Россия обернет в свою пользу ценовой бум на мировом рынке угля

Рекордный рост мировых цен на уголь позволяет России с хорошей прибылью продать этот товар в страны Юго-Восточной Азии.

Мировые цены на уголь в июне 2021 года обновили рекорд десятилетней давности. Австралийский уголь, лидирующий в продажах на азиатских рынках, торгуется на отметке 121 доллар за тонну, поднявшись в цене вдвое за последний год. А европейские котировки достигли уровня 50 евро за тонну, прибавив в цене 69% с начала года.

С чем связан неожиданный «возврат угля» в мировую энергетику? Ведь в последнее десятилетие уголь целенаправленно обвиняли во всех смертных грехах — прямом экологическом вреде, наибольшем влиянии на глобальное потепление, канцерогенности его выбросов и зольных отвалов.

О парадоксе угля в мировой энергетике — в материале ФАН.

Угольная «золушка»

Скажем сразу: большая часть обвинений в адрес угля — чистая правда. Уголь — это самое грязное ископаемое топливо: в прямом вредном влиянии на экологию с ним могут поспорить разве что горючие сланцы. Однако сжигание последних — это все-таки экзотика, а вот уголь до сих пор является основой энергетики во многих странах, а в большинстве других — занимает заметную долю в общем энергетическом балансе.

Еще одной особенностью угля является то, что кроме использования его для целей отопления или производства электроэнергии, особые коксующиеся марки угля являются до настоящего времени основой черной металлургии. Доменный процесс пока что является доминирующим первым переделом для железных руд, а угольный кокс служит основой в процессе восстановления железа из окислов.

Несколько «безугольных» альтернатив, в частности прямое восстановление железа, все еще имеют ограниченное применение и опираются на высококачественные железные руды, запасы которых невелики. Поэтому рассказы о том, что угольную «золушку» можно легко заменить на что-то модное и экологичное, на поверку обычно оказываются благими пожеланиями: никто не готов взвалить на свои плечи всю грязную работу, которую сегодня делает уголь.

Так, Международное энергетическое агентство (МЭА) в своем исследовании о возобновляемой энергетике в 2020 году бравурно заявило, что 800 ГВт существующих мощностей угольной электроэнергетики имеют более высокие эксплуатационные расходы, чем новые крупномасштабные проекты солнечных фотоэлектрических и наземных ветряных электростанций. Однако за пределами этого исследования остались два занимательных факта.

Во-первых, общий объем угольной электрогенерации в мире в 2020 году составил 2100 ГВт — таким образом, 1300 ГВт из этой мощности по-прежнему были гораздо дешевле в эксплуатации, чем ветряки или солнечные батареи.

Во-вторых, львиную долю прироста угольной генерации в последние 20 лет дал Китай: с 2000 по 2020 год его угольная электроэнергетика выросла с 200 ГВт мощности до 1015 Гвт. Причем новые китайские угольные станции имеют, в целом, гораздо меньшие эксплуатационные расходы, чем европейские или американские угольные ТЭС, многие из которых были построены еще в 1950-60 годы.

Поэтому рассказывая о 800 ГВт «убыточных» и «неэффективных» угольных станций, МЭА в основном описывает ситуацию в США и Европе, в то время как в азиатских странах потребление угля по-прежнему растет уверенными темпами.

Причем дело тут не только в Китае, который часто любят упрекнуть в излишней опоре на уголь. В Индии за те же 20 лет угольная генерация выросла с 61 до 240 ГВт, а в других странах Азии — с 85 ГВт до 210 ГВт. Так что речь идет фактически о целом «угольном» мире, который прямо противоположен миру «зеленому», под руководством ЕС и США.

Забыли об инвестициях

Разность между порицанием использования угля в Европе и США и спокойным отношением к его сжиганию в Азии породило и противоположный подход к инвестициям. Если в западных странах единственным крупным проектом расширения угольной генерации, пожалуй, является модернизация ТЭС в польском городе Ополе на скромные 1,8 ГВт мощности, то азиатские страны по-прежнему вводят по 40-50 ГВт угольной генерации ежегодно.

Вот почему нынешний рост цен на уголь объясняется уже даже этими фундаментальными факторами. То есть в странах Азии растет дефицит электроэнергии — и его приходится срочно закрывать постройкой новых угольных блоков, что дешевле и быстрее, чем развитие возобновляемых источников.

Кроме того, страны Азии до сих пор испытывают дефицит природного газа. А постройка АЭС, хоть и может составить углю конкуренцию в цене электроэнергии, обычно очень затратна по времени. Отсюда следует, что быстро нарастить производство дешевой электроэнергии можно только с опорой на уголь.

Кроме того, рост азиатских угольных цен обусловлен еще и такими факторами, как закрытие шахт в Латинской Америке, наводнения в Индонезии и Австралии и сокращение поставок австралийского угля в Китай по политическим причинам.

А поскольку, как уже было сказано, именно Азия сегодня является главным покупателем на угольном рынке, страны этого континента толкают спрос на уголь все выше. Европейцы же и американцы, понемногу закрывая свои угольные ТЭС, одновременно еще более быстрыми темпами сворачивают добычу угля.

В силу этого нынешний кризис на мировом рынке выглядит не просто вероятным, но практически неизбежным. Причем с течением времени разрыв между производством и потреблением угля будет только расти, а значит — станет расти и цена угля, пока кто-то не закроет эту брешь.

Россия готова поставлять

В России развитие угольной энергетики идет по промежуточному сценарию. Наша страна ограниченно закрывает старые угольные ТЭС, но одновременно ведет постройку новых. Например, в 2015 году был запущен 3-й энергоблок Березовской ТЭС мощностью 800 МВт.

В целом, концепция развития электроэнергетики в России подразумевает поэтапный уход от сжигания угля в пользу АЭС, ТЭС на природном газе и возобновляемой энергетики. Причем под последней подразумеваются не только ветряки или солнечные панели, но и огромный толком не использованный потенциал постройки ГЭС на реках.

В таких условиях экспорт российского угля становится одним из наиболее очевидных сценариев. Ведь Китай, Индия и другие азиатские страны уже сегодня испытывают дефицит этого ископаемого топлива, который и вызвал наблюдаемый ценовой кризис. И готовы честно платить за наш уголек.

Стоит добавить, что в России расположено 15,2% мировых разведанных запасов угля. По этому показателю наша страна занимает второе место в мире после США, на чью долю приходятся 23,7% запасов. При существующем потреблении своего угля России хватит его на 360 лет, в то время как обеспеченность Китая составляет всего 38 лет, а, скажем, Вьетнама и Таиланда — 72 года и 81 год соответственно. Немногим лучше ситуация в Индии — там разведано угля на 130 лет при нынешнем потреблении.

В ситуации, когда западные страны добровольно уходят с угольного рынка, позиция России достаточно проста: покупайте наш уголь — мы готовы продавать его без того, чтобы обвинять вас в его сжигании. Съела, Грета Тунберг?