Условия страшнее диагноза: петербурженка рассказала об «ужасах» местной больницы

В Сети появился ролик, в котором показаны неприемлемые условия содержания пациентов в детской больнице №5. Автор шокирующего видео петербурженка Екатерина Тимерханова. Вместе со своей 5-летней дочкой больше недели провели в инфекционном отделении. Сразу после выписки Екатерина пообщалась с ФАН. В интервью она поделилась своим мнением о больнице, в которой лежала, и объяснила, почему считает, что маленьких пациентов больницы №5 нужно срочно спасать.

- Екатерина, как Вы с 5-летней дочкой оказались в больнице?

- Заболела дочка. И мы сначала в этой больнице лежали в ЛОР-отделении. У нее был гнойный отит. Потом нас выписали, но через день мы опять попали в эту же больницу в инфекционное отделение, потому что у дочери была высокая температура и рвота. А лекарства жаропонижающие не помогали. Сейчас у кого кашель, сопли, любое ОРВИ - всех сразу везут в пятую инфекционную больницу.

- Когда лежали в ЛОР-отделении, какие там условия были в палате?

- Там очень старый ремонт, но там есть холодильник и микроволновка. Мамам ребенка с пяти лет не предоставляют место спальное, и их не кормят. Но там хотя бы можно было заказать еду и хранить ее. Ну, конечно, ремонт все-таки обшарпанный, но чисто. Ванная одна на все отделение - это на 12 палат. Туалет - один на бокс. Бокс состоит из двух палат, в каждой палате по два человека. Это, как правило, умножить на два, потому что лежит ребенок плюс родитель. То есть получается на восемь человек один туалет.

- А где там спят родители, если им койка не предоставляется?

- Если ребенок старше десяти лет, то он может и один лежать. А если маленький, то с родителем и родитель спит на той же кровати, что ребенок.

- С ЛОР-отделением понятно. А что было в инфекционном 12 отделении, куда Вы поступили через день после выписки?

- Из-за рвоты у нее было непонятно, есть кишечная инфекция или нет. Поэтому инфекционное отделение. И вообще было подозрение на пневмонию у ребенка. И там просто удручающие [условия], там не такая обстановка, как в ЛОР-отделении. Тут не было ни холодильника, ни микроволновки. И так ужасно внутри. Это проваленные полы, где-то отодранный линолеум. Кстати, в ЛОР-отделении были пластиковые окна. А тут, в инфекционке, старые деревянные окна с огромными щелями. Постоянно сквозило, и мы сильно мерзли. В палате холод, во всем отделении холод. И некоторые люди ходили укатанными в одеяла. Как только минус стал по ночам, так совсем ощутимо стало. И я сама законопатила эти окна. У меня были влажные салфетки, я их высушила и их затолкала в дырки. После этого стало чуть теплее. Но все равно, если ветер на улице, то сильно продувает.

- А Вы как с дочкой спасались от холода?

- Я спала и ходила в теплом свитере, не снимая. Она под двумя одеялами спала и тоже все время в теплых штанишках и теплой кофте.

- Какая обстановка была в самой палате инфекционного отделения?

- Чуть больше недели мы провели в инфекционном отделении. У нас было две палаты в инфекционном отделении. Сначала палата №29 трехместная. Но там стояло две кровати. И у меня еще получилось свою раскладушку туда поставить. Все бы было может быть нормально, но совокупность всех условий угнетала. На потолке - какие-то пятна или брызги от чего-то. То ли вырвало капельницу, толи брызнула кровь. На стенах, что-то непонятное. Это окна, это провалившийся пол, некачественно питание. Его порой приносили холодным. И подогреть его негде. Бывало приносили нормальную еду, а бывало вообще одна гречка. И на завтрак, и на обед, и на ужин, и на следующий завтрак. Бесконечно одна гречка на воде. Может, думали, что у дочки кишечная инфекция, поэтому гречку приносили. Но я просила у разносчицы, что-то другое, мы уже не можем видеть вашу гречку. Если бы она еще была нормальная, а она прямо в воде плавает. Зачем-то очень много воды наливали в огромном количестве. И эта гречка вся разваривалась. Один раз давали вкусный гороховый суп, но жиденький, правда. Как-то картошку с курицей давали, и вкусно было. Но это исключение, и в основном это какие-то странные супы, где много лука и перловки. Понятно, что они экономят. И мне кажется, что еще зависит от смены. Бывало вкусно принесут, бывало что-то очень разведенное, даже компот еле желтый и без вкуса. В целом, по состоянию и вкусу блюд было понятно, что где-то кто-то сэкономил. Ванная - это отдельная история. Она вся ржавая в каких-то бороздках. Там просто неприятно. Вставать в нее страшно. Я несколько дней не мыла голову. Потом на весу стала мыть.

- Может Вы преувеличиваете про окна? И были ли тараканы?

- Окна старые, и их не меняли. Мне медицинский персонал рассказал, что был желающий человек - папа пациента, который хотел заменить окна вообще во всем отделении. Но ему по какой-то причине отказали. Но фактов, подтверждающих у меня, нет. Это просто со слов медицинского персонала. Что касается тараканов, то лично я их не видела.

- В какой момент Вы не выдержали, достали телефон и стали снимать всю обстановку?

- Я не выдержала, когда нас решили перевести в другую палату в инфекционном отделении, в палату №7, ну или бокс №7. Так, увидев эту седьмую палату, я поняла, что предыдущая 29 более-менее по сравнению с новой. Эта палата находится в «чистом отделении». В нее переводят детей с подтвержденным диагнозом без опасных инфекций. И именно эта палата - она самая худшая во всем отделении, как мне потом сказали. Стены все изрисованные, они в каком-то жиру и в пятнах. Словно, там что-то размазывали. Там подушки все в пятнах. Но во всем отделении, конечно, пастельное белье в дырах и по-хорошему подлежит выбросу. В этой седьмой палате я поняла, что у меня нет сил. Я зашла и остановилась. Боялась притронуться к чему-либо в этой палате. Там было очень жутко. Я сдерживала слезы, плакала потом уже, когда никто не видел. Но я спокойно сказала, что мы с ребенком в этой палате не останемся и верните нас пожалуйста в предыдущую палату №29. Потому что в седьмой палате мы, просто, не сможем. И так плохо, ведь ребенок с высокой температурой, под вопросом была пневмония. И нам еще находится в таких условиях… Как? Тут же пришел медбрат и ,улыбаясь, уточнил, что именно мне не нравится. Я ему сказала, что шутки неуместны. Говорю ему: Вы же сами видите, что у вас тут происходит. Он отвечает, ну, да-да, а что делать, мы вот работаем в таких условиях. И я, конечно, их тоже понимаю, ведь они реально работают в таких условиях. Ведь их ординаторские и кабинеты ненамного лучше. Медбрат позвонил то ли лечащему врачу, то ли заведующей, хотя я там не устраивала никаких скандалов. В результате нас вернули в прошлую 29 палату. Чуть позже лечащий врач у меня уточнила, что именно меня не устроило в палате №7. Я ей говорю, вы же сами знаете, что в той палате. Она отвечает, да, знаю. И в эту седьмую палату поселили двух мальчишек-кадетов. Мне потом санитарка рассказала, что мальчикам все равно, потому что они все время в телефонах сидят.

- А может дело в том, что кадеты в больнице без мам и их некому защитить?

- Кончено, их некому отстоять. В этом отделении, если мамы нет, то ребенка никто слушать не будет и не защитит его. Много очень детей вообще лежит без мам. Медперсонала на всех не хватает. Их там всего два человека на это огромное отделение. Я не могу жаловаться на врачей. Они прекрасны. Но все равно все, что в инфекционном отделении - это удручающее зрелище.

- Как Вы все это выдержали?

- У меня не было вариантов. Мне нужно было ребенка лечить. И это вторая госпитализация. Мы сильно испугались. Потому что если бы наступило обезвоживание, то мы бы потеряли ребенка. Когда мы поступили в больницу, то сказали, что у нее густая кровь и поэтому лекарства не доходят и не понижают ее высоченную температуру. Дочке делали капельницы и хорошо лечили. И это важнее для меня. А все эти условия - это второстепенно. И я терпела. Перелом, срыв случился именно в седьмой палате, когда нас туда хотели переселить. У меня просто опустились руки, силы бороться закончились. Мне хотелось плакать от ощущения, что всем наплевать. Словно руководству наплевать, где там лежат дети, в каких условиях и как это происходит. Почему так, думала я! Что они не знают, что так? Не бывают тут и не видели? Неужели не ходят по своей больнице? Всем в этой больнице тяжело. Все в удрученном состоянии. Мне муж успокоительные привез. А потом цветы, чтобы хоть как-то поднять настроение и создать хоть какой-то уют.

- Екатерина, зачем Вы сняли видео обстановки палаты, да еще и выложили это в Сеть? Какие цели у Вас?

- Я бы хотела, чтобы губернатор обратил внимание на состояние больницы. Может быть, он не знает, не был или был, но где-то в другом отделении. Чтобы губернатор как-то поспособствовал или задействовал нужные службы и органы, комитеты, которые должны этим заниматься, чтобы обратили внимание на больницу, ведь она одна из крупнейших в городе. Я не хочу никому мстить. Потому что против медперсонала и врачей я вообще ничего не имею. Мне и их жалко, что они в ужасных условиях работают, и детей, которые лежат в этой больнице.

На сайте «ПроДокторов» комментарии также критические. Из 405 отзывов, 110 - негативные.

«Попали сюда с подозрением на пневмонию, ребенку два года. Сказать, что тут ужасно, - не сказать ничего, начиная от условий, заканчивая наплевательским отношением персонала. Поясню. Лечащий врач моего ребенка, проводя опрос, спросил, болеет ли кто-нибудь из моей семьи ковидом, услышав положительный ответ, он, видимо, не слушая дальше, что контактов с больным не было, так как мы из одной семьи, но живем раздельно, врач решил отправить нас в инфекционное, где лежат ковидные и контактные. Узнали мы об этом на следующий день. Случайно! Так как причина перевода в другое отделение была озвучена (чтобы легче было вас наблюдать). И так почти сутки мы лежали в одной палате с людьми, которые до этого лежали с ковидположительными и являются в действительности контактными, [...]. Когда выяснилось, что [...] нас не стали уводить с этого отделения, а просто перевели в другую палату «ждать результата ПЦР».
«Попали сюда то ли с бронхитом, то ли с подозрение на пневмонию. Просидели два часа в приемной, потом перевели в инфекционное. Сказать, что это тихий ужас, - это ничего не сказать. Труба в туалете течет. Состояния ванной оставляет желать лучшего. Хамское поведение персонала. На все вопросы по поводу лечения отвечают, если не нравится, пишите отказ. Без рентгена, чтобы исключить пневмонию, просто назначили антибиотик. Отличный подход»
«Попали с дочкой в этот [...] с ковидом. В приемном сидели с 23 до 12. Без питьевой воды, без градусника, дать удлинитель для подогревателя детского питания мне отказались (а розетка лжна и высоко). Когда дочке надо было менять капельницу, и я позвала сотрудницу, она предложила мне поменять ее самой. Потом перевели на отделение. Сначала положили в ординаторской, затем перевели в палату, где лежала еще одна мама с грудным ребенком. Теснота, раскаленный «змеевик» в ванной, сломанные ручки на окнах, адская жара и невозможность даже открыть окно при почти +40 (и дело не только в сломанных ручках, но и в сквозняке, возникающем каждый раз, когда медперсонал открывал двери в палату). Лечение самым дешевым антибиотиком. Питание - в основном картошка и капуста. Когда на четвертый день пришла врач, и мы с соседкой попросили выписать нас, нам заявили, что без их грошового антибиотика мы заработаем осложнения и умрем. Писать на них жалобу в страховую оказалось плохой идеей. От страховой пришла отписка на двух листах, что в больнице все прекрасно».

Ранее губернатор Петербурга Александр Беглов во время рабочего объезда Фрунзенского района в 2019 году посещал детскую больницу им. Н. Ф. Филатова. Тогда он заявил, что в медучреждении уже отремонтировали десять отделений. Глава города в том же году подчеркивал, что перед властями стоит задача привести в надлежащее состояние все детские больницы и поликлиники Петербурга.