«У нас в России, наверное, меньше сотни людей, которые аттестованы как эксперты по работе с памятниками. Есть перечень того, чем они могут заниматься, что могут оценивать. И они, как смерти, боятся одного из пунктов, который называется - «исключение из памятников». Практически никто из экспертов им не воспользовался. А это значит, что общественное мнение таково, что эксперт просто не хочет попадать в неприятную историю даже в случае, когда перед ними явно ничтожный объект, который, наверное, важен по каким-то параметрам, но не имеет никакого отношения к «памятнику архитектуры», - поясняет Шамарин.

Архитектор напомнил цитату знаменитого исследователя Кевина Линча о том, что «тотальное сохранение истории равносильно отказу от жизни». Так же, как и тотальное «музеифицирование». Чем больше охранных мероприятий по конкретному объекту, тем меньше оно интересно для населения, тем быстрее он хиреет.

«Все известные мировые памятники сами местные жители обходят стороной. Например, римский Колизей, который для местных просто руины. Или афинский Акрополь. Туда приезжают экскурсии, туристам насыпают специальный мрамор, который они забирают с собой в качестве сувенира и т.д. Для приезжих, да - это сгодится. Это приносит деньги в бюджет. Но на их сохранность тратятся большие средства. Поэтому вопрос очень спорный, особенно в части сохранения качества объекта», - рассказывает Сергей Шамарин.

Архитектор уверен, что борьба, которую, периодически, ведут некоторые люди за сохранение того или иного объекта, сегодня бесполезна из-за тех политтехнологий, при которых мнение жителей ничего не значит.

«Приходит некая комиссия и говорит - подлежит сносу. И никто не знает, почему и откуда такое решение. А людям до сих пор важна память. И они цепляются за место, в котором или рядом с которым, прожили 20-30-50 лет. И человеку плевать, что ему предлагают новую квартиру на окраине или компенсацию, которая его не устраивает. И он старается представить, сделать этот объект сколько-нибудь значимым», - говорит собеседник ФАН.

Любое здание, построенное сегодня, завтра становится «историческим», объясняет Сергей Шамарин. Но памятником архитектуры сооружение может стать не раньше, чем через 40 лет (по закону). Однако в той же Европе есть примеры, когда ЮНЕСКО до последнего не признает объект, хотя кажется, что сомнений в его значимости быть не может. Так произошло с марсельским комплексом Le Corbusier, построенном в 1948 году, и взятым под охрану ЮНЕСКО только в 2016-м.

«Это и есть работа тех самых людей, которые решают - памятник это архитектуры или нет. Это, конечно, не просто. Нужны веские, особенные обстоятельства для признания. В Перми, к примеру, достаточно много зданий, которые признаны «объектами наследия», а в них охранная грамота дана только на лестницу, на камин или на лепнину на потолке. То есть охраняется не все историческое здание, а конкретная часть. Таков закон. И это дополнительные проблемы всегда. А самая главная беда - очень трудно приспособить такое здание к реальной жизни. У вас, к примеру, ребенок родился, а тут лестница охраняется, на которую ступить уже опасно, а сделать ничего нельзя», - рассказывает эксперт.

Шамарин вспоминает, как в 90-х в Пермь приезжал главный архитектор Оксфорда и рассказывал, что живет в доме - памятнике архитектуры 18 века. Пермякам такое, конечно, представить трудно. Причем, он трижды его перестраивал под меняющиеся условия. Закон там делать это позволяет.

«В Оксфорде и не только у гражданина не может не быть прав жить современно в этом историческом доме. Но ты обязан соблюсти определенные правила. И самое главное правило - новое ни в коем случае не может подделываться под историю, которая должна быть понятна и выделена. Иначе подлинность объекта теряется. У нас эта тема очень слабо развита. Зато у нас можно за рубль взять здание, начать там работать, но к вам завтра придут с огромными штрафами. Не так покрасил, не то сделал и т.д.», - поясняет архитектор.

Шамарин говорит о том, что в Перми, в России в целом, исчезли традиции собственности.

«Когда мы любуемся ухоженным домиком в Европе, то там, может быть, живет десятое поколение, которое на другое не рассчитывает. Семья это место содержит и обустраивает. А у нас советское время родило иждивенческие настроения в отсутствии собственности. Точнее, собственником было только государство, которое оказалось не в состоянии содержать свое имущество», - поясняет эксперт.

Собеседник ФАН уверен, что сохранять абсолютно все - бессмысленная идея. В Перми сегодня сохранился облик многих улиц: Сибирской, Петропавловской, части 25-Октября, Газеты Звезда, Комсомольского проспекта, Пермской, Ленина и некоторых других. Есть также отдельные, разбросанные в центре объекты. В принципе, для восприятия и частично для демонстрации истории этого, может, даже и достаточно. Важно научиться строить новое, (а это неизбежно в центре), сохраняя и используя старое.

«Посмотрите, вокруг чего в Перми регулярно ведутся споры. Застройка. Давайте Бахаревку застроим. Нет, вот там есть еще пустые поля, на них возведем чего-нибудь. Я напомню, что с 1850 года Париж не менял своих границ. Он никуда не растет. Париж перестал быть Парижем? Один из президентов Франции (прим. - Помпиду) сказал, город надо строить в городе», - говорит Сергей Шамарин.

По его словам, именно постоянное расширение города приводит и к проблемам с грязными дорогами, с нехваткой транспорта, детских садов и школ. И люди все дальше и дальше будут уезжать друг от друга и от культурной жизни. А горожане хотят, чтобы не говорили, иметь все в одном месте, в шаговой доступности - бассейн, школу, бар, магазин и т.д. Поэтому, по мнению архитектора Шамарина, нужно научиться «застраивать застроенные» территории. Город строить в городе. Территория (земля) в городе - ограниченный ресурс. И стоит задуматься о том, что в столице Прикамья практически не развивается подземная урбанистика. Эффективное использование подземного пространства поможет сохранить то, что еще можно и необходимо сохранить.