ФАН подвергся DDoS-атаке. В настоящее время сайт работает в ограниченном режиме.

Публицист Чаусов: Почему Франция и Британия настолько остро конфликтуют

Общество

Колумнист ФАН анализирует историю конфликта двух стран и объясняет, как их противостояние влияет на политику внутри Евросоюза и во всей Европе.

Взаимоотношения Франции и Британии продолжают ухудшаться, о чем пишут открытым текстом крупнейшие французские издания. Так, недавно в Le Monde вышел материал, в котором говорится, что «отношения между двумя странами находятся на низшей точке». Ситуация эта, по мнению авторов статьи, стала усугубляться довольно давно. Еще с того момента, как в Британии была инициирована процедура по выходу из ЕС, то есть Brexit.

Дело в том, что выход Англии из Евросоюза существенно поменял баланс сил. И вывел Францию и Германию, во-первых, на доминирующие позиции с ЕС, а во-вторых, обострил между ними конкуренцию за лидерство в Союзе. С другой стороны, стоит вспомнить, что именно французская сторона еще в 1963 и 1967 годах в лице на тот момент президента страны Шарля Де Голля пыталась ветировать вхождение Британии в Союз, который тогда назывался Европейское Экономическое Сообщество (ЕЭС).

Де Голль настаивал на том, что британские экономические интересы слишком уж противоречат интересам континентальной Европы и непосредственно Франции, которая планировала стать лидером ЕЭС. Более того, лидер Франции называл в этом контексте Британию не иначе как «троянский конь» США. И утверждал, что членство Англии превратит ЕЭС из континентального в атлантический проект.

Через несколько десятилетий, когда Британия собралась «на выход» из Европейского Союза, Франция снова была против. И, помимо вышеозначенных причин, такой протест был, по всей видимости, связан с опасением, что между двумя государствами снова обострятся «рыбные войны», что, собственно, и произошло.

Если максимально упрощать, то в рамках единого европейского экономического пространства рыбная ловля в акватории Ла-Манша, да и в принципе в водах между Францией и Британией, регулировалась более-менее прозрачно и бесконфликтно. Но поскольку Британия из этого пространства вышла, то споры о том, кто имеет право на промышленное рыболовство в этих водах, возобновились. Вылилось это в то, что в начале этого года французских рыболовов «припугнули» военные корабли Британии, дабы напомнить, что Brexit состоялся, а лицензии на рыболовство французов стремительно истекают и им тут «не рады».

Дальше был сентябрь и появление такого военного альянса, как AUKUS, который также ударил по экономическим интересам официального Парижа. Военный союз США, Австралии и Британии, во-первых, появился достаточно неожиданно. А во-вторых - в рамках этого альянса между Вашингтоном и Канберрой была заключена сделка по строительству атомного подводного флота. И это, в свою очередь, аннулировало сделку между Канберрой и Парижем по строительству дизельных военных субмарин на 66 миллиардов долларов. Представители французских властей тогда назвали этот акт «ножом в спину». И вообще задались вопросом: если англосаксы устраивают свои тройственные альянсы, то является ли в текущей конфигурации достаточно эффективным такое объединение, как НАТО.

И вроде бы в этой истории непосредственно Соединенное Королевство было ни при чем. Однако оно является одним из союзников в AUKUS, а следовательно, тоже несет косвенную ответственность. Как минимум есть подозрение, что в Париже считают именно так.

Ну и финальной на сегодня проблемой стали мигранты. Нет, не те, которые на границе Белоруссии и Польши, а те, что концентрируются сейчас в Па-де-Кале и очень хотят попасть на территорию Туманного Альбиона. После так называемого кризиса в Ла-Манше, когда перевернулось судно с очередной партией нелегальных мигрантов, в результате чего погибло 27 человек, ряд европейских государств, в том числе Франция, провели встречу глав национальных министерств внутренних дел. Должны были на этом совещании присутствовать и представители Британии. Однако в итоге приглашение было отозвано.

А случилось это после публикации письма премьер-министра Британии Бориса Джонсона. Суть послания свелась к тому, что неплохо бы оперативно разворачивать беженцев от берегов Британии и отправлять их назад во Францию в полном составе. На это ответил министр внутренних дел Франции Жеральд Дарманен, который по итогам межминистерской встречи заявил:

«Мы не должны быть заложниками их [Соединенного Королевства] внутренней политики».

Тактично намекнул, что англичанам тоже неплохо бы взять на себя хотя бы часть ответственности за этих нелегальных мигрантов.

Что, в общем-то, логично. Поскольку это беженцы из Афганистана, а военный контингент Британии в этой стране присутствовал, хоть и в относительно небольшом числе, в рамках операции «Решительная поддержка» до самого момента вывода войск НАТО в 2021 году.

Иными словами, британцы также участвовали в создании нынешнего положения дел в Афганистане и естественным образом причастны к появлению очередной миграционной волны, которая рискует накрыть всю Европу. Только вот принимать у себя десятки, а то и сотни тысяч нелегальных мигрантов Лондон по понятным причинам совершенно не хочет. И логичным образом напоминает, что он более не часть Евросоюза, который пусть уже разбирается с беженцами сам.

Все это довольно сильно влияет на политику как внутри Евросоюза, так и - шире - на положение дел во всей Европе. Даже в тех странах, которые не входят в ЕС. Ну и противостояние Парижа и Лондона действительно приобретает какой-то невиданный доселе размах. Как бы дело не дошло до ввода взаимных санкций, это ведь сейчас крайне популярный метод «политического диалога». Но такой поворот событий будет сигналом, что о европейском единстве можно в принципе забыть. Хоть в составе ЕС, хоть вне его.

Вы узнали об этом первыми.
Подписывайтесь на наш сайт
и будьте в курсе самых важных событий!