Коренное население Гвадара выступило против проекта CPEC.
Китайско-пакистанский экономический коридор (CPEC) — это важнейшая часть амбициозной инициативы лидера КНР Си Цзиньпина «Один пояс — один путь». Он полностью финансируется Пекином, а это больше 60 миллиардов долларов США. Проект вместе с портом Гвадар (также построен китайцами и по плану должен будет связываться с портами Гуанчжоу и Фанчэнган) образует мощнейший механизм сухопутных маршрутов, существенно сокращающий путь доставки нефти, газа и других товаров из Китая в Африку, Европу и страны Персидского залива.
Однако далеко не все считают эту идею хорошей. Например, белуджи — коренные жители вышеупомянутого Гвадара — мягко говоря не в восторге от планов Китая. Сразу возникает вопрос, неужели им не нужны китайские многомиллиардные инвестиции, которые позволят небогатому народу наконец зажить по-человечески? Почему большинство белуджских интеллектуалов, активистов, политиков и студентов не доверяют КНР?
Угнетенное меньшинство
Дело в том, что белуджи уже давно обделены заботой и вниманием пакистанской власти. Это если выражаться мягко. Жители Белуджистана получают самую скромную часть дохода от ресурсов, которыми так богата их земля. Они лишены доступа к качественному образованию и медицинской помощи. Их преследуют и ограничивают в правах. В отличие от тех же сикхов, которые могут за себя постоять за счет мощной диаспоры, белуджи живут достаточно обособленно и бедно.
Как ранее рассказал ФАН востоковед-индолог Вадим Арутюнов, внешне Исламабад пропагандирует принципы равенства и защиты интересов национальных меньшинств. А на деле малые народы в Пакистане серьезно недополучают.
«В основном это касается экономического положения нацменьшинств Пакистана. Страна сама по себе небогатая, и все лучшее достается титульной нации. Что позволительно высшим сословиям (в нашем случае, это мусульмане-паки, говорящие на урду), непозволительно тем же сикхам, которые и говорят на синдхи, и веры не той», — утверждает эксперт.
По мере развития CPEC страх местных жителей усиливается. Они уверены, что под красивой вывеской экономического развития и процветания китайцы превратят белуджей в меньшинство не только в Пакистане, но и в самом Белуджистане. Они опасаются массового притока поселенцев, которые уже потихоньку начинают прибывать в провинцию в целом и в Гвадар в частности. Таким образом, интересы коренного населения снова игнорируются.
Страх белуджей перед демографическими изменениями, которые может вызвать CPEC, далеко не беспочвенный. Прецеденты были — например, Карачи, где в результате урбанизации и развития белуджи превратились в угнетенное меньшинство.
По словам местных политических деятелей, они не против глубоководного порта Гвадар или любого другого проекта. Но только если этот проект не станет поводом к маргинализации коренных народов.
Основатель и президент «Национальной партии Белуджистана» (Balochistan National Party, BNP) Ахтар Менгал еще в 2015 году заявлял, что ни один инфраструктурный мегапроект не приемлем без предварительного одобрения жителей района, в котором он будет реализовываться. Политик утверждает, что при заключении соглашения с властями Китая правительство Пакистана не дало возможности администрации провинции выразить свое мнение относительно проекта (а это, вообще-то, нарушение конституции). Мол, с 1948 года белуджи борются за право распоряжаться своими ресурсами и побережьем, а тут приходит Пекин и снова мнение народа отодвигается на задний план.
Экс-премьер Белуджистана Абдул Малик Балодж подходит к делу менее эмоционально и более прагматично. Он настаивает на том, чтобы белуджи получали основную выгоду от реализации больших экономических проектов на их территории. А жителям Гвадара, считает политик, следует в первую очередь давать работу и всевозможные льготы.
Бунт обиженных и оскорбленных
Бедность и бесправие в Белуджистане подстегнули рост активности местных националистов, которые считают федеральное правительство ответственным за их незавидное положение. По их мнению, CPEC призван обогатить тех, кто и так ни в чем не нуждается. Дескать, китайцы преследуют собственные национальные интересы и интересы тех, кто помогает им строить коридор в Пакистане. А простые люди обречены.
Так, несколько дней назад в пакистанском городе Кветта (Белуджистан) прогремел теракт — взорвалась самодельная бомба, прикрепленная к днищу автомобиля на парковке возле гостиницы Serena. Именно там остановился посол Китая. Дипломат отделался легким испугом уже постфактум, а вот среди гостей и охраны есть жертвы.
Ответственность за нападение взяли пакистанские талибы («Техрик-е Талибан Пакистан», запрещено в РФ), активность которых с 2014 года практически сошла на нет — по их словам, целью атаки были сотрудники службы безопасности Пакистана. Однако по другой версии, теракт — дело рук местных белуджских сепаратистов, которые считают китайцев оккупантами, эксплуатирующими их богатую природными ресурсами провинцию и превратившими порт Гвадар в свой опорный пункт.
По словам одного из сотрудников посольства, взрывное устройство сработало за 10 минут до возвращения делегации во главе с послом обратно в отель.
Итого
В Пакистане не первый раз нападают на граждан КНР. Два года назад сепаратисты штурмовали роскошный отель Zaver Pearl-Continental с видом на флагманский проект CPEC — глубоководный морской порт в Гвадаре. Было убито по меньшей мере восемь человек. За год до этого, 23 ноября 2018-го, боевики «Армии освобождения Белуджистана» (ОАБ) попытались штурмовать консульство Китая в Карачи. В результате погибли семь человек. А в 2020-м члены ОАБ напали на фондовую биржу в том же Карачи, которая частично принадлежит китайским компаниям.
Таким образом, Исламабад поставлен перед выбором: либо справедливое распределение блага между всеми пакистанцами, либо хаос в и без того проблемной провинции, который может иметь катастрофические последствия как для CPEC, так и для Пакистана в целом.