Нажмите CTRL + D, чтобы добавить в закладки эту страницу.

Лента новостей
Поиск
loop
Общество
Кехман будет в Новосибирске клонировать спектакли – эксперт

Кехман будет в Новосибирске клонировать спектакли – эксперт

20:04  30 Марта 2015  /обновлено: 11:52  27 Октября 2015
776

Владимир Кехман решил переименовать Новосибирский оперный театр

Владимир Кехман решил переименовать Новосибирский оперный театр За минувшие сутки ситуация вокруг Новосибирского театра оперы и балета закрутилась до предела. Творческое сообщество разделилось на два лагеря — одни считают, что на государственные деньги не нужно ставить слишком провокационные пьесы, другие выступают за полное отсутствие цензуры. Кто-то считает, что директора театра Бориса Мездрича попросили уйти вполне заслуженно, иные разглядели в этом дурной знак. Истина где-то посередине, считает известный театральный критик Павел Чердынцев, который видел постановки скандального Тимофея Кулябина, когда это еще не было так модно. Федеральное агентство новостей попросило Чердынцева прокомментировать сложившуюся ситуацию. - Как вы считаете, уместна ли творческая цензура в театре? - В любых проявлениях другого мнения, в том числе и в отношении религии и ее канонов для современного светского государства нет ничего страшного. Если мы будем так остро реагировать на любую критику, это ни к чему хорошему не приведет. А что в результате — спектакль «Тангейзер» страшно распиарили. Не было бы этой шумихи, на него ходил бы узкий круг людей. А теперь у всех появился интерес. Я бы сам с удовольствием посмотрел такой спектакль, хотя, как человек театральный, я с большой осторожностью отношусь к осовремениванию классики. Но все-таки это плоскость творческого спора — как именно интерпретировать классику. В подобной ситуации государство и религиозные конфессии могут предлагать что-то на уровне рекомендаций, выражения своего мнения, но никоим образом не должны действовать цензурой и запретами. Я являюсь учредителем театральной премии «Бронзовый лев» в Петербурге, и в прошлом году Кулябин был у нас представлен, он сделал прекрасный спектакль в театре «Приют комедианта» по пьесе «Шинель». От Гоголя там мало что осталось, но это было очень в тему, ничего пошлого и вульгарного там не было. Я сам осторожно к таким вещам отношусь, но потенциал этого режиссера виден и очевиден. Человек занимается творчеством, а не просто эпатажем. И поэтому у меня нет сомнений, что и в своей интерпретации вагнеровского «Тангейзера» он сделан что-то интересное. Если бы он просто иронизировал, люди проигнорировали бы эту постановку, но там, видимо, действительно есть что-то сильное, какая-то правда. - А зачем вообще эпатировать публику? - Театры должны выживать, выполнять свои планы и требования по посещаемости, поэту многие руководители вынуждены делать подобные постановки для привлечения внимания к своим театрам. Директора театров тоже заложники системы. Но талант менеджера заключается и в том, чем именно он привлекает зрителя. Люди ведь всё меньше интересуются театром — новое поколение к театру не слишком приучено. Ну, хорошо, давайте ставить по принципу столичного Малого театра, который исповедует принцип, что классика должна быть классикой. Но в Малом еще, слава Богу, живы великие старики, на которых ходит публика... В провинции же на такие спектакли люди не пойдут. Тогда просто придется закрывать театр. - То есть провинциальным театрам нужно обязательно ставить что-то из ряда вон выходящее, чтобы зритель пошел на спектакль? - Когда были режиссеры уровня Георгия Товстоногова и Олега Ефремова, театры прекрасно без этого обходились, но были современны и актуальны. Я не считаю, что эпатаж – это абсолютно нормально. Вот в Петербурге достаточно долго шел спектакль «Монологи Вагины», и афиши висели по всему Невскому проспекту, а на них раздвинутые женские ноги и между ними какое-то объявление. Но никто не возмущался, хотя это была пошлость в квадрате. А делалось это просто ради денег. А вот, например, прошлогодняя премьера «Ромео и Джульетты» в Ярославском театре с рок-музыкантами — просто замечательная. Такими спектаклями и нужно приучать молодежь к классике. Дело в том, что всегда были театры талантливые, но выбивающиеся из общей канвы. Если сейчас наказали «Тангейзер», тогда почему допускают, чуть ли, не порно-спектакли по всей стране, почему не закрывают тот же «Дом-2»? Они куда более растлевают нацию, чем постановки, подобные спектаклю Кулябина. - Должен ли творец транслировать через спектакль, все, что он думает, или у него должен быть внутри какой-то фильтр: это дозволено, а это уже под запретом? - Цензура обязательно должна быть, хотя бы для того, чтобы прививать вкус подрастающему поколению, которое будет учиться на этих спектаклях. Все, что молодой человек увидит, да еще и на государственные деньги, он возьмет на вооружение и будет говорить, что это круто. Много современных драматургов придумали себя сами, а им хлопают, как голым королям. И думаю, что государство может контролировать эти вещи. Нужно пригласить незыблемых авторитетов, которые смогут оценить спектакль именно с художественной точки зрения. Но цензура не должна быть такого уровня, что если ты говоришь о правительстве или Боге не так как, это делает большинство — значит, на тебя накладывают табу. Не знаю, возможно ли найти таких экспертов – театральная журналистика сейчас достаточно слаба, но естественный отбор происходить должен. Конечно, у талантливого человека этих фильтров десятки. И вообще, чем более ты крут, тем более классическим средствами ты сможешь передать что-то новое и современное. Взять «Три сестры» и, не одевая их в современные костюмы, или не раздевая их догола, и сделать суперактуальную пьесу — вот это мастерство. А надеть на Джульетту кеды и повязать хипстерский шарфик – для этого большого ума не надо. - Как считаете, справится ли Владимир Кехман с возложенными на него обязанностями нового руководителя Новосибирского оперного театра, ведь Михайловский театр он тоже продолжит возглавлять? - Пару лет назад я освещал гастроли Театра-студии под руководством Олега Табакова. И в кулуарах я слышал разговоры актеров, которые выражали неудовольствие, что, мол, у Олега Павловича и МХТ, и много другого, а труппе Театра-студии он уделяет мало внимания. И это притом, что «Табакерка» и МХТ находятся рядом. А из Петербурга до Новосибирска – все равно, что три европейские страны пролететь. Как можно полноценно руководить двумя крупными театрами, находящимися на таком расстоянии — ума не приложу. В лучше случае это будет клонирование: берут какую-то старую постановку, например, из Венгрии, когда на родине она уже сходит на нет, перекладывают ее на русский язык. Или, например, поставят они «Евгения Онегина» в Михайловском театре и сделают точную копию в Новосибирске. Скорее всего, так и будет. Тем более, что Кехман от этой среды далек, он не артист. Какой-то из этих театров точно будет страдать.

Диана Колобаева
Закрыть