Уроки Зимней войны: как отголоски конфликта с Финляндией проявляются в наши дни

Уроки Зимней войны: как отголоски конфликта с Финляндией проявляются в наши дни

Зимой с 1939-40 гг. войска Красной Армии провели операцию фронтового масштаба против финских войск, опасно нависавших в непосредственной близости от Ленинграда. В результате наступательных действий РККА, ценой больших человеческих потерь Советскому Союзу удалось сломить сопротивление финских вооруженных сил, отодвинуть государственную границу на безопасное расстояние от Ленинграда и в марте 1940 года заключить мир с правительством Финляндии.

Взаимоотношения сторон к концу тридцатых годов определялись рядом исторических и политических факторов. Сложно не провести параллель между ними и современными отношениями Украины и Российской Федерации, а следовательно, сложно не увидеть в сегодняшней международной обстановке отголоски той исторической эпохи.

Начнем с того, что Финляндия, граничащая с Союзом, буквально накачивалась оружием, военной техникой, а также, что гораздо важнее, антисоветской идеологией. Это в короткое время, с момента обретения Финляндией независимости в 1917 году (при поддержке Совета народных комиссаров РСФСР), привело к быстрому вовлечению страны в круг интересов мирового капитала, нацеленного на безусловное разрушение и разорение молодого советского государства. Военную, политическую и идеологическую поддержку финнам оказывали Англия, США, Франция, Канада, Норвегия, Швеция, скрыто им помогала и Германия. Целью этого было создание плацдарма для последующих военных действий против Советского Союза. Уязвимость СССР в этом месте была колоссальная: в Ленинграде было сосредоточено до 30% промышленного потенциала страны. Существовала реальная опасность его быстрого уничтожения.

Запад развернул в Финляндии настолько мощную идеологическую работу против СССР, что уже в 1935 году нарком иностранных дел Союза Максим Литвинов заявил финскому послу в Москве, что никакая другая страна в мире не ведет такой враждебной пропаганды, какую ведет финская пресса.

«Ни в одной стране пресса не ведет так систематически враждебной нам кампании, как в Финляндии. Ни в одной соседней стране не ведётся такая открытая пропаганда за нападение на СССР и отторжение его территории, как в Финляндии», — заявил Литвинов.

В самом финском обществе нашло поддержку националистское движение за создание «Великой Финляндии», суть которого сводилась к отвоеванию Советской Карелии. Это противоречило целому ряду мирных документов, подписанных между СССР и Финляндией, в которых Москва стремилась остановить милитаристские влечения Хельсинки — Тартуский мирный договор 1920 года, Пакт о ненападении 1932 года и некоторых других. В умах финских националистов западные кураторы умело раздували воинственные антисоветские настроения, а президент Финляндии Пер Свинхувуд четко определил внешнюю политику своей страны, заявив, что «враг России должен быть всегда другом Финляндии».

К 1938 году в Москве уже были уверены в готовящемся Германией ударе по СССР. Во избежание атаки Вермахта со стороны Финляндии советское внешнеполитическое ведомство запустило серию переговоров, предлагая финнам занять в отношении Советского Союза нейтральную позицию и отказаться от антисоветской риторики, очевидно навязываемой со стороны западных держав, заинтересованных в поддержании очага напряжения у советских границ. После заключения с Германией Пакта о ненападении западное давление на Хельсинки никуда не делось, и финны не выражали особого стремления изменить взятый антисоветский курс.

Предложение Сталина

Наблюдая отсутствие результатов мирных переговоров, Иосиф Сталин сделал предложение, которое могло бы решительным образом изменить стратегическое напряжение и гарантировать безопасность обоим странам. Он предложил финской стороне перенести государственную границу на 90 км от Ленинграда. В качестве компенсации СССР предлагал вдвое большую территорию в Карелии.

«Мы ничего не можем поделать с географией, как и вы. Поскольку Ленинград передвинуть нельзя, придется отодвинуть от него подальше границу», — сказал Сталин.

Безусловно, Запад не мог допустить никаких соглашений Финляндии с СССР в области коллективной безопасности, и иностранные кураторы, крепко сидевшие на шее финского руководства, стали подталкивать страну к военным действиям против Союза. В ноябре 1939 года финская артиллерия произвела обстрел советского населенного пункта Майнила, что фактически поставило точку на мирных переговорах и заставило СССР пересмотреть свой подход к взаимоотношениям с Финляндией.

Уроки Зимней войны: как отголоски конфликта с Финляндией проявляются в наши дни

Далее последовала война, в результате которой СССР силой достиг целей, ранее обсуждаемых, но не достигаемых на переговорах. Что характерно, в ходе конфликта Финляндия так и не получила обещанной со стороны Запада военной помощи — недружественные к СССР иностранные государства ограничились отправкой в Финляндию только добровольцев, которые, впрочем, никакой существенной роли в войне сыграть не смогли. Фактический отказ Запада от реальной поддержки Финляндии предопределил быстрое окончание боевых действий и выход Хельсинки на озвученные ранее соглашения с Советским Союзом.

Актуально и сейчас

Представляет огромный интерес выступление Сталина на совещании начальствующего состава Красной Армии после завершения конфликта, где он в свойственной ему манере раскрывает причины тех трудностей, с которыми пришлось столкнуться подразделениям Красной Армии при выполнении боевых задач. Сегодня читать это выступление особенно актуально.

Вот, что он говорил о том, насколько обоснованно было решение начать войну с Финляндией:

«Правильно ли поступили правительство и партия, что объявили войну Финляндии? Нельзя ли было обойтись без войны? Мне кажется, что нельзя было. Прорваться к Ленинграду, занять его и образовать там, скажем, буржуазное правительство, белогвардейское — это значит дать довольно серьезную базу для гражданской войны внутри страны против Советской власти. Вот почему безопасность Ленинграда есть безопасность нашей страны. Ясно, что коль скоро мирные переговоры с Финляндией не привели к результатам, надо было объявить войну, чтобы при помощи военной силы организовать, утвердить и закрепить безопасность Ленинграда и, стало быть, безопасность нашей страны».

А вот его мнение об ошибках, преследовавших финскую кампанию в первый период операции:

«Вы знаете, что после первых успехов по части продвижения наших войск, как только война началась, у нас обнаружились неувязки на всех участках. Обнаружились потому, что наши войска и командный состав наших войск не сумели приспособиться к условиям войны в Финляндии. Мне кажется, что им особенно помешало — это созданная предыдущая кампания психологии в войсках и командном составе — шапками закидаем. Нам страшно повредила польская кампания, она избаловала нас. Наша армия не поняла, не сразу поняла, что война в Польше — это была военная прогулка, а не война. Она не поняла и не уяснила, что в Финляндии не будет военной прогулки, а будет настоящая война».

Вспомним и позицию Сталина по борьбе с шапкозакидательскими настроениями:

«Вот с этой психологией, что наша армия непобедима, с хвастовством, которое страшно развито у нас, надо покончить. Надо вдолбить нашим людям правила о том, что непобедимой армии не бывает. Надо вдолбить нашим людям, начиная с командного состава и кончая рядовым, что война — это игра с некоторыми неизвестными, что там, в войне, могут быть и поражения. С этой психологией — шапками закидаем — надо покончить, если хотите, чтобы наша армия стала действительно современной армией».

Об издержках кадровой политики в рядах Красной Армии:

«Что мешало нашему командному составу перестроиться для ведения войны не по-старому, а по-новому? Ведь имейте в виду, что за все существование Советской власти мы настоящей современной войны еще не вели. Мелкие эпизоды в Манчжурии, у озера Хасан или в Монголии — это чепуха, это не война — это отдельные эпизоды на пятачке, строго ограниченном. Гражданская война – это не настоящая война, потому что это была война без артиллерии, без авиации, без танков, без минометов. Помешали, по-моему, культ традиции и опыта гражданской войны. Как у нас расценивают комсостав: а ты участвовал в гражданской войне? Нет, не участвовал. Пошел вон. А тот участвовал? Участвовал. Давай его сюда, у него большой опыт и прочее».

О некоторых командирах, пренебрегающих вопросами тактики:

«Он не понимает, что нельзя сразу вести атаку, без артиллерийской обработки. Он иногда ведет полки на «ура». Если так вести войну, значит, загубить дело. Если противник сидит в окопах, имеет артиллерию, танки, то он, бесспорно, разгромит».

О причинах потерь:

«И вот, кто хочет вести войну по-современному и победить в современной войне, тот не может говорить, что нужно экономить бомбы. Чепуха, товарищи, больше бомб нужно давать противнику для того, чтобы оглушить его, перевернуть вверх дном его города, тогда добьемся победы. Больше снарядов, больше патронов давать, меньше людей будет потеряно. Будете жалеть патроны и снаряды — будет больше потерь. Если хотите, чтобы у нас война была с малой кровью, не жалейте снаряды, бомбы и мины».

О подготовке грамотного командного состава:

«Создание культурного, квалифицированного и образованного командного состава. Такого командного состава нет у нас или есть единицы. Мы говорим об общевойсковом командире. Он должен давать задания, то есть руководить авиацией, артиллерией, танками, танковой бригадой, минометчиками. Но если он не имеет хотя бы общего представления об этом роде оружия, какие он может дать указания? Нынешний общевойсковой командир, это не командир старой эпохи гражданской войны — там винтовка, трехдюймовый пулемет. Сейчас командир, если он хочет быть авторитетным для всех родов войск, он должен знать авиацию, танки, артиллерию с разными калибрами, минометы, тогда он может давать задания. Значит, нам нужен командный состав квалифицированный, культурный, образованный».

О преобразовании вооруженных сил:

«Несмотря на все недостатки, очень быстро, в течение полутора месяцев, войска преобразовались, стали другими, и наша армия вышла из этой войны вполне современной армией, но кое-чего еще не хватает. Хвосты остались от старого. Наша армия стала крепкими обеими ногами на рельсы новой, настоящей советской современной армии. В этом главный плюс того опыта, который мы усвоили на полях Финляндии, дав нашей армии обстреляться хорошо, чтобы учесть этот опыт. Но что наша армия уже не та, которая была в ноябре прошлого года, и командный состав другой, и бойцы другие, в этом не может быть никакого сомнения».

В завершение выступления Иосиф Сталин раскрывает, кого же на самом деле победила в Финляндии Красная Армия:

«Мы победили не только финнов, но и технику передовых государств Европы. Мы победили их тактику, их стратегию. Вся оборона Финляндии и война велась по указке, по наущению, по совету Англии и Франции, а еще раньше немцы здорово им помогали, и наполовину оборонительная линия в Финляндии по их совету построена. Итог об этом говорит. Главное в нашей победе состоит в том, что мы разбили технику, тактику и стратегию передовых государств Европы, представители которых являлись учителями финнов. В этом основная наша победа».